Глава 51. Возвращение на заоблачный пик

Через какое-то время Лин Цзяолу закончил свою благодарную речь, люди принялись скрываться в глубинах улиц, оставляя синие крыши пустовать, кристальная платформа в форме головы дракона постепенно опустилась вниз и улетела в сторону пристанища Бинцзин, туда же отправился и загадочный заклинатель в золотой маске. В этот момент Сюй Юань решил, что пора возвращаться, тем более что Лян Юньлинь уже успел беззаботно задремать на его плече, что уже успело изрядно устать, от нахождения в статичном состоянии.

— Лян Юньлинь? — неуверенно окликнул он его.

— ...

Ответа не последовало. Видно спал он настолько крепко, что слова Сюй Юаня совсем не доходили до его ушей. Делать было нечего, демон аккуратно подхватил экзорциста на руки, уже второй раз за эту ночь, и запрыгнул обратно в в открытое окно.

— «Почему бы Лин Цзяолу не переселить нас в пристанище Бинцзин, после того, как мы закончили расследование?» — подумалось Сюй Юаню. Ведь действительно, им приходилось оставаться на этом посредственном постоялом дворе, спать на твердых циновках в одной единственной комнате, когда они могли скоротать эти дни в роскошных залах ледяной обители, которых наверняка было достаточно, раз все семейство Бао уже отдыхали там.

С этими мыслями Сюй Юань закрыл окно, а после уложил Лян Юньлиня на циновку. В безмолвии, демон и сам улегся на соседнее место, повернувшись лицом к экзорцисту. Сейчас он, казалось, спал крепко и спокойно, не тревожась из-за сновидений о прошлом или других кошмаров, что терзали его каждую ночь. Сюй Юань даже обрадовался, что судя по всему Лян Юньлинь сможет выспаться. Но сам он...

Когда Сюй Юань лег рядом, в его голову сразу же полезли всевозможные мысли. Только сейчас он задумался о том, кого они видели в воспоминаниях Ци Ли. О том загадочном человеке, чье лицо было скрыто густым туманом. Сюй Юань был уверен, что знает, кому оно принадлежало, и это делало ситуацию еще опаснее. Лян Юньлиня волновали только чужие любопытные тайны и собственная репутация, которую он вдруг решил выстроить заново, восходя вверх по дороге из голубых облаков, но Сюй Юань думал куда глубже. Связь между людьми из снов и экзорцистом казалась ему чем-то очевидным, ведь такого крупного совпадения просто не могло быть. И ведь до того, как они с Лян Юньлинем встретились, он никогда не жаловался на подобные сны. Или же он просто забыл. Так или иначе, Сюй Юань точно знал: за всем этим стоит кто-то, о ком они даже не подозревают. Этот человек манипулирует всем из-за кулис и вероятно смеется, видя происходящее в его кукольном театре, что оказался целым миром. Там ведутся сражения, погибают души... Там зачем-то пробудились семеро великих демонов. Если обычно ленивый в плане нападений Ци Ли вдруг начал действовать, засылая своих поданных инкубов в верхнее царство, а сам Сюй Юань каким-то чудом вырвался из заточения, то вероятно и другие уже давно не спят. Сейчас на земле обманывает людей Юнь Ци и бесчинствует где-то Фэн Ню... да и остальные.

Мысли вились внутри Сюй Юаня безумным  вихрем из слов и картинок, прошлого и будущего. Он даже не видел того, что было перед ним в реальности. Зрачки настолько потеряли фокус, что окружение показалось Сюй Юаню мутным пятном на его сознании. Лян Юньлинь с распущенными волосами, спящий подле него...

