Эпилог: Семья, которую они выбрали

Прошли годы.Если бы кто-то давным-давно, в заснеженном и шумном Хогвартсе семидесятых, сказал молодым, отчаянным Мародерам, что однажды они будут чинно сидеть в огромных креслах, окруженные целой армией собственных детей, лениво подшучивать над старыми шрамами и передавать карту нового поколения по наследству - они бы, наверное, только рассмеялись.Особенно Ремус.

Когда-то Лунатик был абсолютно уверен, что его удел - одиночество, глухие шторы и вечный, непреходящий страх перед собственной природой. Теперь же каждое его утро начиналось с того, что он просыпался рядом с Амарой.

С женщиной, которая когда-то, нахально проигнорировав его замкнутость, просто подсела к нему за дальний стол в библиотеке, чтобы «разобраться в сложной теме по Защите от темных искусств». С девушкой, которая не испугалась его главного, самого жуткого секрета. С той самой «выдрочкой», как до сих пор, сопливо умиляясь, любил шутить Сириус Блэк на каждом совместном застолье.

- Ты ведь понимаешь, Лунатик, что если бы не мой гениальный пинок и не наша с Ами совместная авантюра, ты бы до сих пор скрывался по лесам и читал свои заумные трактаты в гордом одиночестве? - Сириус вальяжно закинул ноги на подлокотник кресла, крутя в пальцах пустой бокал.

Ремус лишь мягко, умиротворенно улыбнулся, переводя взгляд на жену:- Если бы не ты, Бродяга, я бы, возможно, никогда не решился стать по-настоящему счастливым. Так что запиши на свой счет один благородный поступок.

Амара, проходя мимо, ласково взъерошила отросшие волосы мужа и заливисто рассмеялась. Она-то знала: её Ремус стал именно тем человеком, которым всегда был глубоко внутри - сильным, бесконечно добрым, надежным и любящим отцом целого семейного батальона.

А батальон у Люпинов рос прославленный. Три сына и одна маленькая, вымоленная у судьбы принцесса. Дом Люпинов практически ежедневно ходил ходуном.

Близнецы Итан и Лиам выросли настоящими, каноничными наследниками мародерской славы. Но, несмотря на общую страсть к каверзам, они были поразительно разными. Итан рос более рассудительным, внимательным, тщательно просчитывающим шаги (чистый мозг любой шалости), в то время как Лиам был ураганом - смелым, громким, летящим на амбразуру с открытым забралом. Но когда эти двое объединялись, Министерству магии стоило объявлять штормовое предупреждение.

Их младший брат Дилан, который был младше близнецов на два года, унаследовал внешность Амары, но характер взял целиком от отца. Он был тихим, поразительно умным мальчиком. Пока старшие братья взрывали на заднем дворе навозные бомбы, Дилан мог часами сидеть на подоконнике с толстенным фолиантом по трансфигурации, а потом разрабатывать новые шалости. В столь юном возрасте мальчишки Люпинов читали запоем, и Ремус, глядя на эту читающую шеренгу, гордился ими так, что сердце щемило.

А потом, поддавшись вечным подначкам Сириуса («Лунатик, нужен баланс, идите за девчонкой!»), Люпины решились. Десятого февраля на свет появилась Элеонора. Коротко - Эля. Эля Амара Люпин.

Малышке едва исполнилось два года, но она уже была абсолютной любимицей всей мародерской компании. В отличие от братьев, Элеонора упрямо проигнорировала генетику вейлы и родилась точной копией Ремуса - с мягкими пшеничными волосами и глубокими, понимающими голубыми глазами. Эля обожала шутки, с замиранием сердца слушала рассказы взрослых, но сама никогда не лезла в центр хаоса. В будущем в Хогвартсе она станет настоящим «теневым мозгом» их компании - девочкой, которая не участвует в проказах напрямую, но виртуозно прикрывает тылы своих непутевых братьев и кузенов в силу всех своих грандиозных возможностей.

Сириус, впервые увидев, как полуторагодовалая Эля одним строгим взглядом заставила близнецов убрать разбросанные игрушки, восхищенно присвистнул:- Ремус, поздравляю. У тебя появился личный домашний староста, который будет спасать твою шевелюру от твоих же сумасшедших сыновей.

В семействе Поттеров и Блэков жизнь била не менее ярким ключом. Почти все взрослые Мародеры теперь солидно трудились на благо Министерства магии (Джеймс и Сириус, разумеется, наводили суету в Аврорате, Ремус ушел в исследовательский отдел), и только Амара весело отказывалась от чиновничьей рутины, полностью посвятив себя творчеству, дому и созданию умопомрачительных десертов.

