Глава 18

Через два дня состоялись похороны.

Это было сильным ударом для всех. Для отца Хидэки, который с трудом отказался от очередной командировки, и пришёл на похороны сына, для матери Джека и Рэйчел, которая нашла пару свободных часов между работами, и которая знала Хидэки больше пяти лет, мать Эвана, которая помнила очень многих студентов университета, в том числе и японца, и которая с ним подружилась из-за близости его и её сына, мать Криса, которая хоть и пьяная, но пришла на похороны и тихо плакала в сторонке, может, и не по смерти близкого друга её сына, а по своему горю. Бабушка и дедушка Хидэки не прилетели из Японии на похороны внука, посчитав, что это будет опасно для их здоровья, и поэтому выслали  достаточно много денег на все приготовления похорон и для отца покойного парня. Помимо всех этих людей, на церемонию пришли почти все друзья и одноклассники Хидэки, в том числе и Рокси с Евой, которые тихонечко пришли под ручку и о чём-то шептались и чуть плакали.

Сами похороны прошли достаточно быстро и тихо, только Рэйчел, прижавшись к груди Криса, во весь голос рыдала, не в силах больше сдерживать всю скопившююся боль и отчаяния. Но помимо её громких рыданий можно было услышать более тихий, но не менее отчаянный плач Джека, который стоял на коленях перед камнем Хидэки, на котором было написано его имя, фамилия и отчество, каких-то пару добрых слов и перевод всего этого на японский, что обозначало, что парень был родом из Японии.

Всем было больно, все тихо плакали, сжимая кулаки и хмуря брови. Никому уже не было дело до того, кто убил Хидэки и зачем. Об этом и не думал Джек, который сжал руки у себя на груди, чувствуя как отчаянно бьётся сердце, как оно обливается кровью, как ноет от разбитой любви и потери. По щекам парня стекали множество слёз, падали на рубашку, на землю, в которую недавно положили гроб с японцем, на красные, как волосы Хидэки, цветы, что лежали на выемке.

–И зачем?! Зачем ему приспичело создавать эту грёбаную группу?!– отчаянно кричал Джек, всё сильнее вжимая руки у гриди.– Разве я не говорил, что это опасно?! Разве я не предупреждал?! Разве не отговаривал?! А он что?! – завывая от рыданий, он перевёл дыхание, после чего упал вперёд, упершись локтями об землю.– Почему? Почему меня никто не послушал?...

Его дальнейшие слова было уже не разобрать из-за напавшей на него боли и плача. Он не стыдился ни слёз, ни своих чувств, ни своих движений. Ему было всё равно, он ощущал боль каждой клетокой своего сознания, каждой клетокой своей потрёпанной и сломанной души.

–Джек...успокойся,– тихим, надломленным и осипшим от истошных криков сказал Крис, положив руку на плечо парня.– Прошу, не надо так кричать...

–А как мне не кричать, если мне больно?!– отчаянным сказал Джек, пытаясь вытереть со щёк слёзы, но на них стекали новые.– Что ты предлагаешь?! Умереть?!

–Прошу, не говори такое,– взмолился Крис, сжимая плечо парня, и опасливо посмотрел на Еву, но та не обращала на них никакого внимания, разделяя горе Рэйчел и Рокси. – У нас ещё целая жизнь впереди, даже если не счастливая, то хотя бы достойная.

–Ты так уверен в этом?–  с горечью усмехнулся Джек и встал, стараясь больше не плакать и прийти в себя.

– По крайней мере, это у вас будет жизнь достойная, но не у уж меня точно,– обречённо со злезами на глазах покачал головой Эван.– Теперь я всегда буду просто преступником, который был совершенно невиновен...

Он резко смолк, не в силах продолжать. Все знали, что Эвана отпустили, чтобы он смог посетить похороны своего друга, но всего лишь на пару часов, после чего его отвезут на десять лет в настоящую тюрьму, которая находилась недалеко от города. Десять лет разлуки после такой крепкой  дружбы... Это будет нелегко, но Джек с Крисом обещали, что они будут ждать парня; они были полностью в этом уверены...

–Ладно, парни, мне пора,– вдруг к ним подошла Ева, с осторожностью смотря на них, будто боялась.– Меня проводит Рэйчел.

Тут же из-за её спины выглянула рыжеволосая девушка, которая почему-то даже не посмела посмотреть в глаза парням, которая даже не плакала и не дрожала, а держалась стойко, будто на что-то решилась...

–Ладно, хорошо, идите,– медленно сквозь зубы проговорил Крис, с какой-то даже ненавистью глядя на Еву.

