Разрыв

Расставание в аэропорту Шарль-де-Голль спустя три дня после начала их отношений казалось Минджу сценой из самого печального фильма. Она стояла, уткнувшись в грудь Луи, и её плечи мелко дрожали от рыданий. Отношения на расстоянии — это вызов, к которому она не была готова, но обещания «звонить каждую минуту» давали надежду. Рядом Хана так же отчаянно цеплялась за Субина, не желая верить, что их парижская сказка заканчивается здесь, у стоек регистрации.

Первые два месяца в Японии прошли в цифровом тумане: бесконечные видеозвонки, сообщения с пожеланиями доброго утра и отчеты о каждом съеденном круассане уже на родине. Конхо, вернувшись к привычной жизни, быстро переключился на новых жертв своего обаяния, совершенно позабыв о Минджу. Казалось, всё наладится.

Но судьба нанесла удар в тот вечер, когда девушки решили сбежать в магазин за продуктами, оставив в новой, еще не до конца обставленной квартире всё самое ценное. Когда они вернулись, обнаружили вскрытую дверь и пустые полки. Вместе с украденными телефонами и старым компьютером исчезла их единственная нить со своей любовью. В тот момент, когда Минджу сжимала в руках новый смартфон, она осознала страшное: она не знала номер Луи наизусть. Ни она, ни Хана не помнили ни одной цифры, а все социальные сети были привязаны к почтам и номерам, доступ к которым был утерян вместе с устройствами.

Луи писал ей. Сначала с тревогой, потом с обидой, а затем — с холодным осознанием. Он решил, что Минджу просто нашла «вариант получше» в Японии и трусливо оборвала все связи. Его сердце ожесточилось, и он направил всю свою боль в работу. Спустя два месяца тренировок в режиме 24/7 он стал трейни, готовящимся к скорому дебюту.Сидя вечером листая инстаграм Минджу наткнулась на видео девушки которая танцует.Девушка выглядел до боли знакомой и приглядевшись она поняла Это Юджин!! Она дебютировала? В корейской группе le sserafim?Сколько времени прошло,какая молодец.Поняв что это шанс узнать номер или инстаграм Луи она ей написала конечно она популярна и теперь нужно чтоб она приняла запрос на переписку,но долго ждать ей не надо было

— Юджин привет! Поздравляю с дебютом!!!Надеюсь помнишь еще меня. Я Минджу, у нас с Ханой украли телефон и я потеряла связь с Луи а та с Субином,не могла бы ты дать их номера или инсту?

— МИНДЖУ ПРИВЕТТ, я думала ты бросила нас а тут вот какая ситуация была. К сожалению никак не смогу они уехали поменяв номера, смогу дать только инсту субина, он кстати тоже дебютировал. А вот про Луи.. я ничего не знаю.Юджин лгала. Она знала, что Луи на грани дебюта, и жесткие правила агентства запрещали любые контакты с прошлым, особенно с девушками. Она хотела защитить брата, считая, что эта привязанность только погубит его карьеру.

— Эх, ладно... пойду обрадую Хану хотя бы инстой Субина, — вздохнула Минджу, чувствуя, как внутри что-то надламывается. Мысль о том, почему Луи не ищет связь даже через сестру, мучила её каждую ночь.

Но затишье длилось недолго. Вскоре имя «Луи» начало преследовать её повсюду. В Корее дебютировала новая группа под названием Lngshot, и волна их популярности докатилась до Японии с невероятной силой.

Перемена перед математикой в японской школе была шумной. Минджу сидела за партой, уткнувшись в учебник и пытаясь сосредоточиться на тригонометрии. Позади неё Хана лениво подкрашивала губы, стараясь не слушать визги одноклассниц, собравшихся в кружок.

—Суи, ты только посмотри на него! — Хаым едва не прыгала от восторга, тыча пальцем в экран телефона. — Этот Луи из Lngshot... он просто нереальный. Тут его прям зацеловать хочется!— Хаым, ты не попутала? — фыркнула Суи, вырывая телефон. — Он мой вообще-то. Ты видела его взгляд в последнем клипе? Он смотрел прямо в мою душу.— Так, девчонки, — вклинилась третья, — он мой по праву. У нас с ним абсолютно одинаковые глаза, это судьба!

Минджу сжала ручку так сильно, что та едва не треснула. Каждое упоминание этого имени отзывалось тупой болью в груди, которая за эти месяцы трансформировалась в глухое раздражение.

«Опять этот Луи», — думала она, чувствуя, как внутри закипает злость. Для неё это имя было символом утраченной любви, а теперь оно стало общим достоянием, поводом для глупого фанатского фанатизма. Она еще не видела ни одного фото этого «Луи»— принципиально закрывала глаза, если видела плакаты, и перелистывала новости. В её сознании тот Луи, которого она любила в Париже, медленно стирался, вытесняемый образом этого нового, недосягаемого и «всеобщего» айдола, которого она уже начинала искренне ненавидеть.

— Как же вы задолбали... — прошептала она себе под нос, резко захлопывая учебник математики. В этот момент она еще не знала, что на обложке журнала, который Суи только что положила на соседний стол, на неё смотрели те самые глаза, которые она целовала в аэропорту Шарль-де-Голль.