последний бой

Гаара медленно поднял руку к лицу и снова посмотрел на кровь на своих пальцах.

Словно не верил в то, что видит.

- Кровь...

Он смотрел на неё несколько секунд.

А потом уголки его губ медленно поползли вверх.

- Ты ранил меня...

Его голос стал странным.

Почти счастливым.

- После дяди Яшамару... никто не ранил меня...

Темари резко поднялась со своего места.

- Гаара...

Канкуро нахмурился.

- Всё плохо...

Саске стоял напротив него спокойно, хотя и сам почувствовал изменения в чакре противника.

Песок вокруг Гаары двигался всё быстрее.

Словно жил собственной жизнью.

- Я убью тебя...

Тихо произнёс Гаара.

- Я убью тебя и докажу своё существование...

Кагэ резко встала со своего места.

- Эта чакра...

Она чувствовала её.

Очень хорошо чувствовала.

И от этого по спине пробежал холодок.

Это была чакра хвостатого зверя.

Не такая, как у Курамы внутри Наруто.

Но похожая.

Очень похожая.

Какаши сразу заметил её выражение лица.

- Ты тоже почувствовала?

Кагэ медленно кивнула.

- Да...

- В нём запечатан хвостатый.

Гай удивлённо посмотрел на неё.

- Ты уверена?

- Абсолютно.

Кагэ перевела взгляд на Гаару.

- И судя по всему, печать начинает слабеть.

В этот момент Генма сделал шаг вперёд.

- Гаара, успокойся.

Гаара даже не посмотрел на него.

Его взгляд был прикован только к Саске.

Песок начал покрывать его руку.

Медленно превращая её в огромную когтистую лапу.

По трибунам прошёл испуганный шум.

- Что это такое?!

- Его рука!

Саске напрягся.

Даже его Шаринган не мог полностью понять происходящее.

Кагэ уже собиралась спрыгнуть вниз.

Но в этот момент...

По стадиону раздался звук.

Свист.

А затем...

Над ареной начали падать белые перья.

Кагэ поймала одно из них рукой.

И её глаза мгновенно расширились.

- Гендзюцу?!

На трибунах один за другим зрители начали засыпать.

Какаши резко поднялся.

- Началось!

И в этот же момент вокруг Конохи раздались взрывы.

Крики.

Шум битвы.

Кагэ резко подняла голову к балкону Хокагэ.

И увидела, как Казекаге схватил Хирузена и исчез вместе с ним под прикрытием четырёх шиноби.

Глаза Кагэ расширились.

- Хирузен!

Какаши уже складывал печати.

- Кагэ!

Он посмотрел прямо на неё.

- Найди Третьего!

- Я займусь вторжением!

Кагэ сжала кулаки.

- Поняла!

Но прежде чем исчезнуть, она обернулась к арене.

Её взгляд встретился со взглядом Наруто.

Потом Саске.

- Выжить.

Только это она сказала.

А через секунду исчезла в шуншине вслед за Хирузеном.

Кагэ мчалась по крышам Конохи, следуя за чакрой Хирузена.

И вдруг она увидела, как четверо шиноби Звука одновременно сложили печати.

- Техника барьера Четырёх Фиолетовых Пламен!

Фиолетовый купол начал стремительно подниматься вокруг крыши.

АНБУ бросились вперёд, но было уже поздно.

Кагэ резко ускорилась.

За мгновение до того, как барьер полностью закрылся, она проскользнула внутрь.

Фиолетовое пламя сомкнулось за её спиной.

- Хирузен!

Третий Хокагэ резко обернулся.

- Кагэ?!

Она быстро оказалась рядом с ним.

Напротив них стоял Орочимару.

На его лице появилась знакомая усмешка.

- Какая настойчивость, Кагэ-сан.

Кагэ холодно посмотрела на него.

- Я предупреждала тебя в Лесу Смерти.

- Уходи, пока можешь.

Орочимару тихо рассмеялся.

- А я предупреждал тебя не вставать у меня на пути.

Кагэ нахмурилась.

- Значит ты действительно решил напасть на Коноху.

- Какая проницательность.

Её глаза мгновенно вспыхнули Мангекё Шаринганом.

- Я не позволю тебе тронуть эту деревню.

Орочимару слегка наклонил голову.