Джеймс и Лили души не чаяли в своих детях, но их маленькая дочка Азалия Лили Поттер была их отдельной, безумной слабостью. Пятилетняя Азалия росла кареглазой, огненно-рыжей бестией - взрывоопасной смесью строгости Лили и авантюризма Джеймса. Малышка обожала остроумно шутить, всегда знала меру, но её природное обаяние уже сейчас намекало: через десяток лет эта девчонка будет топтать мальчишеские сердца пачками. При этом у нее было такое же чуткое, огромное и доброе сердце, как у её мамы.

Её старший брат Гарри рос абсолютной копией Джеймса Поттера, но с поразительными, яркими зелеными глазами Лили. Гарри впитал дух Мародеров с молоком матери и был готов к любым приключениям.

А в доме Блэков подрастала своя маленькая королевская династия. Пятилетняя Лира Марлин Блэк была утонченной голубоглазой блондинкой. Ей стоило лишь слегка захлопать ресницами и посмотреть на отца своими ангельскими глазами, как гроза авроров Сириус Блэк был готов достать ей луну с неба, переписать устав Министерства или купить кондитерскую фабрику.

- Она манипулирует мной, Марлс! Это чистая, незамутненная ментальная магия! - в панике жаловался Сириус жене, пока маленькая Лира победно жевала третью конфету до ужина.

Марлин лишь лениво перелистывала журнал:- Бродяга, она не манипулирует. Она просто вежливо попросила.

- Нет! Она посмотрела на меня так, будто я обязан ей всеми богатствами сейфа Блэков. Это генетическое оружие!

Их старший сын, шестилетний Арктус, был абсолютным, зеркальным отражением Сириуса - те же серые глаза, то же благородное изящество вперемешку с дворовым озорством. Вся эта блэковская семейка получилась точной копией самих себя в молодости, только в двойной, концентрированной дозе. Марлин и Сириус уже заранее завели отдельную сову для будущих гневных писем от Минервы Макгонагалл, потому что ни на секунду не сомневались: их львята пойдут исключительно на Гриффиндор.

Время летело, и вот уже старший, Гарри Поттер, первым среди нового поколения переступил порог Хогвартса. Мародеры провожали его всей толпой, заняв половину платформы 9¾.В школе Гарри мгновенно оброс верными друзьями, найдя своих людей - начитанную, строгую Гермиону Грейнджер и вихрастого, преданного Рона Уизли. Естественно, вся троица дружно загремела на Гриффиндор, заставив Джеймса прыгать от гордости до самого потолка гостиной.

Когда до Мародеров долетел слух о происшествиях на первом курсе - а конкретно о том, что первокурсница Гермиона Грейнджер ради спасения друзей хладнокровно поджгла мантию Северуса Снейпа прямо во время квиддичного матча - Сириус Блэк на очередных посиделках торжественно бахнул кубком по столу:- Всё! Девочка официально прошла мародерский кастинг. Лилс, пиши ей письмо, мы ждем эту юную леди в гости на каникулы!

Гермиона и Рон быстро стали частыми гостями в домах Поттеров, Люпинов и Блэков. Рону Уизли больше всех на свете полюбилась Амара - ведь никто во всей Британии не умел готовить такую божественную, сочную курицу и тот самый легендарный ягодный пирог, от которого мальчишка терял волю.

Гермиона же души не чаяла в начитанной, мудрой Лили, с которой они могли часами обсуждать тонкости древней магии. Но оба подростка безоговорочно обожали Марлин Блэк, которая обладала уникальным даром поднимать настроение всей компании по одному щелчку пальцев.

На следующий год в Хогвартс отправилась шумная гвардия: близнецы Итан и Лиам Люпины вместе с младшей сестрой Рона, Джинни Уизли. Когда шляпа выкрикнула «Гриффиндор!» для обоих братьев, за преподавательским столом Минерва Макгонагалл, по слухам, незаметно перекрестилась под столом и потянулась за успокоительной настойкой. А уж когда еще через год на факультет львов поступил Арктус Блэк - банда официально заявила о себе.

Скучно им точно не было. Конечно, первый курс Гарри ознаменовался защитой Философского камня, а на втором курсе Гарри вместе с близнецами Люпинами и Роном героически спасали маленькую Джинни из Тайной комнаты (Джеймс и Сириус после этого прислали парням по огромному ящику со сладостями, а Лили и Амара устроили им такую взбучку, от которой стены дрожали). Лишь третий курс выдался относительно «скучным» - всего-то делов, Пожиратели Смерти начали один за другим таинственно исчезать из Азкабана, облегчая работу Аврорату.