Демон сглотнул. Понадобиться что-то действительно убедительное, чтобы экзорцист поверил ему и не возжелал снова изгнать его в мир иной. Конечно, неумелый Лян Юньлинь не нанес бы ему никакого вреда, однако их духовные узы, тщательно сплетенные за это время, были настолько тонки, что могли порваться в любой момент, стоило только неправильно потянуть или случайно дотронуться кончиком пальца. Сделай Сюй Юань еще хоть одно неверное движение, и Лян Юньлинь тут же сбежит. Тогда с ним уже будут разбираться равные по силе, унылые экзорцисты Баоюэ или давно знакомые культиваторы Цюсин. Ему, конечно, этого совсем не хотелось, поэтому Сюй Юань с величайшим удовольствием бы сохранил эти их с Лян Юньлинем хрупкие узы, по крайней мере они могут поддержать существование демона и не дать ему кануть в лету. Сюй Юань меньше всего хотел встречаться взглядом с загадочным человеком, что наделяет демонов силой. Уж слишком тяжело будет вынести его ядовитое дыхание. Но ведь сейчас его здесь нет.

Лян Юньлинь спал так тихо и безмятежно, что плавные изгибы закрытых век, через тонкую кожу которых просматривались вены, казался спокойными отливными волнами при луне. А сами веки напомнили Сюй Юаню легко продуваемые ветром вишневые лепестки. Куда же сейчас несет бурная Лян Юньлиня облачная река? В какую точку на временной линии царства сновидений?

Сюй Юань тяжело вздохнул, после чего перевернулся на спину. Его руки устроились на груди, а глаза были направленны ровно в потолок. Вся красота его праздничных одеяний и изысканной прически затерялась в нахлынувшей усталости. Он был не в силах даже снять с себя одежду. Медленно закрывая глаза, Сюй Юань хотел уснуть как можно скорее, чтобы не продолжать копаться в своих мыслях, однако как только его ресницы соприкоснулись, он непроизвольно начал переживать эту ночь заново. Колесница, глава Лин... сколько бы раз Сюй Юань не пытался выкинуть из головы объятия Лян Юньлиня, все было безуспешно.

«Скажи Дан-дан, у тебя так со всеми жертвами?..»

Эта фраза впилась в его голову острыми когтями, не желая отпускать. До этого у него особо и не было времени подумать, но сейчас, оставшись наедине со своими мыслями, Сюй Юань пытался найти ответ на это вопрос, который ставил его в тупик как никакой другой.

Со всеми жертвами?

По правде говоря, Сюй Юань никогда не запоминал своих жертв. К демону-исполнителю желаний обращались только в край отчаявшиеся люди, либо те, что не имели здравого смысла. Все они не знали цену жизни. Практически никогда среди призывавших его не оказывалось даже самого слабого даоса, поэтому Сюй Юаню никогда и не было интересным разбираться в том, зачем и почему люди взывали к нему. Их желания были пусты и примитивны, все их нескончаемые богатства, неземная красота и нескончаемое счастье в итоге обращались в черно-белых судий загробного мира¹. Они проводили грешников до адских врат, неся свои косу и похоронные флаги, после чего Сюй Юань сразу же выкидывал их из головы. Единственный случай, что запомнился ему был очень странен. Та девушка, что молила вернуть к жизни ее возлюбленного. Пожалуй только ее фарфоровое намокшее лицо и клинок в руке остались в его памяти. Даже луна не благоволила ей тогда. Она так просила... но наверное, именно тогда в Сюй Юане и проснулась ранее погруженная в сон человечность, которая сказала ему не искушать ее и просто уйти. Если бы только она не нанесла себе надрезы на запястье, они оба остались бы невредимы, однако чтобы затянуть ее раны, сжигая кровный контракт, Сюй Юаню пришлось пожертвовать значительной частью своей демонической энергии. Потому-то он так прекрасно и помнил все те события.

Ну так каков же ответ на вопрос Лян Юньлиня?

«Нет.»