- Всё такая же.

- Как и тогда в лесу.

- Сначала защищаешь других, а уже потом думаешь о себе.

Хирузен сделал шаг вперёд.

- Кагэ.

Она не отрывала взгляда от Орочимару.

- Что?

- Это мой бой.

Кагэ резко повернулась к нему.

- Нет.

- Он напал на Коноху.

- Он твой ученик, но сейчас он враг деревни.

Хирузен молчал несколько секунд.

- Именно поэтому я должен остановить его сам.

Кагэ сжала кулаки.

- Тогда я помогу тебе.

- Нет.

Она удивлённо посмотрела на него.

- Что?

- Если со мной что-то случится, кто-то должен будет защитить деревню.

- Не говори так.

Хирузен улыбнулся.

- Ты слишком напоминаешь мне своих родителей.

Кагэ отвела взгляд.

- Сейчас не время вспоминать их.

Орочимару усмехнулся.

- Как трогательно.

- Но, боюсь, времени у нас не так много.

Он сложил печать.

- Начнём, сенсей?

Кагэ сделала шаг вперёд.

- Орочимару...

Её голос стал ледяным.

- В этот раз я не позволю тебе уйти просто так.

Орочимару улыбнулся.

- Посмотрим.

И в следующую секунду крыша содрогнулась от столкновения чакры.

Орочимару сложил новую последовательность печатей.

Его чакра стала тяжелее.

Опаснее.

Хирузен мгновенно изменился в лице.

- Нет...

- Только не эта техника...

Кагэ нахмурилась.

- Что происходит?

Орочимару усмехнулся.

- Позвольте представить вам одну из величайших техник, созданных Вторым Хокагэ.

- Запретная техника.

- Эдо Тенсей.

Он ударил ладонями по крыше.

- Техника Нечестивого Воскрешения!

Из крыши медленно начали подниматься два гроба.

Первый.

Второй.

Они с грохотом остановились между Орочимару и Хирузеном.

Кагэ почувствовала, как сердце пропустило удар.

Нет...

Нет...

Только не...

Крышка первого гроба медленно открылась.

Изнутри показался мужчина с длинными светлыми волосами и спокойным лицом.

Крышка второго тоже упала вниз.

Белые волосы.

Красные отметины на броне.

Холодный взгляд.

Мир вокруг Кагэ словно остановился.

- П...

Её голос дрогнул.

- Папа...

Она сделала шаг вперёд.

Глаза расширились.

- Дядя...

Перед ней стояли Тобирама Сенджу и Хаширама Сенджу.

Хирузен тоже замер.

Его руки едва заметно дрожали.

- Учитель Первый...

- Учитель Второй...

Даже Орочимару на мгновение замолчал, наслаждаясь произведённым эффектом.

Глаза воскрешённых Хокагэ медленно открылись.

Пустые.

Безжизненные.

Не такие, какими Кагэ их помнила.

Тобирама первым осмотрелся вокруг.

Его взгляд остановился на Орочимару.

Затем на Хирузене.

А потом...

На Кагэ.

Он замер.

Всего на мгновение.

Но замер.

Кагэ чувствовала, как дрожат её руки.

- Папа...

Тобирама смотрел на неё пустыми глазами Эдо Тенсей.

Но внутри них словно мелькнуло что-то знакомое.

Что-то живое.

Хаширама тоже перевёл взгляд на девушку.

Его лицо стало серьёзным.

- Кагэ...

Очень тихо произнёс он.

Орочимару удивлённо приподнял бровь.

- Даже сохранив так мало собственной воли, вы всё равно узнали её?

Хирузен сжал посох Энмы крепче.

- Орочимару...

- Ты зашёл слишком далеко.

Орочимару лишь улыбнулся.

- Наоборот, сенсей.

- Я всего лишь использую наследие Второго Хокагэ.

Кагэ резко подняла голову.

В её глазах вспыхнул Мангекё Шаринган.

- Не смей...

Чакра вокруг неё вздрогнула.

- Не смей использовать технику моего отца против него самого!

Орочимару спокойно встретил её взгляд.

- Тогда останови меня.

Кагэ сделала шаг вперёд.

Но перед ней неожиданно появился Хирузен.

- Нет.

Она удивлённо посмотрела на него.

- Хирузен...