Когда же в школу наконец поступили их «скорпионы» - Гарри, Итан, Лиам, Арктус, Дилан, Лира и Азалия - Макгонагалл, завидев эту сплоченную, шествующую по Большому залу гриффиндорскую кавалькаду, просто схватилась за голову. Почти вся банда была в сборе.

А чуть позже к ним присоединилась и маленькая Элеонора Люпин - самый тихий, но самый опасный мозг этой новой мародерской эпохи.

Каждый раз перед отправкой детей на первый курс, да и просто долгими уютными вечерами в гостиной, взрослые усаживали молодежь вокруг камина и круг за кругом вспоминали свои лучшие, легендарные хогвартские годы.

- Пап, а расскажи про омелу! - весело просила Азалия, дергая Джеймса за рукав.

Джеймс сразу расплывался в улыбке, косясь на пунцовеющую Лили:- О-о-о, это была великая тактическая операция, цветочек мой. Твой дядя Сириус и тетя Амара тогда соорудили целое заклинание невидимой омелы, буквально заставив твою упрямую маму наконец-то меня поцеловать в коридоре!

- Мы просто спасали школу от твоих страданий, Сохатый! - хохотал Сириус. - Ты же выл на луну хуже Ремуса. Кстати, о птичках... Помните, как мы с Поттером три месяца выстраивали хитрые логические цепочки, чтобы свести нашего скромного Лунатика с Амарой? Подстраивали «случайные» встречи в теплицах, закрывали их в кладовках...

- И в итоге вы просто перепутали зелья, и нам пришлось отрабатывать неделю у Слизнорта, - ворчал Ремус, хотя его глаза лучились безграничным теплом, пока он перебирал пальцы Амары.

Дети, открыв рты, слушали истории о том, как их отцы и тетя Амара становились анимагами ради своего друга. О том, как однажды в три часа ночи все рыцарские доспехи на четвертом этаже дружно запели неприличные гриффиндорские частушки голосом Сириуса Блэка.

- А как тридцать заколдованных котят бежали по коридору за Макгонагалл с криками «Мама, мама!»? - прыгал от восторга Лиам Люпин.

- Это была идея Амары, признаю! - Сириус поднимал руки. - Минерва тогда не знала, куда деться от этой пушистой лавины.

- А Филч? Расскажите про Филча! - просил Арктус.

- О, Филчу мы подменили его драгоценную Миссис Норрис, - заговорщически подмигивал Джеймс. - Профессор Макгонагалл тогда мирно спала в своей анимагической форме кошки на солнышке, а Филч, не разобравшись со слепу, подхватил её на руки и полдня таскал по замку, сюсюкаясь и подкармливая сушеной рыбой. Когда Минерва проснулась и трансформировалась обратно прямо у него в каптерке... крик стоял такой, что с башни Астрономии посыпалась черепица!

Дети хохотали до икоты, слушая про тайные девичники Марлин, Лили и Амары в спальне Гриффиндора, про грандиозные пиры, про карту и про то, как важно уметь дружить. Для этих ребят истории родителей не были скучными сказками из учебников истории. Это была их жизнь, их наследие, их ориентир.Были разные ситуации. Им бывало сложно, бывало тяжело, шрамы прошлого иногда ныли к непогоде, а груз былых потерь навсегда остался в их сердцах. Но они были Мародерами. Они были вместе, плечом к плечу, и это оставалось главным, нерушимым законом их вселенной.

Жизнь продолжалась. Поттеры, Люпины и Блэки были абсолютно, оглушительно счастливы. Дети стремительно росли и совсем скоро должны были разлететься из гнезд, чтобы создавать уже свои собственные, новые семьи.

Но старая гвардия Мародеров неизменно, из года в год собиралась все за тем же большим, гостеприимным столом. Они все так же звенели бокалами, Сириус все так же до хрипоты спорил с Джеймсом о квиддиче, Марлин все так же смеялась громче и заразительнее всех, Лили все так же шутливо пыталась призвать мужчин к порядку, а Амара оставалась тем самым нежным, сильным магнитом, который крепко удерживал весь этот огромный, шумный мир вместе.Ремус Люпин сидел чуть в стороне, обнимая жену за плечи и глядя на то, как за окном медленно поднимается огромный, идеально круглый серебряный диск.Когда-то в юности он до ужаса боялся полной луны, видя в ней лишь вестника боли и проклятия. Но теперь, под мягким светом этой самой луны, Ремус наконец-то улыбался. Он понял самую главную истину их долгого пути: иногда величайшее чудо в жизни - это не просто победить внешнюю тьму.

Самое большое чудо - это найти своих людей. Людей, которые будут гореть, любить и светить яркими звездами прямо рядом с тобой, несмотря ни на какие шторма.