Глава 39 «Встретим смерть вслепую»

ЧАСТЬ 3НАКАЗАНИЕ

   Я не помню всех подробностей вечера. Помню, как губы Влада накрывали мои, как пылали мои щеки и горело тело от желания. Дальше — туман. Я открыла глаза в комнате, полной мрака. Лишь атласные шторы пропускали легкий лунный свет в комнату.

Это была комната Влада. Ее трудно не узнать, когда бываешь в ней так часто.

Осознание пришло быстро и стало отрезвлять, пока я окончательно не вспомнила. Дальше поцелуев с зеленоглазым певцом у меня не зашло. Помню, что он предложил лечь в его комнате, для моей же безопасности. Ну да, конечно. Что бы случилось, если бы я легла спать в другой комнате? Неужели меня бы похитили? Снова.

Лежащее рядом тело издало неразборчивые звуки. Я приподнялась на локтях и стала всматриваться в лицо Влада. Казалось, он вот-вот проснется. Парень то и дело бормотал что-то, поворачивая голову в разные стороны. От этого становилось не по себе.

А затем он проснулся. Неожиданно быстро приподнялся и сел на кровати, запустив руки в волосы. Он не сразу заметил мое присутствие, пока я разглядывала его дрожащую спину. Но хватило минуты, чтобы он обернулся.

— Мелисса...

— Влад?

— Чего ты не спишь? Страшный сон? — Сквозь дрожь бормотал парень.

— Не страшнее, чем у тебя, — едва слышно ответила я.

— Извини, я тебя разбудил? Черт, так и знал, что нужно выпить успокоительное.

— Ты не можешь без него спать?

— Могу, но часто просыпаюсь среди ночи. Кошмары, знаешь, вся подобная чушь, — отнекивается парень.

— И давно у тебя кошмары? — Робко подступаю я. Не хочу давить на больное, возможно, с этими кошмарами у него многое связано.

— Пару лет. С тех пор как у отца проблемы на работе.

— Из-за отца страдаешь ты? Почему бы тебе ему прямо не сказать, что ты не хочешь лезть в его бизнес?

— Мелисса, людям, которым он должен, плевать, из кого выбивать деньги. Когда видишь кучу трупов и осознаешь, что ты мог быть следующим...

— Не продолжай. Я знаю, как это трудно — говорить о проблемах. Мне не нужны твои слова, чтобы понять, что тебе тяжело, — я стараюсь поддержать парня, а саму начинает пронзать мелкая дрожь.

— Глупая была идея оставлять тебя здесь. Если из-за меня ты пострадаешь...

— Влад, успокойся, все в порядке, — я накрываю его руку своей и сжимаю. Мне хотелось его обнять, сказать, что все утихнет и его кошмары пройдут. Но кое-то не дало мне это сделать.

На этаж ниже послышался грохот. Он был не таким громким, но было достаточно того, что мы его услышали. Одновременно переглянувшись, мы оцепенели от ужаса, а затем услышали голоса...

Два низких мужских голоса о чем-то переговаривались, абсолютно не церемонясь. Им было безразлично, что кто-то есть дома и этот кто-то может их услышать. Наверное потому, что мы находились на втором этаже дома, а значит, бежать было некуда.

— Мелисса, бегом, — парень схватил меня за руку и поволок в другую комнату. Я даже не успела и слова сказать, как парень завел нас в просторный кабинет.

— Что происходит, Влад, объясни, — сквозь страх и дрожь едва шептала я. Мне было до ужаса страшно.

— Просто оставайся здесь и ничего не бойся. Спрячься, желательно так, чтобы тебя не нашли, — буквально протараторил парень. Сквозь непроглядную тьму я видела, как ходят желваки у него на лице и как в изумрудных глазах царит ужас.

— А ты? Что будет с тобой?

— Я уведу их. Постарайся быть тихой и незаметной, все остальное я беру на себя, — зеленоглазый прошептал это уже в дверях. В следующую секунду захлопнулась дверь, и я осталась стоять посреди комнаты в оцепенении.

Наверное, я бы так и стояла всю ночь, если бы не услышала торопливые шаги и грубые голоса. Это заставило меня соображать быстрее, и я начала метаться по комнате. Долго думать не пришлось. В глубине комнаты, на стене, висело огромное черное полотно, которое вряд ли разглядишь в темноте. Это могло бы дать мне немного времени.

Выбрав нужную тактику, я юркнула за полотно, настолько быстро, насколько это было возможно. Но то, что открылось за ним, повергло меня не в наименьший шок.

За полотном была стальная дверь, достаточно массивная, но мне она поддалась. За ней находился небольшой чулан, в котором не было ни окон, ни ламп. Ничего.

Возможно, так даже лучше. Если не вижу я, а значит, меня они тоже не увидят. Это спрячет меня на время и позволит Владу выиграть немного времени, чтобы вытащить нас отсюда.

— Урод. Вот куда он мог деться? Если его щенок здесь, значит, он тоже где-то рядом, — я услышала надвигающийся грубый голос. И он явно принадлежал не Владу.