–Да, и мне...очень жаль, что всё так получилось...– в её голосе слышалось сожаление, но из-за её привычной странности было не понять, фальшива она или нет.

–Ничего,– с трудом вздохнул Крис, пытаясь по доброму улыбнуться, но получилось скупо.

Ева ещё секунду внимательно разглядывала его лицо, после чего взяла под руку Рэйчел и двинулась в сторону вотрот кладбища. Трое парней внимательно, с хмурыми лицами смотрели им вслед.

–Ага, конечно, прям таки ей очень жалко,– как только девушки оказались вне зоне слышимости, прорычал Джек, с силой сжимая руку Криса.– А убивать ей Хидэки было не жалко?!

–Ты так уверен в том, что это она?– тихо спросил Эван, скрестив руки на груди и страраясь не смотреть в глаза друзьям, будто был в чём-то виноват перед ними.

–Но это точно был её номер,– возразил Крис, следя за повернувшими за угол девушками. Они скрылись из виду.– Конечно, есть теория, что это её подставили и хотят свалить всю вину на неё, но слишком уж она странная...

–Да, я это заметил,– чуть успокоившись, кивнул головой Джек. Его кудрявые волосы растрепал ветер, отчего они упали ему прямо на глаза, но сиряхивать он их её стал. Его волновала даже не Евв со своими странностями, я разбитое сердце и боль души...

–Ладно, ребят, мне пора тоже идти,– тяжело и совершенно обречённо вздохнул Эван, заметив около кладбищинского забора две фигуры полицейских, которые явно пришли по его душу.

Они обнялись. Долго и крепко со слезами на глазах. Слишком много боли было у каждого в сердце, слишком много. Да и вряд ли уже когда-нибудь её станет меньше. Эван ушёл. Ушёл на десять лет, хоть в это и с трудом верелось...

–Чёрт, да почему же всё через зад идёт, а?!?!– закричал во весь голос Крис со всей силой пнув землю.

–Ладно, на этом жизнь не кончается, ты сам это говорил,– приложил руку к груди парня Джек, пытаясь его таким жестом успокоить.– Я уверен, мы справимся со всеми трудностями.

Он тепло улыбнулся, сверкая зелёными, как лес, глазами, и поцеловал в мягкие губы Криса. Казалось, в этом поцелуи смешалась вся боль, всё отчаяние, все муки и страдания с великим, непокоримом чувством – любовью. Любовь была в каждом сердце человека, и неважно сломан он или силён.

Сцепив крепко руки и никого не стесняясь, парни молча вышли из кладбища. Каждый старался ни о чём ни думать, чтобы не испытывать от этого одни мучения и не вспоминать смерть Хидэки, этот проклятый бар, проклятый туалет, проклятое письмо...

Вот уже и забор кончился, вот и поворот, вот и...

Джек сложил губы в немом «О» и приложил руку ко рту. По невысохшим дорожкам его влажных щёк потекли новые слёзы. Крис вообще упал на колени, не в силах поверить в увиденное.

На асфальте, буквально сразу за углом лежал звездой на спине мёртвый Эван. На его груди прямо над сердцем красовалась длинная дыра от ножевого ранения. Кровь лилась из неё фонтаном, что обозначало, что парня убили недавно. Поперёк раны лежала ветка сирени, вся заляпанная красной жидкостью, а рядом с ней на коже были вырезаны уже три цифры: «240». Конец номера. Накаченное, некогда чуть загорелое тело Эвана было бледным, тёмно-синие глаза пусто смотрели на затянутое тучами небо, аккуратная бородка, за которой он так ухаживал, была заляпана кровью, а короткие светло-коричневые волосы раздувал сильный осенний ветер. Одежда шелестела, но само тело не издавало звуков: ни дыхания, ни стона, и биение сердца, никакое. И больше никогда не издаст.

Дрожащими руками Крис взял из мазолистой руки Эвана письмо, такое же, как когда-то взял из раковины в туалете, где убили Хидэки...

«Дорогие мои сыщики,

Думаю, вы уже догадываетесь, кто причина всех ваших бед, а если даже и не догалывайтесь, то я с удовольствием вам это скажу сама: убийца – это я, Ева, имя моё которое настоящее Элисс. Элисс Маклин. И я схожу с ума. Но это неважно, если хотите узнать всю правду и все причины, то звоните мне, ведь номер вы уже давно знанете, не правда ли?

P.s. вы балбесы просто, а в особенности Крис.

Желаю вам удачи и дальше,Ваша Ева.»