Никакая жертва не была для Сюй Юаня такой же, каким был Лян Юньлинь. Если он пожелал получить защиту на всю оставшуюся жизнь, то демон-исполнитель желаний без раздумий выполнит свою миссию, даже если ему придется следовать за Лян Юньлинем тысячелетиями. Этот экзорцист был слишком похож на тонюсенький зеленый листик на осеннем дереве, который вот-вот должен поменять свой цвет и упасть к низу ствола в гниющую кучу, став с ним единым целым. Даже если на этом дереве не останется ни единого здорового листочка, Сюй Юань преградит дорогу ветру своей железной волей и острым лезвием меча, днем и ночью, он встанет напротив потока и прикроет собой беззащитный листик, последнее напоминание о некогда минувшем лете, что когда-то стало всем для Сюй Юаня.

Если конечный ответ был — «нет», то он должен был постараться, чтобы завоевать доверие Лян Юньлиня раз и навсегда.

***

Лян Юньлинь не видел во сне страшных демонов, незнакомых людей, личностей из прошлого, размытые пейзажи... ему вообще ничего не приснилось. Это и радовало и настораживало одновременно. Однако, это было просто отлично, ведь на утро ему предстояло отправиться обратно на пик Гаокун, так как их с Сюй Юанем задание в Шуанэни было выполнено, да и день ордена Линъай прошел.

Когда Лян Юньлинь встал, он изумился, не обнаружив рядом с собой демона. Но времени думать не было, нужно было как можно скорее спешить в пристанище Бинцзин, на встречу с принцессой Полнолуния и остальными представителями духовной секты Баоюэ. Состояние Лян Юньлиня оставляло желать лучшего, за эту ночь он не раз просыпался, к тому же поел менее чем за три часа до сна. Его лицо было слегка отекшим, волосы спутались а парадные одеяния смотрелись нелепо и смешно. Он решил, что как только прибудет на заоблачный пик, то непременно отправится в купальню, чтобы наконец отмыть с себя грязь всех тех событий. Светящиеся рога покинули лоб Лян Юньлиня, словно никогда там и не появлялись, а на смену бушующей энергии пришла тяжелая усталость. Однако он всё же принялся приводить себя в порядок, насколько это было возможно. Он переоделся в исправленные Сюй Юанем теплые голубые одежды ордена Баоюэ, параллельно раздумывая, где же сейчас сам демон. Расчесав волосы, он собрал их в незамысловатую прическу, а парадные украшения, да и сам наряд, отправились в безразмерный мешочек цянькунь. Собрав свои немногочисленные вещи, Лян Юньлинь оглядел пустую комнату напоследок. Этим утром слабое, но какое никакое солнце пробивалось в окна своими лучами, освещая две циновки, занимающие почти весь пол. Странно, но его даже настигло чувство тоски, ведь за эти дни успело произойти столько всего, а теперь ему приходится возвращаться назад. К тому же мысль о яшмовой обители не на шутку пугала Лян Юньлиня. Оставалось надеяться только на Сюй Юаня, хоть и делать этого вовсе не хотелось.

Лян Юньлинь закрыл дверь и вышел в приемную. Девушка в персиковой одежде мирно спала на столе, не замечая того, как гость спустился вниз.

— Простите...

— ...

— Госпожа?.. — Лян Юньлинь слегка потряс ее за плечи.

— А...? — протянула она, поднимаясь. — А, это вы, господин Лян. Что-то случилось?

— Нет-нет, просто я сегодня уезжаю. Пришел отдать вам ключи. — он протянул ей связку из небольших металлических ключей разной формы.

— А, точно... — лениво потянувшись, девушка открыла один из ящиков в столе, после чего достала оттуда какую-то записную книжку, и принялась что-то быстро писать. — Оставьте ключи здесь. Я просто не подумала, что вы уезжаете. Где же ваш друг?

— И вовсе он мне не друг. — выпалил Лян Юньлинь. — Кхм, извиняюсь... я бы и сам хотел знать, куда это он запропастился, госпожа.

— Как это? Вы даже не виделись с ночи?