— И тот сбежал, — ответили голосу.

— Далеко не убежит, с переломанными-то ногами, — сказал мужчина и посмеялся со своей гениальной шутки.

— Если он вообще выживет. Ты видел дом, Крег? Со второго этажа можно вполне убиться, — почти басом ответил ему второй.

— Да даже если он рядом, то где-то на территории дома. Нужно прошерстить нижний этаж, скорее всего он там, — видимо, это был достаточно логичный факт и мужчины решили его проверить. Шаги тут же начали отдаляться.

Когда страх немного отпустил, я вспомнила о наличии телефона в заднем кармане моих джинс. Как же я благодарна своему пьяному мозгу, что вчера легла спать в одежде, иначе сейчас бы сидела в чулане в одном нижнем белье, пока местные головорезы пытались найти меня.

Яркий фонарик телефона позволил осветить всего лишь небольшой уголок чулана, но этого хватило, чтобы увидеть то, что в нем находится.

Это был вовсе не чулан с одеждой и всякими мелочами. Это был настоящий склад. Оружейный, мать его, склад. Такой исход событий я точно не предвидела.

Не знаю, что я испытываю. Страх или облегчение. Одна из этих штук могла бы круто помочь мне, спасти задницу Влада и сбежать отсюда. Но черт возьми, у этой медали была и вторая сторона. Мои дерьмовые навыки стрелка. Я пользовалась оружием всего два раза в жизни, не считая стрелкового кружка. Именно по-настоящему, и то в присутствии взрослых.

В детстве мой дядя частенько бывал у нас дома и каждый раз рассказывал байки со своей службы в Сирии. Он был там по контракту и многое повидал.

Он учил нас с Олесей самообороне, еще задолго до ее смерти. Показывал всякие военные штучки, ружья, пистолеты. Мы просто пищали от восторга, когда он первый раз повез нас на стрельбище. Тогда мы разбили немало бутылок, а все с помощью оружия.

Я мало что о нем помню, кроме этого. После смерти сестры он пропал, и я больше его не видела. Единственное, что я помню из того, что он говорил, это колкая фраза-наставление о самообороне. Звучала она примерно так: «Лучше иметь оружие и в нем не нуждаться, чем нуждаться, но не иметь»

Это разбило все мои сомнения.

Я ловко схватила пистолет с полки, убрала его позади себя в джинсы и направилась к двери. Внутри все пылало от страха грядущего. Но я понимала — здесь оставаться нельзя. Либо я уйду отсюда живой, либо меня вынесут мертвой.

Как ни странно, я даже примерилась со смертью. Это помогло мне сделать первые шаги в сторону спальни, а оттуда — прямиком к лестнице. Постепенно я спускалась по ней и с каждым шагом мое сердце замирало все больше. Не было ни звуков, ни людей. Только кромешная темнота и я, медленно шагавшая навстречу своей смерти.

Тишина продлилась недолго. Вдруг позади меня раздался шум. Я рефлекторно охватила рукой пистолет, ютившийся в моих джинсах. Это, конечно, мало успокоило меня, но все же я продолжала держать его, медленно следуя к выходу.

Послышались голоса. Как только я подошла к одному из выходов на улицу, я услышала знакомые голоса. Два грубых мужских голоса перепирались, а сквозь них был слышан еще один. Голос Влада. Парень кряхтел и грязно ругался в сторону мужчин. И я поняла, что не могу просто уйти. Не могу спокойно отправиться домой, зная, что близкому мне человеку угрожает опасность.

И я побежала.

Едва слышно я покинула дом и стояла на заднем дворе. Именно возле окон той комнаты, где сейчас находился зеленоглазый музыкант. Окна были открыты, и я отчетливо могла слышать происходящее.

— Последний раз спрашиваю: где твой папаша?

— Ты думаешь, я скажу тебе? Он и его люди нагнут тебя, как только узнают, кто убил его сына. — Процедил сквозь зубы Влад. Мне хватило смелости заглянуть в окно. Эта сторона дома не освещалась и поэтому меня не было видно. По крайней мере, я так думала.

— Никто не будет с этим разбираться. Мы сначала грохнем тебя, а потом твоего папашу. Ты даже не успеешь вякнуть, как твои мозги разлетятся по комнате, — ответил парню мужчина.

— Глубоко ошибаешься, сукин ты сын, — улыбнулся парень, обнажая покрытые кровью зубы. После сказанного, зеленоглазому прилетела звонкая пощечина, а затем его голову охватили массивные руки подонка и ударили об колено.

— Ты откроешь свой рот только тогда, когда я скажу, — ублюдок нанес Владу еще пару ударов по корпусу. Я вздрагивала каждый раз, когда они наносили ему увечья. Парень лежал, свернувшись калачиком, закрывая тело. Его руки были связаны у него за спиной, он был бессилен.

— Я открою свой рот тогда, когда захочу. Если ты думаешь, что тебе сойдет это с рук, то ты глубоко ошибаешься. В тюрьме тебя будут драть в душе каждый день, избивать до полусмерти, а ты будешь блевать кровью и проклинать свою суку-мамашу за то, что она не сделала аборт.