- Я уже говорил.

Он не отрывал взгляда от своих учителей.

- Это мой бой.

- Но...

- Кагэ.

Третий Хокагэ впервые за долгое время назвал её таким голосом.

Голосом Хокагэ.

- Если ты вступишь в этот бой сейчас...

Он посмотрел на Тобираму и Хашираму.

- Ты не сможешь сражаться.

Кагэ опустила взгляд.

Потому что он был прав.

Перед ней стоял её отец.

Перед ней стоял её дядя.

И она не знала...

Сможет ли поднять на них руку.

Орочимару сложил очередную печать.

Глаза Хаширамы и Тобирамы окончательно потускнели.

Последние остатки их собственной воли исчезли под контролем техники.

- В атаку, - спокойно произнёс Орочимару.

В следующую секунду оба Хокагэ исчезли.

Хирузен едва успел поднять Энму.

Но перед ним уже появилась Кагэ.

- Хирузен!

Она отбила удар куная Тобирамы своим клинком и одновременно уклонилась от удара Хаширамы.

Крыша под её ногами треснула.

- Займись Орочимару!

Хирузен замер.

- Кагэ...

Она бросила взгляд через плечо.

- Их оставь мне!

Тобирама вновь появился рядом.

Удар.

Кагэ заблокировала его обеими руками.

Ударная волна разнеслась по крыше.

- Я справлюсь!

В следующий момент из земли вырвались деревянные корни Хаширамы.

Кагэ отпрыгнула назад.

- Стихия огня! Огненный дракон!

Пламя столкнулось с древесиной, заполняя крышу жаром и дымом.

А затем...

Кагэ перестала сдерживаться.

Чакра вырвалась наружу.

Мощная.

Плотная.

Живая.

Воздух вокруг неё задрожал.

Даже Орочимару невольно прищурился.

- Какая чакра...

Хирузен тоже удивлённо посмотрел на неё.

Он никогда не видел, чтобы она выпускала всю свою силу полностью.

Зелёные глаза Кагэ стали ярче.

Внутри них вспыхнул Мангекё Шаринган.

Чакра Курамы, остатки силы Мито, кровь Сенджу и Учих...

Всё смешалось воедино.

Кагэ исчезла.

Даже Тобирама на мгновение потерял её из виду.

Она появилась между ними.

Удар ногой отбросил Хашираму назад.

Кулак встретился с мечом Тобирамы.

От столкновения чакры крыша содрогнулась.

- Простите меня...

Тихо произнесла Кагэ.

Тобирама вновь бросился вперёд.

- Простите, папа...

Она увернулась от водяного сюрикена.

- Простите, дядя...

Деревянные ветви попытались схватить её.

Она разрубила их одним движением.

- Но я не позволю использовать вас как оружие!

Позади неё Хирузен крепче сжал Энму.

Он смотрел на девушку перед собой.

На дочь своего учителя.

На ребёнка, которого когда-то знал ещё совсем маленьким.

И впервые за долгое время он понял...

Что перед ним стоит не девочка из прошлого.

Перед ним стоял настоящий шиноби Конохи.

Настоящая наследница двух величайших кланов.

Кагэ резко подняла взгляд на Орочимару.

- Хирузен!

Третий Хокагэ кивнул.

- Понял!

Он сорвался с места прямо на своего бывшего ученика.

А Кагэ осталась одна против двух легенд прошлого.

Она медленно выдохнула.

- Хорошо...

Мангекё Шаринган вновь вспыхнул в её глазах.

- Тогда покажите мне...

Она приняла боевую стойку.

- Чему меня научили кровь Сенджу и кровь Учих.

Крыша Хокагэ уже давно перестала быть крышей.

Доски были разбиты, камень расколот, а воздух дрожал от столкновения чудовищной чакры.

Тобирама появился перед Кагэ мгновенно.

Настолько быстро, что обычный шиноби даже не успел бы увидеть его движения.

Но глаза Кагэ уловили каждое движение.

Шаринган вспыхнул.

Клинок встретился с кунаем.

Искры разлетелись в стороны.

- Ты всегда был слишком быстрым, папа...

Кагэ отпрыгнула назад.

И именно в этот момент земля под её ногами взорвалась.

Деревянные корни Хаширамы вырвались наружу, пытаясь схватить её за ноги.