— Нет. — Лян Юньлинь осторожно положил связку ключей перед девушкой. — Брат Дан ведь родом из другого места, не с пика Гаокун, так что видимо, он уже уехал своей дорогой.

— Должно быть так. — сказала она, заканчивая записи. — Что ж, господин Лян, до свидания и хорошей вам дороги...

— До свидания. — уходя, Лян Юньлинь краем глаза заметил, как девушка снова разлеглась на стол.

Дорога к пристанищу Бинцзин уже успела стать чем-то обыденным, поэтому даже не оглядываясь по сторонам, Лян Юньлинь дошел до моста, ведущего ко дворцу. Будто в последний раз взглянув на огромные статуи драконов с серебряными колоколами, застланных толстым слоем инея, он прошел вперед. Ледяная вода во рве слепила, отражая солнечный свет, когда экзорцист проходил по краю моста, рассматривая вырезанные в ограждении фигурки. Переступив порог пристанища Бинцзин, он сразу же встретил в главной зале привычную компанию: Лин Цзяолу, Сюэ Луна, Лин Бинхуа, Хао Нэйцзяня, а также все семейство Бао. Все они будто выдохнули, увидев, что Лян Юньлинь вообще жив...

— Доброе утро, Лян Юньлинь. — улыбнулся Лин Цзяолу, сложив руки на животе. — А где же Дан Ванчу?

— Он уже уехал... — ответил экзорцист, стараясь не отводить взгляд. — У него еще есть дела, так что он не стал задерживаться здесь.

— Вот как.

— Лян Юньлинь.. — подошла к нему Бао Хуан, которая после этой длинной ночи выглядела нетронутой снегами и ветрами, будто за целый день она даже не покидала стен дворца. — Ты в порядке? Прости, меня не оказалось рядом...

— Мы ведь рассказывали вам, — сказала Лин Бинхуа, — господин Дан помог ему, поэтому ничего страшного, вам ведь тоже нужен отдых.

— Ах да, господин Дан... — принцесса Полнолуния слегка отшатнулась. — Конечно, я помню. Ладно, главное, что все хорошо.

— Теперь, когда все в сборе, нам нужно решить, как мы отправимся в лунную обитель. — спокойно сказал Бао Юэинь.

— Я могу отвести вас. — предложил Сюэ Лун.

— Господин Сюэ, вы итак уже сделали достаточно, может мы все же своим хо...

— Я настаиваю. Не нужно после этой ночи вам напрягаться и использовать духовное оружие. Для меня это сущие пустяки.

Бао Юэинь нахмурился:

— Ладно, тогда транспорт на вас, юный господин Сюэ.

— Вот и договорились.

Чем быстрее они отправятся в лунную обитель, тем лучше, поэтому немедля, Лян Юньлинь и семейство Бао распрощались с главой Лин и его советницей. Сюэ Лун же вместе с ними отправился в сторону места взлета. Это была та же самая просторная зона, где дракон мог перевоплотиться, не задев рядом стоящих зданий. Там Сюэ Лун вновь обратился в серебристого зверя, с чешуйками, натертыми перламутровой пылью, блестящими глазами, похожими на два сапфира и длинным изящным хвостом. В этот раз паланкин на его спине был побольше, чтобы туда могли вместиться четверо людей. Взяв их в когтистую лапу, Сюэ Лун усадил их внутрь.

— Держитесь, я взлетаю! — выдохнул дракон, после чего быстро взмыл в небо. Сегодня, на солнце, его чешуя казалась даже ярче, чем раньше, а сидеть в открытом паланкине было не так холодно.

На протяжении практически всего полета они молчали, пока Бао Хуан не сказала:

— В нашей духовной школе появились новые ученики. — было непонятно, для кого именно она это озвучила.

— Правда? — будто зачарованный, Лян Юньлинь не отводил взгляд от открывшихся с высоты чудесных видов.

