1

Мир был серым. Я еще помню фильмы, которые смотрела на старых телевизорах. Они показывали не черно-белую картинку, а бесконечные оттенки серого. Так же было и здесь. Все вокруг серое, предметы едва различимы. Где земля, покрытая снегом? Где небо? Ты можешь понять? — со страхом спрашиваю себя.

Здесь мороз съедает звуки. Они исчезают без следа, без эха.

Я втянула голову в плечи, шея затекла, мышцы рук и ног сводило от напряжения. Надо найти приют. Укрытие. Место, где будет тепло.

Хочу в тепло... Хочу в тепло... Хочу в тепло...

Губы едва шевелились, повторяя эту мантру.

Я кружила среди кристаллов — одни были выше меня, другие размером с палец. Их грани иногда вспыхивали тусклым светом, но разглядывать их не было ни сил, ни желания. Только одна мысль заставила меня остановиться: лед это или минерал? Я подняла несколько кристаллов. Не лед. Машинально сунула их в карман куртки.

Надо выбраться из этих стеклянных зарослей. Время остановилось. Хорошо, что нет ветра. Нет ветра, но мороз обжигает, тонкими нитями пробираясь под кожу.

Кто я? Что я? Что со мной? Почему со мной?

Слез давно не осталось. Да и влага обжигала кожу на таком холоде. Тело одеревенело. Ноги, словно ходули, несли меня вперед. Куда? Неважно. Лишь бы двигаться. Лишь бы идти...

Поначалу вспоминались события, предшествовавшие всему этому. Теперь казалось, что все было не так уж плохо. Зачем было психовать? Столько сил ушло в никуда. А сейчас хотелось только выть... и тепла.

Снежная пустыня пугала. Что скрывается там, за пределами видимости, во Мраке? Каждый вдох давался все тяжелее. Снег хрустел под ногами, иногда в сумраке вспыхивал редкими искрами снежинок.

Зачем идти? Может, остановиться? Присесть хоть на минуту вон на тот пенек?

Подойдя ближе, я увидела впереди кустарники и невысокие голые деревца. Скудный пейзаж стал немного разнообразнее. Это оживило меня, совсем чуть-чуть, но заставило прийти в себя. В голову тут же полезли новые страхи. Теперь меня пугала уже не смерть от холода, а возможность встретить хищников.

Было тяжело. Лениво. Но иногда удавалось поворачивать голову и смотреть по сторонам. Добравшись до подобия леса, я ненадолго остановилась перевести дух. Голова была пустой, неудержимо клонило в сон. Стоит ли вообще держаться за эту жизнь? Ради чего? Прожив столько лет, я так и не нашла ничего, что действительно могло меня удержать здесь. Ничего, что вдохновляло бы или заставляло двигаться вперед. Все одно и то же. Все повторяется. Меняются только персонажи.

В голове нарастал гул. Похоже, дело совсем плохо. Движение — жизнь. Просто поднять ногу. Переставить. Еще раз. Поднять. Переставить.

Через какое-то время деревья стали выше. Голый редкий лес сменился высокими раскидистыми елями. Гул в голове оказался не гулом — это шумел ветер. Я даже не поняла, как оказалась в густом хвойном лесу. Остановилась, огляделась. Да, настоящий хвойный лес - ни конца ни края. Как я так быстро дошла до него? Надо идти дальше.

Ветер бросал в лицо пригоршни снега. Просто двигаться. Мыслей не осталось. Деревья проплывали мимо, словно тени. Где-то впереди светлело. Неужели рассвет? Нет. Свет исходил от деревьев.

Подойдя ближе, я увидела ели, украшенные разноцветными шарами. Новый год прошел совсем недавно. Шары мягко светились. Неужели кто-то решил украсить лес?

— Ау...

Но вместо крика из горла вырвалось хриплое карканье. Я попыталась еще раз, громче. В ответ — только ветер. Шла дальше. Елей со светящимися шарами становилось все больше, пока весь лес не озарился их мерцанием. Но людей не было.

Стало жутко. Дыхание участилось, к глазам снова подступили слезы. Неужели я так и умру здесь одна?

Я закричала из последних сил, умоляя о помощи — кого угодно, людей, Бога, любые силы, лишь бы не погибнуть. Но никто не ответил. Только ветер продолжал гулять среди елей, и стеклянные шары едва слышно позвякивали. Никого. Ничего.