Кагэ сложила печать.

- Стихия огня! Великий огненный шар!

Пламя поглотило древесину.

Но уже через секунду из огня вырвались новые ветви.

- Черт...

Она резко увернулась.

Огромный деревянный столб пронёсся рядом с её лицом.

Тобирама воспользовался моментом.

Водяной дракон устремился прямо к ней.

Кагэ сложила печати.

- Стихия воды! Водяная стена!

Две техники столкнулись.

Вода взорвалась брызгами по всей крыше.

Она едва успела обернуться.

Тобирама уже стоял позади неё.

Удар.

Кагэ поставила блок.

От силы удара её отбросило назад на несколько метров.

Она приземлилась на одно колено.

И улыбнулась.

- Даже мёртвым ты не даёшь расслабиться...

Тобирама вновь исчез.

Кагэ закрыла глаза.

На мгновение.

Всего на мгновение.

Чувствуя движение чакры вокруг себя.

Слева.

Она уклонилась.

Сверху.

Прыжок назад.

Справа.

Блок.

Кунай Тобирамы прошёл в нескольких сантиметрах от её лица.

В этот момент деревянные корни Хаширамы обвили её руку.

Ещё один захватил ногу.

Ещё один шею.

- Попалась...

Тихо сказала она сама себе.

А затем чакра вокруг неё вспыхнула.

Корни разлетелись в щепки.

Даже Хаширама на мгновение остановился.

Кагэ поднялась.

Её чакра буквально окутывала тело.

Зелёные глаза светились.

Мангекё Шаринган вращался всё быстрее.

- Я ведь дочь своего отца и матери...

Она посмотрела сначала на Хашираму.

Потом на Тобираму.

- Значит и сражаться должна достойно вас.

Она исчезла.

Теперь уже Хаширама потерял её из виду.

Удар пришёлся прямо ему в грудь.

Эдо Тенсей мгновенно восстановил повреждение.

Но сам факт того, что она смогла ударить Первого Хокагэ, заставил даже Орочимару бросить взгляд в их сторону.

- Удивительно...

Тобирама появился рядом с ней.

Но Кагэ уже ждала этого.

Она схватила его руку.

Развернулась.

И перебросила его через плечо.

- Извини, папа.

Тобирама врезался в остатки стены.

Крыша содрогнулась.

Кагэ тяжело дышала.

Она была сильной.

Очень сильной.

Но перед ней стояли два человека, которых когда-то называли богами шиноби.

Даже Эдо Тенсей не делал их слабыми противниками.

И всё же...

Она не отступала.

Потому что за её спиной была Коноха.

За её спиной был Хирузен.

За её спиной были Наруто и Саске.

И потому что перед ней стояли не враги.

Перед ней стояли её семья.

- Простите меня...

Тихо произнесла Кагэ.

По её щеке скатилась слеза.

Она вновь подняла кулаки.

- Но сегодня я не позволю никому использовать вас против деревни, которую вы защищали всю жизнь.

И снова исчезла навстречу двум легендам прошлого.

Тобирама вновь появился перед Кагэ.

Удар.

Ещё удар.

Ещё.

Кагэ едва успевала блокировать атаки.

Даже с Мангекё Шаринганом движения Второго Хокагэ были чудовищно быстрыми.

А за спиной уже поднимались новые древесные корни Хаширамы.

Она отпрыгнула вверх.

Корни пронеслись под ногами.

- Вот же...

В следующую секунду водяные иглы Тобирамы устремились прямо к ней.

Кагэ сложила печати.

- Стихия земли! Земляная стена!

Камень раскололся от удара техники.

Но этого хватило.

Она приземлилась обратно на крышу.

Тяжело дыша.

И именно тогда произошло неожиданное.

Тобирама замер.

Всего на мгновение.

Его рука дрогнула.

Глаза словно стали чуть живее.

- ...Кагэ...

Она застыла.

- Папа?..

Тобирама смотрел прямо на неё.

Уже не пустым взглядом Эдо Тенсей.

А своим.

Настоящим.

- Какая же ты стала большой...

У Кагэ задрожали руки.

- Папа...

Рядом замер и Хаширама.

Он медленно посмотрел на неё.

И неожиданно улыбнулся той самой доброй улыбкой, которую она помнила с детства.

