Часть 65

Тем же вечером я появился в борделе.

Основная причина - забота о Хирото. Но почему-то стоило мне заметить фигуру госпожи Янг, как все мысли о брате исчезли из головы. Хозяйка, что магическим образом появилась именно тогда, когда я нуждался в ней больше всего, стояла с прямой, как у березки, осанкой и гордо поднятой головой. Как и всегда, она создавала впечатление чего-то сильного, холодного, с возвышенной отстраненностью от всего людского.

Заметив меня, её взгляд смягчился, а я почувствовал, как становлюсь мальчишкой, вернувшимся домой. Мои плечи расслабились, а взгляд остановился ровно на хозяйке, словно я знал, куда мне идти и что делать. Ни Хирото, ни принц не могли мне помочь - лишь фигура госпожи Янг, укутанная в богатые темные одежды, могла дать мне ответ.

Подходя к ней, я, словно в тумане и не говоря ни слова, упал к ней, обнимая. Хозяйка явно насторожилась, увидев моё бледное, растерянное лицо, но отталкивать меня не стала, лишь нервно дернулась от неожиданности. Потом пришло ощущение нежных рук на макушке: они зарылись в мои волосы, массируя кожу головы.

Зачем я это сделал, я не знал. Я даже не предвидел, что так будет. Но какой-то камень внутри, что держал меня всё это время, уснул, и больше мне не за что было цепляться. В объятиях хозяйки я растекся, словно вода. Мыслей в голове не было, лишь спокойная тишина.

- Му Цин, что случилось? - нежный голос хозяйки раздался возле моего уха.

Прижавшись ближе к женщине, я положил голову ей на грудь, желая, чтобы её руки вновь оказались на моей макушке. Словно телепат, госпожа Янг исполнила моё желание.

- Госпожа Янг, как вы думаете, причиняя человеку боль, мы можем спасти его?

Вопрос сорвался с моих уст необдуманно, но мгновенно вызвал реакцию. Руки хозяйки замерли, а её дыхание прервалось на миг. Слушая, как быстро застучало чьё-то сердце, я понял, что иду по давно погребенным тайнам прошлого.

Отстранившись немного, я посмотрел женщине в глаза. Они были расширены и смотрели в одну точку на стене, будто там стоял призрак. Но затем последовал вздох и выдох, который снял всё напряжение, и госпожа Янг снова стала нежной и мудрой.

- Ты кому-то сделал больно? - без всяких обвинений спросила она.

- Я думал, что спасу.

- Я так понимаю, у тебя не получилось.

Слова, произнесенные хозяйкой, били не хуже кнута. Боли я не чувствовал, но обиду - еще какую! Я будто действительно был маленьким мальчиком, разбившим игрушку. Но, тем не менее, найти в себе силы заткнуться я не мог.

- Тот, кому я делал больно, возвысил меня. И я теперь намерен разорвать с ним связь окончательно. Но... - мой голос затих, а в голове прокрутилось истеричное лицо принца, что всеми силами просил прощения, цепляясь за рукав.

- Разорвать связь означало причинить еще больше боли, - продолжила за меня хозяйка.

Взглянув ей в лицо, я удивился, увидев, как она, погруженная в свои собственные мысли, поняла меня с полуслова.

- Му Цин, - тихо окликнула она, заглядывая мне в глаза. - К сожалению, не важно - осознанно или нет, но мы всегда будем злодеями в чьей-то истории. Я верю, что у тебя были хорошие намерения и серьезные причины так поступать. Не стоит считать себя монстром из-за этого.

Не могу не признаться, что мне стало легче, но также не могу сказать, что колющая вина исчезла. Положив голову обратно на грудь, слушая живое сердце, я вновь желал расслабиться в её руках, погружаясь в свои мысли.

Ах, я действительно мальчишка, что, без стеснения обнимает ледяную королеву у всех на глазах. Прямо на входе, никого не стесняясь.

