Глава 44.Самая лучшая идея Бродяги

Тридцать первого октября 1981 года Годрикова Впадина и её окрестности утопали в густом, кинематографичном тумане, сквозь который мягко янтарным светом горели окна волшебных домов. Сириус Блэк всю свою жизнь с пафосом заявлял, что классические, чинные свадьбы с белыми голубками и скучными тостами подходят ему так же, как домовику - парадный камзол Малфоев.

Долгое время никто не воспринимал его заявления всерьез. Все думали, что Бродяга просто держит марку главного бунтаря Гриффиндора. Ровно до тех пор, пока он действительно не прислал друзьям тяжелые черные конверты, запечатанные сургучом с оттиском лапы, приглашая всех на их с Марлин свадьбу... в Хэллоуин.

За пару часов до церемонии в просторной гостиной дома Поттеров царил контролируемый хаос. Джеймс, отчаянно пытавшийся в тридцать седьмой раз завязать Сириусу парадный галстук-бабочку, который то и дело норовил уползти на затылок из-за шуточного заклятия Блэка, только сокрушенно качал головой.

- Бродяга, ты неисправим, - Джеймс дернул шелковый узел. - Ты понимаешь, что нормальные, адекватные люди обычно выбирают для свадеб цветущую весну? Ну или, на крайний случай, уютный сентябрь? Но Хэллоуин? Серьезно? вокруг летучие мыши и тыквы!

Сириус, бесстыдно развалившийся в кресле и рассматривающий свои начищенные до блеска драконьи туфли, ослепительно улыбнулся:- Сохатый, посмотри на меня. Посмотри на себя. Посмотри на Лунатика, который в соседней комнате пытается уговорить своего сына не срывать парадный чепчик. А теперь ответь мне: мы с тобой - обычные?

Джеймс замер с приподнятыми руками, на мгновение задумался, вспоминая их хогвартские годы, карту Мародеров, анимагию и выкрутасы на уроках Макгонагалл, а затем усмехнулся:- Нет. Определенно нет.

- Вот именно! - Сириус победоносно вскочил, наконец-то поправляя бабочку одним движением пальцев.

- Обычная свадьба - это для скучных министерских чиновников. А у нас будет легендарно.

Марлин Маккиннон была с ним полностью согласна. Именно поэтому она и была Марлин - отчаянной, громкой, невероятной девчонкой с Гриффиндора, которая могла на спор перепить Сириуса сливочным пивом и без страха летела на бладжер во время матчей.

Их свадьба была шумной, яркой и восхитительно безумной. Двухэтажный дом почти Блэков и прилегающий к нему сад, где организовали прием, превратились в филиал сказочного Запретного леса.

Повсюду левитировали сотни восковых свечей, вырезанные вручную тыквы хитро скалились из углов, рассыпая вокруг искры теплого магического огня. Римус наколдовал иллюзию падающих золотых листьев, которые таяли, не долетая до земли, а Сириус так увлекся чарами, что на некоторых колдографиях гости двигались настолько активно, что то и дело вываливались за рамки карточек, уходя «в гости» на соседние снимки.

Лили Поттер, качая на руках маленького Гарри, завороженно смотрела на кружащиеся в воздухе искры. Она перевела взгляд на Сириуса, который проверял, плотно ли закрыты бочки с огневиски.

- Ты уверен, что устраивать такой масштабный праздник прямо сейчас - хорошая идея, Бродяга? - негромко спросила она, намекая на неспокойное время за стенами этого защищенного дома.

Сириус остановился. Весь его шутливый тон моментально испарился. Он посмотрел на Лили, затем на Джеймса, на Ремуса и Амару, которая тихонько переговаривалась со своей мамой у камина.

- Лили, - его голос прозвучал удивительно мягко и глубоко. - Это лучшая идея в моей жизни. Мы не можем прятаться от радости только потому, что снаружи темно. Наоборот, мы должны гореть ярче.

И впервые за долгое время никто не стал с ним спорить. Потому что все присутствующие - от детей до старшего поколения - знали: Сириус Блэк был абсолютно, безгранично счастлив.

Когда пришло время церемонии и Марлин появилась на дорожке сада, Сириус... замолчал. Что в кругу Мародеров случалось примерно никогда.