- Ты выросла...

- И стала сильной куноичи...

По щекам Кагэ потекли слёзы.

- Дядя...

Но в следующую секунду Орочимару сжал пальцы.

Тела обоих Хокагэ дёрнулись.

Тобирама нахмурился.

- Черт...

- Он усиливает контроль...

Хаширама тяжело вздохнул.

- Похоже, времени мало.

Тобирама посмотрел прямо на Кагэ.

- Не сдерживайся.

- Что?..

- Мы уже мертвы.

Его голос был твёрдым.

Таким, каким она его помнила.

- А Коноха всё ещё жива.

Хаширама кивнул.

- Защити её.

- Так же, как всегда защищали её мы.

Кагэ опустила голову.

- Я не могу...

- Можешь.

Тобирама впервые за весь бой улыбнулся.

Совсем немного.

- Потому что ты моя дочь.

В этот момент по крыше прокатилась новая волна чакры.

Кагэ резко обернулась.

Позади неё стоял Хирузен.

Перед ним возникла огромная призрачная фигура.

Бог смерти.

Шинигами.

Даже Орочимару впервые за весь бой побледнел.

- Эта техника...

Хирузен тяжело дышал.

- Орочимару...

- Сегодня всё закончится.

Орочимару отступил назад.

- Старик... Ты собираешься использовать Шики Фуджин?!

Кагэ резко обернулась.

- Хирузен!

Он посмотрел на неё.

И улыбнулся.

Спокойно.

Как всегда.

- Прости меня, Кагэ.

- Нет...

- Я уже слишком стар для этого мира.

- Нет!

Она бросилась к нему.

Но Тобирама схватил её за плечо.

Она удивлённо посмотрела на отца.

Он медленно покачал головой.

- Это его выбор.

Хаширама опустил взгляд.

- Хирузен всегда был таким.

Хирузен тем временем сложил последнюю печать.

Рука Шинигами медленно прошла сквозь его тело.

И потянулась к Орочимару.

Орочимару впервые закричал.

По-настоящему.

От страха.

А Кагэ стояла неподвижно.

Слёзы текли по её лицу.

Потому что сегодня она теряла ещё одного человека, которого считала своей семьёй.

Рука Шинигами уже тянулась к душе Орочимару.

Сам саннин впервые выглядел по-настоящему испуганным.

- Старик... Ты действительно решил умереть вместе со мной?!

Хирузен тяжело дышал.

- Если это цена за безопасность Конохи...

- Я готов её заплатить.

И в этот момент произошло это.

Из рукава Орочимару вырвался меч Кусанаги.

Лезвие пронзило тело Хирузена насквозь.

- Хирузен!!

Кагэ сорвалась с места.

Но две руки удержали её.

Она резко обернулась.

Тобирама.

И Хаширама.

Даже под контролем Эдо Тенсей они удерживали её.

- Нет!!

Она попыталась вырваться.

- Пустите!!

- Хирузен!!

Чакра вокруг неё взорвалась.

Крыша под ногами покрылась трещинами.

Но хватка двух Хокагэ не ослабла.

- Пустите меня!!

По её щекам текли слёзы.

- Я должна помочь ему!!

Тобирама молчал несколько секунд.

А потом тихо произнёс:

- Нет.

Она замерла.

- Папа...

- Ты не успеешь.

Его голос был спокойным.

Тяжёлым.

- А если бросишься сейчас - погибнешь вместе с ним.

- Мне всё равно!!

Хаширама осторожно положил руку ей на плечо.

- Кагэ...

Она подняла на него взгляд.

- Иногда шиноби сами выбирают свою смерть.

Кагэ стиснула зубы.

- Но не Хирузен...

- Не он...

Хирузен поднял голову.

На его губах появилась слабая улыбка.

- Кагэ...

Она перестала вырываться.

- Хирузен...

- Не плачь.

Голос Третьего Хокагэ был тихим.

Но она слышала каждое слово.

- Ты ведь сильная девочка.

- Я уже давно не девочка...

Хирузен усмехнулся.

- Для стариков вроде меня...

- Ты всё ещё ребёнок.

У Кагэ задрожали губы.

- Не смей...

- Не смей уходить...

Хирузен перевёл взгляд на неё.

- Позаботься о них.

Она сразу поняла.