- Знаете, в одной книге, что я читал до дыр, были слова: «Все, взявшие меч, от него же и погибнут». Я должен признать, что это правда. Причиняя боль, мне самому больно.

И вот опять в трудные времена я вспоминаю Бога.

Честно, мне жаль, что порой я не могу просто взять и остановить свой мыслительный поток. Мне до тошноты противно вновь и вновь обращаться к слову Божьему.

Скривившись от собственных мыслей, пряча лицо в темных одеждах госпожи, я почувствовал, как её руки крепче прижали меня к себе.

- Значит, ты ещё не потерял себя, - наконец произнесла она. - Тот, кому не больно от чужой боли, уже не человек.

От этих слов внутри зародилась какая-то глупая надежда, заставлявшая вот-вот расплакаться прямо здесь. Оставь госпожа Янг меня в своих объятиях ещё на минуту, я бы позволил себе слабость, но она, будто чувствуя бурю внутри меня, спокойно отстранила меня от себя, с нежной улыбкой сказав:

- Ты пришёл к Хирото, - тихо напомнила она. - Он ждёт. И, кажется, уже начинает злиться.

Я невольно усмехнулся, представив ворчливое лицо брата.

- Иди, - госпожа Янг отпустила меня. - Мы ещё поговорим.

- Спасибо, - сказал я, уже отходя.

Разговор оставил меня в странном, почти «алхимическом» состоянии. Будто какой-то химик смешал мою усталость с расслабленностью, создав нечто абсолютно ленивое - состояние, когда не хочется не просто двигаться, а даже мыслить.

Но всё же я чувствовал, как внимательно меня рассматривает хозяйка, провожая мою фигуру взглядом. А также чувствовал, как её глаза опустились чуть ниже, заметив мой оборванный рукав.

Ах, я и забыл об этом.

Что ж, перед тем как зайти в покои брата, я заглянул за нитками и иголкой. Наконец, постучавшись в дверь к Хирото, мне тут же открыли. На пороге с перекошенным от злости лицом стоял он.

- Ты опоздал! - воскликнув от ярости заглядывая в мою бвсстыжую рожу произнёс он, а затем нахмурился, разглядывая меня. - Что с тобой?

- Устал, - просто сказал я, заходя в комнату никак не реагируя на его эмоции.

Хирото по сравнению с прошлым разом выглядел значительно лучше: лекарство и моя забота быстро поставили его на ноги. Да, в некоторых местах самые крупные синяки и повреждения ещё не исчезли, но они уже не были так критичны. Он мог стоять и ходить - недолго, правда, но мог. Вот и сейчас он стоял, наблюдая, как я сижу с согнутой спиной и шью одежду.

Затем я услышал, как брат цокнул языком, и с неким раздражением подошёл к своей кровати, откидывая одеяло. Я уже хотел спросить, не заболело ли у него что-то, но он меня опередил.

- Ложись, - приказным тоном, не терпящим возражений, произнёс он.

- Что? - растерялся я, никак не ожидая от него такого. - Вообще-то это ты тут больной.

На моё напоминание Хирото только скривился.

- А ты - дурак! Ложись, кому говорят.

Посмотрев на брата пару минут, будто сомневаясь в его предложении, я всё же решил послушаться, чувствуя, как внутри меня всё само рвётся просто лечь и не двигаться. Я отложил рукоделие и забрался в постель. Заснул я достаточно быстро и очень крепко, перед этим услышав ворчливое нытьё брата:

- А вот и не надо сюда каждый вечер бегать... А вон до чего себя довёл, тупица.

В полудреме я почувствовал, как на лице появилась улыбка, но быстро стёр её, боясь, что Хирото заметит - тогда он точно не даст мне поспать. А ранним утром я увидел сопящего рядом брата и зашитый рукав, который я точно помню оставил недоделанным.

Вновь взглянув на брата, я понял: кому-то нужно приготовить завтрак в постель. Отблагодарить, так сказать.