— Да, это юные адепты ордена Хэшуй², что приедут к нам обучаться на какое-то время.

— Да, в основном я послал их всех к старейшине Байфэну. — добавил Бао Юэинь.

— Не понимаю, зачем мы в такое время вообще принимаем учеников. — бросил Хао Нэйцзянь. — Что если один из них ведом Сюй Юанем?

— Я думала об этом. Но это не абы какие адепты, среди них даже была младшая сестра одного из тех заклинателей, что обычно выступают на летных состязаниях. Да и другие... В общем, я доверяю главе Хэ, он, возможно самый надежный глава клана из всех.

— В тихом омуте черти водятся...

— Просите но... я впервые слышу об ордене Хэшуй. — вдруг встрял в их разговор Лян Юньлинь.

— Ах, Хэшуй, клан, культивирующий воды, они редко контактируют с другими школами, так как основная их территория находится на слегка отдаленном юго-восточном острове, к тому же они очень не любят конфликты. — объяснила Бао Хуан.

Да, Лян Юньлинь действительно ни разу не видел в своих снах представителей этого ордена. Ему стало  ужасно интересно, какие они, эти новые ученики из такого необычного клана.

И вот они уже пролетали реку Шуйюнь, где бурлили кристально чистые горные воды и отражались плывущие по небу редкие облака. Показалась узкая каменная лестница, с высеченными на стене подле нее правилами и истинами, бамбуковая роща Баохуан и наконец – лунные ворота. Как бы Лян Юньлинь не тосковал по постоялому двору, он был счастлив снова попасть домой, на заоблачный пик Гаокун.

Было утро, поэтому многочисленные заклинатели бродили по улице, спеша по своим делам. Некоторые столпились, чтобы встретить главу ордена и остальных, стоя смирно, подобно нефритовым статуэткам. Руки адептов, как правило, были забиты свитками, а кто-то сжимал духовное оружие.

Сюэ Лун аккуратно приземлился, после чего спустил с себя компанию. Люди поприветствовали их глубоким поклоном.

— Что ж, господин Сюэ, увидимся через пару месяцев. — сказала Бао Хуан. — Вы ведь будете на летных играх?

— Разумеется, — подтвердил дракон, даже не обращаясь назад в человека, — буду рад вновь с вами встретиться. Удачи вам, до свидания.

— До свидания.

Предвестник скрылся за белой пеленой, превращаясь с ней в одно целое, а заклинатели разбрелись по своим делам.

— Сейчас очень рано, через пару часов мы должны будем провести церемонию приветствия новоприбывших учеников. Лян Юньлинь, если хочешь присоединиться, то приходи в лунный дворец.

— Да, спасибо, — кивнул он, — я буду.

— Прекрасно. — улыбнулась Бао Хуан, раскрывая веер.

— Тогда сейчас вы все, — обратился Бао Юэинь ко всем, кто стоял в кругу рядом с ним, — идите готовиться и приводить себя в порядок.

Внешний вид Лян Юньлиня действительно был мягко говоря неопрятным, поэтому он решил прямо сейчас направиться в купальню, перед этим захватив новые одежды.

Пояснения:

¹Хэй-учан и Бай-учан (Чёрное Непостоянство и Белое Непостоянство) - божества народной религии Китая, сопровождающие души мёртвых на тот свет, подчинённые Яньло-вана (буддийского Ямы) — судьи загробного мира. "Учан" — это анитья: бренность, непостоянство. Это одна из основополагающих концепций буддизма, наряду с дукхой (болезненность, неприятность) и анатманом (отсутствие "я") составляющая Три признака существования.В сложившейся иконографии образов Хэй-учан и Бай-учан одеты в чёрное и белое, в соответствии со своими именами, при этом чёрный — с косой, белый — с похоронным флагом или бунчуком, который несут в похоронной процессии. (黑白无常)

²Хэшуй - Хэ - Фамилия семьи основателей. Шуй - вода. (和水)