На ней не было пышного, сковывающего движения платья из изысканного шелка, какого наверняка требовала бы от невесты Вальбурга Блэк. Марлин выбрала летящее, струящееся платье цвета бледного серебра, а в её растрепанные светлые волосы были вплетены крошечные веточки омелы и калины. Она улыбалась - та самая Марлин.

Девушка, которая когда-то делилась с ними шпаргалками по трансфигурации, которая хохотала до упаду в гостиной Гриффиндора, и которая теперь уверенно шла к нему, чтобы навсегда стать его семьей.Джеймс, стоявший по правую руку от друга в качестве шафера, осторожно ткнул Сириуса локтем в бок.

- Ну? - тихо шепнул он. - Бродяга, очнись. Скажи хоть слово, а то выглядишь так, будто тебя стукнули Остолбеней.

Сириус, не отрывая восхищенного взгляда от Марлин, сглотнул подступивший к горлу ком и хрипло ответил:- Джеймс... я женюсь. На ней. Самой лучшей.

Поттер тепло улыбнулся, похлопав друга по плечу:- Невероятное открытие, друг. Я рад, что ты наконец-то это заметил.

После официальной части, когда брачные узы были скреплены древней магией Хэллоуина, начался настоящий мародерский пир. Сириус был везде: он без устали танцевал с Марлин, взлетая над полом благодаря левитационным чарам, громко смеялся, спорил с Лайелом Люпином о преимуществах магловских мотоциклов и каждые несколько минут оборачивался, чтобы отыскать глазами жену. Будто подсознательно боялся, что если он отпустит этот момент, то вся эта хэллоуинская сказка просто растворится в ночном тумане.

В какой-то момент, улучив минуту, Сириус подошел к Амаре и бережно, с уже наработанной сноровкой, забрал из её рук маленького Лиама.

- Ну что, маленький Люпин? - Сириус поднял крестника повыше, заставляя мальчика удивленно распахнуть свои серьезные серые глаза. - Видишь всё это? Твой безумный крёстный наконец-то сделал в этой жизни что-то абсолютно, стопроцентно правильно.

Амара, сидевшая на диванчике в обнимку с подушкой, весело рассмеялась:- Сириус, пощади ребенка. Ему всего несколько месяцев, он еще не понимает твоих пафосных речей!

- Ничего подобного, Ами, - с гордостью возразил Блэк, устраивая Лиама на своем плече. - Он Блэк по духу, он всё чувствует. Он должен знать, что его крёстный - чертов гений.

Затем он подошел к Ремусу, который держал на руках Итана. Сириус приобнял друга за плечо, собирая двоих мальчиков вместе. И вдруг вокруг них на мгновение стало удивительно тихо, несмотря на гремящую на заднем плане музыку волшебного оркестра.

Сириус посмотрел на спящего Итана, затем на угукающего Лиама. И в его груди разлилось такое щемящее, огромное тепло, от которого перехватило дыхание. В этот хэллоуинский вечер до него наконец дошло. Когда-то, сбегая из мрачного дома на площади Гриммо, он искренне считал, что понятие «семья» - это то, что у него отобрали при рождении, заменив холодным благородством и портретами предков.

Теперь же, глядя на Мародеров, на Амару, на Лили, на детей и на Марлин, которая махала ему рукой от танцпола, он точно знал: семья - это не кровь в жилах. Семья - это то, что ты строишь сам, по кирпичику, из любви и верности.Марлин незаметно подошла со спины, обвивая руками его талию и утыкаясь подбородком в плечо.

- О чём задумался, мистер Блэк? - тихо спросила она.

Сириус повернул к ней голову и улыбнулся своей фирменной, слегка лукавой улыбкой:- Думаю о том, Марлс, что через каких-то одиннадцать лет в Хогвартс стройным шагом пойдет совершенно новое, абсолютно неуправляемое поколение Мародеров. Гарри, Итан, Лиам... Директор Макгонагалл к тому времени точно уйдет на пенсию от греха подальше.

Марлин шутливо выгнула бровь:- И ты правда хочешь, чтобы они были точно такими же невыносимыми хулиганами, как вы в юности?

Сириус на секунду замолчал, вглядываясь в крошечные лица близнецов Люпинов, а затем покачал головой.- Нет.

Пауза.- Пусть они будут гораздо лучше нас. Счастливее. И пусть им не придется воевать.

Она нежно поцеловала его в щеку:- Обязательно будут, Бродяга.