Наруто.

Саске.

Коноха.

- Ты справишься лучше меня.

- Нет...

- Я не хочу...

Хирузен закрыл глаза.

- Передай Наруто...

Он тяжело вдохнул.

- Что я всегда верил в него.

Кагэ больше не могла сдерживать слёзы.

- Сам ему скажешь...

- Обязательно скажешь...

Хирузен лишь улыбнулся.

А в следующую секунду рука Шинигами вырвала часть души Орочимару.

Орочимару закричал от боли.

Его руки бессильно повисли.

- Мои руки!!

- Что ты сделал со мной?!

Хирузен тяжело опустился на колени.

Тобирама медленно отпустил Кагэ.

Хаширама тоже сделал шаг назад.

Она бросилась вперёд.

Успев подхватить Хирузена прежде, чем он упал.

- Хирузен!

Он с трудом открыл глаза.

- Похоже...

- Моё время пришло...

- Нет.

Она крепче прижала его к себе.

- Я запрещаю тебе умирать.

Он тихо рассмеялся.

- Вот теперь...

- Ты действительно напоминаешь мне Цунаде...

Кагэ закрыла глаза.

Слёзы капали на одежду Хокагэ.

А над разрушенной крышей Конохи впервые за долгое время воцарилась тишина.

Пыль медленно оседала над разрушенной крышей.

Тела Первого и Второго Хокагэ рассыпались в прах вместе с завершением техники Эдо Тенсей.

Последнее, что успела увидеть Кагэ, был спокойный взгляд Тобирамы.

И мягкая улыбка Хаширамы.

А затем они исчезли.

Навсегда.

Вдалеке послышался шум.

Подручные Орочимару успели забрать его прежде, чем АНБУ добрались до крыши.

Он ушёл.

Но цена этой победы оказалась слишком высокой.

Кагэ сидела на коленях перед Хирузеном.

Его дыхание становилось всё слабее.

- Прошу...

Её голос дрожал.

- Хирузен...

Она схватила его за руку.

- Не оставляй меня...

Слёзы одна за другой падали на его одежду.

- Умоляю...

И словно отвечая её боли, небо над Конохой потемнело.

Пошёл дождь.

Капли падали на разрушенную крышу.

На камень.

На кровь.

На руки Кагэ.

Хирузен с трудом поднял руку и коснулся её щеки.

Кагэ замерла.

- Ты...

Он тяжело вдохнул.

- Выросла хорошей куноичи...

На его лице появилась слабая улыбка.

- И сильной...

- Я горжусь тобой...

Кагэ покачала головой.

- Не надо...

- Пожалуйста...

- Не говори так...

Хирузен продолжал смотреть на неё.

Так же тепло, как и много лет назад.

Когда она была ребёнком.

Когда он впервые учил её складывать печати.

Когда она впервые назвала его по имени вместо "Хокагэ-сама".

- Кагэ...

- Несмотря ни на что...

Он тяжело выдохнул.

- Я рад...

- Что ты вернулась...

Слёзы текли по её лицу.

- Не надо...

- Прошу...

Хирузен улыбнулся ещё раз.

- Думаю...

Он посмотрел куда-то вдаль.

На деревню.

На лица Хокагэ на горе.

- Следующим Хокагэ...

- Станешь ты...

Глаза Кагэ расширились.

- Нет...

- Потому что я верю...

Его голос становился всё тише.

- Именно ты...

- Сможешь защитить деревню...

- Как никто другой...

Он с трудом перевёл взгляд обратно на неё.

- Ты превзошла...

- Даже своих родителей...

Кагэ больше не могла сдерживать слёз.

- Хирузен...

Он сделал последний вдох.

И тихо произнёс:

- Спасибо тебе...

Его рука медленно соскользнула с её щеки.

И безвольно упала вниз.

Наступила тишина.

Абсолютная.

Кагэ смотрела на него несколько секунд.

Словно отказывалась понимать то, что произошло.

А потом прижалась лицом к его груди.

И закричала.

Крик, полный боли.

Потери.

Одиночества.

Крик, который разнёсся над всей Конохой.

И даже дождь не смог заглушить его.

В этот день деревня потеряла своего Третьего Хокагэ.

А Кагэ потеряла ещё одного человека, которого называла своей семьёй.