Кажется, Влада не особенно смутило то, что с ним делали. Он стойко держался, хотя по нему и не было этого видно. А вот подонку, избивавшему его, слова парня не пришлись по вкусу.

Ублюдок схватил Влада за волосы и приподнял на колени. Парень лишь усмехнулся, а затем сплюнул кровь. Я не видела его лица, но знала, что оно выглядит сейчас не самым лучшим образом.

— Бесполезная тварь! Крег, проследи за выходом, я прикончу этого щенка, — второй мужчина кивнул и вышел из комнаты. Меня обдало жаром, как только я осознала происходящее: он идет сюда.

Я юркнула за первую попавшуюся колонну. В этот момент мужчина вышел и встал возле двери. Он ловко вытащил из карманов куртки сигареты и закурил. Лицо его отражало спокойствие, будто бы то, чем он занимался — было очередной забавой. Что-то вроде игры в боулинг или соревнований по литрболу.

Это был мой шанс. Вся ответственность за происходящее лежала прямиком на мне. Я должна была что-то сделать, возможно, ценой собственной жизни. И я решилась.

У меня была одна попытка. Обзор давал мне возможность сделать выстрел почти вплотную, но нужно было все проверить, иначе это может дерьмово кончится для меня.

Последний раз взглянув на спину мужчины, я принялась доставать оружие из моих джинс. Трясущимися руками я смогла снять предохранитель и перезарядиться, предварительно проверив его. На нем был глушитель и это дало бы мне неплохую возможность остаться незамеченной.

Я подошла чуть ближе, но все еще оставаясь в не его поле зрения. Руки тряслись, а сердце стучало, как бешенное. За стеной слышались крики и звуки борьбы. Все это эмоционально давило на меня, и я решила это сделать. Прицелившись, я держала мужчину на мушке. Он, будто бы почувствовав неладное, начал крутить головой из стороны в сторону. Страх сковал меня, но как только мужчина начал оборачиваться, я выстрелила. Его тело в пол оборота глухо упало на землю, а звуки в доме стихли. Он услышал. Услышал выстрел. Он знает, что я здесь.

Мне нужно было знать. Знать, где этот ублюдок сейчас. Я убила одного и собиралась сделать это со вторым. Во мне не проснулся монстр, жаждущий крови и мести, нет. Я боролась за свое. Боролась за жизнь Влада, за свою жизнь. И я знала, что я должна. Я должна бороться.

Медленно я вернулась на свою позицию. Я стояла возле окна и выжидала. Мне хотелось заглянуть, но я боялась. И все же, я решила сделать это.

Мужчина держал направленный на парня пистолет. Влад сидел на коленях, опустив голову. Он был готов. Готов лишиться жизни, чтобы спасти своего отца и меня. И как только мужчина снял предохранитель, я очнулась.

Наставив оружие на него, я приготовилась к выстрелу. Все должно было пройти гладко, как с первым. Но в этот раз я была менее осторожной.

Слегка дернув рукой, я оступилась. Не знаю, как это получилось, но в эту же секунду я громко приземлилась задницей прямо на землю. Этого было достаточно для того, чтобы он услышал.

Мужчина рванул к окну, резво выскочив наружу. Он смотрел на меня, пока я буквально врастала в землю. Я не могла пошевелиться. Стоило бы мне дернуться и он бы прикончил меня. Но он не стал долго думать.

В эту же секунду мужчина двинулся на меня. Я попятилась назад, даже не успев встать. Он ускорил шаг, а затем, максимально сократив расстояние между нами, придавил меня своим телом. Мужчина сжал мои бедра ногами, а его руки принялись за мою шею. Он давил с неимоверной силой, пока я пыталась ухватиться за его лицо. Это было бесполезно. Мертвой хваткой мужчина душил меня, а я даже не могла бороться. Все мои жалкие попытки терпели неудачу, пока силы покидали меня.

Знаете, многие говорят, что перед смертью пролетает вся жизнь перед глазами. Со мной этого не произошло. Перед моими глазами стояло лишь мужское неотесанное лицо с грубыми чертами. Этот урод кряхтел, пытаясь расправиться со мной и ему это почти удалось.

Все произошло настолько быстро, что я даже не успела осознать происходящее. Позади ублюдка, душившего меня, из ниоткуда возник силуэт. Он схватил мужчину за подбородок, а затем полоснул ему по горлу лезвием ножа. Меня будто ведром крови окатили. Она попала мне в глаза, в рот. Я едва не захлебывалась кровью этого ублюдка. Мужчина упал на меня, издав мерзкие предсмертные вопли. У меня не было сил даже спихнуть его. Я просто продолжала лежать, задыхаясь под массивным телом убийцы.

А затем кто-то спихнул его с меня. Отшвырнув подонка в сторону, я увидела перед собой знакомый силуэт. Парень стоял и смотрел на меня, не в силах сказать ни слова, а я только наблюдала, как по его рукам стекала чужая кровь.