Тем временем на другом конце сада Джеймс Поттер, воспользовавшись тем, что Лили отвлеклась на разговор с миссис Вейл, уже вовсю нашептывал маленькому Итану, сидевшему у него на коленях, что-то явно не входящее в кодекс примерного поведения.

- ...и запомни, парень, когда Сириус будет прятать от тебя конфеты на шкафу, лучшее заклинание - это не Вингардиум Левиоса, а старое доброе...

- Джеймс Флимонт Поттер! - раздался над его ухом строгий, подозрительно напоминающий деканский голос Лили.

Джеймс мгновенно выпрямил спину, состряпав такое невинное и праведное лицо, какому позавидовали бы все святые угодники магического мира вместе взятые.

- Что, Лилс? Я ничего. Мы просто изучаем основы мироздания.

- Не учи ребенка шалостям и мародерским штучкам, ему еще расти и расти! - Лили уперла руки в бока, хотя в уголках её губ все равно таилась улыбка.

- Да я и не думал! Я рассказывал ему про квиддич! Честное гриффиндорское!

Сириус, заметив эту сцену, громко крикнул через весь сад:- Лили, не верь ему, он врет! Он только что объяснял твоему крестнику, как правильно взламывать замки на буфете!

- Блэк, предатель! - наигранно взревел Джеймс, под общий дружный хохот друзей.

Конечно, старшее поколение - Хоуп, Лайел и родители Амары - тоже были здесь, и их счастье буквально лилось через край. Иногда даже слишком активно. После рождения близнецов родительская забота приобрела поистине стихийный масштаб. Хоуп Люпин регулярно аппарировала к сыну с огромными корзинами свежевыпеченных пирогов и кастрюлями сытного бульона. Мама Амары заваливала детскую вещами, вязаными пинетками и волшебными погремушками, которые «точно пригодятся и без которых дети не вырастут». А строгий мистер Вейл при каждом визите педантично обходил весь двухэтажный домик, проверяя согревающие чары на стенах и ворча под нос.

- Папа, - со вздохом, но очень ласково сказала Амара неделю назад, когда отец в очередной раз исследовал балкон на предмет сквозняков. - Ну папа, мы справляемся. Правда. Ремус следит за камином, в доме тепло.

Мистер Вейл остановился, посмотрел на взрослую, сияющую дочь, затем на зятя, который как раз бережно баюкал Лиама, и негромко произнес:- Я знаю, Ами. Знаю, что вы справляетесь.Пауза.- Но я все равно буду приходить и проверять. Работа у меня такая - быть твоим отцом.

Ремус и Амара бесконечно любили эту заботу. Она согревала их души после стольких лет отчуждения и страха. Но иногда, укладывая детей за полночь, им приходилось заговорщически подмигивать друг другу, напоминая, что они вообще-то уже сами взрослые люди, у которых есть свой большой дом, двое сыновей и своя, личная жизнь.

- Они просто слишком сильно любят нас, Рем, - тихо говорила Амара, утыкаясь носом в его плечо на том самом любимом балконе.

- Я знаю, любимая, - Ремус обнимал её за талию, согревая своими теплыми ладонями. - Просто иногда мародерская любовь приходит в комплекте с пятью кастрюлями тушеного мяса, десятью советами по воспитанию и внезапной проверкой вентиляции. Приходится соответствовать.

Поздним вечером, когда последние искры хэллоуинских свечей начали медленно гаснуть, а уставшие, но довольные гости потянулись к камину для летучего пороха, Сириус стоял на крыльце, крепко прижимая к себе Марлин. Ночной туман Годриковой Впадины окутывал сад, но внутри дома Люпинов, ставшего для них всех родным причалом, по-прежнему царило абсолютное, звенящее тепло.

Позади них были их лучшие друзья. Крёстники. Семья, которую они выбрали и построили сами.Сириус уткнулся носом в светлую макушку Марлин, вдыхая её родной запах, и впервые за долгие, долгие годы поймал себя на удивительном чувстве: он больше не оглядывался назад. Он больше не ждал, что этот момент оборвется, что ворвется темнота и все закончится, как это часто бывало в его жизни раньше.

Потому что это счастье больше не было зыбким сном. Оно было осязаемым, громким, пахнущим мятным чаем, детской присыпкой и дымом праздничного костра. Оно было самым что ни на есть настоящим. И Самайн 1981 года навсегда остался в памяти Мародеров как ночь, когда свет окончательно и бесповоротно победил тьму.