Снова одна... Это осознание легло тяжелым камнем на грудь. Моя боль невидима, мои страдания — каприз, слезы — лишь игра... Я действительно одна. Из горла вырвался вой. Мне плохо... Присяду на минуту.

Хотелось закрыть глаза, но я продолжала смотреть на сверкающие шары, развешанные на елях. Неплохое место для последних минут жизни. Новый год был моим любимым праздником в детстве. Я всегда ждала в этот день чуда, но оно так и не происходило. «Боже, забери меня, мне плохо...» — и эта «молитва» тоже родом из детства.

Внезапно что-то сильно ударило меня в плечо. Но ни сил, ни желания понять, что это было, не осталось. Я просто завалилась на бок. Делайте что хотите...

Иногда приходила в себя. Меня куда-то волокли, снег забился под куртку. Было так же холодно и тоскливо. Эмоции словно отключились. Может, хищник тащит меня в логово, чтобы потом съесть? Только бы быстрее все закончилось.

В какой-то момент мне послышался человеческий голос. Значит, меня нашли люди. Меня волокли, держа за сапоги. Хотелось пожаловаться на такой способ транспортировки, но вместо слов из горла вырывалось лишь невнятное мычание — рот не слушался.

Новогодний лес исчез. Вокруг снова стоял сумрак, а в небе холодно мерцали звезды. Лежа на спине, я видела их особенно хорошо.

О, наконец-то меня поставили на ноги. Но стоять ровно не получалось. Их было двое. Они подхватили меня под локти и повели к высокой стене с воротами. Я не чувствовала ни рук, ни ног. Снова подступила паника, когда представила, что конечности отморожены.

Один из них постучал в ворота. За ними что-то спросили, но я не разобрала слов. Мой спутник коротко ответил. Створка открылась, и мы вошли. В глаза ударил свет фонаря, не давая осмотреться. Меня повели вдоль какой-то улицы, затем втолкнули в распахнувшийся дверной проем. Теплый воздух коснулся лица.

В помещении находилось еще несколько человек. Мои провожатые быстро заговорили на незнакомом языке. Я лишь приблизительно понимала, о чем идет речь, — они то и дело указывали на меня. Голова кружилась, глаза слезились, лица расплывались. Я прислонилась к стене. Тело закололо, в руках и ногах появилась боль. Услышав мой стон, один из мужчин подошел и попытался снять с меня куртку. Видимо, пальцы не слушались, потому что он никак не мог расстегнуть застежку и в конце концов начал просто дергать ее. Мне это не понравилось. Рефлекторно я стала отбиваться от такой помощи. Куртка затрещала по швам. Из кармана высыпались кристаллы и, звеня, покатились по полу.

В комнате сразу стало тихо. Мужчина поднял один из кристаллов, удивленно посмотрел на него и быстро что-то заговорил.

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошел еще кто-то. Точнее, женщина. Она подошла ко мне, что-то сказала, но я ничего не понимала. Пытаясь непослушными руками стереть слезы, я внимательно разглядывала ее. Женщина взяла меня за руку, подвела к стулу, усадила и стала водить ладонями над моим телом. Боль была повсюду. Все тело покалывало, жгло, мне казалось, что я увеличиваюсь в размерах.

Остальные переговаривались, явно обсуждая меня. Через некоторое время один из мужчин снова подхватил меня под локоть, и мы втроем — я, женщина и мой провожатый — вышли на улицу. От холода меня передернуло, но сопротивляться сил не осталось.

Мы шли по освещенной улице. Теперь я заметила, что вокруг стояли одноэтажные дома. Значит, это какой-то поселок. Подойдя к другому зданию, мы вошли внутрь. Мне помогли снять верхнюю одежду и провели дальше.

В комнате стоял небольшой диван. Женщина жестом показала, чтобы я села. Здесь было очень тепло. В воздухе витал приятный аромат благовоний. Она вышла из комнаты. Мужчины, который привел меня сюда, тоже уже не было.

Я растирала руки, ноги, лицо, пытаясь унять жжение, зуд и боль, смешавшиеся в одно мучительное ощущение. Вскоре женщина вернулась с большой кружкой. Я с благодарностью приняла ее. Напиток пах ягодами. Кисло-сладкий, терпкий вкус приятно согрел изнутри. Я выпила все до последней капли. Тело стало необычайно легким. Боль отступила. В голове осталась только звенящая пустота.

Я уснула.