55 Часть

Вустили меня достаточно быстро: стоило только назвать имя, как мне позволили войти.

Только вот я не ожидал увидеть на столе Советника карты и вино. Переведя взгляд со стола на серьёзного Советника, который, сложив руки, просканировал меня взглядом.

Бутылка стояла нетронутой, говоря о том, что ей решили воспользоваться потом. К тому же карты — игра не для одиноких людей.

— Весёлые у вас планы, Советник, — с усмешкой сказал я.

Мэй Няньцин встал передо мной, закрывая вид на стоящее на столе безобразие всей духовной веры.

А да, в христианстве азарт — грех, тут не знаю.

— Ближе к делу, — строго заговорил он, возвышаясь надо мной, зыркнул на меня недовольными глазами. — Что случилось?

Вспомнив причину своего прибытия, я заметил, как всё весёлое настроение стремительно уткнулось вниз.

— Возможно, вам придётся открыть бутылку раньше, — и с этими словами я прошёл мимо него, как обычно рухнув на своё место возле его стола.

Советник неоднозначно осмотрел меня. Он уже явно привык к моим закидонам и некой грубости, которую я позволяю себе. Так что, что именно он там высматривал, мне было непонятно. Но придя в себя, он вернулся на прежнее место.

— Я теряю авторитет, — быстро, даже как-то резко, без какой-либо подготовки честно признался я. — Возможно, в дальнейшем мне будет труднее проводить уроки.

— Что случилось? — нахмурившись, спросил он, а затем снова оглядел меня. — Это из-за твоей э-э-эм... трагедии?

Честно говоря, попытка Мэй Няньцина не задевать мои раны была милой. Я даже обрадовался такой деликатности.

— Частично да, — честно признался я. — Но вряд ли в том смысле, в котором вы себе это представляете; я работоспособен.

— Тогда в чём дело?

— Принц заметил моё состояние и... — я сделал паузу, прокручивая новоиспечённую проблему, — он захотел меня спасти.

— Что!? — воскликнул Советник, глупо хлопая глазами. — В каком смысле спасти?

— В прямом! — громко выкрикнул я.

Как в каком-то дешёвом романе!

Он такой мрачный и холодный, "оф, я обязательно спасу тебя!"

От этой мысли по моему телу прошли мурашки, а спина почувствовала какой-то холодок.

Только не говорите мне, что именно такая формулировка была у принца в голове. Нет, я в это не верю.

Вернувшись в реальность, я столкнулся с Советником, который выглядел удивлённо оскорблённым, сметая рукой свои карты в сторону, не отрывая от меня глаз, требующих объяснений.

Что я такого сделал?

Прокручивая весь наш разговор заново, я вспомнил, как неосознанно повысил голос. А менталитет такого не позволяет по отношению к старшим, даже если это было не со зла.

— Простите, Советник, эмоции захлестнули, — поспешил извиниться я.

Благо для меня это всегда было легко.

Много практики в извинениях.

— Его Высочество, он... захотел спасти меня или поддержать? В принципе, не важно, главное — он выходит из-под моего контроля!

— А что такого плохого, если он поддержит тебя? — хмурясь, спросил Советник, не понимая колоссальности проблемы.

Меня словно холодной водой облили. Я замер, не понимая услышанного, а стоило осознать — как тут же ударил кулаком по столу, смотря Советнику прямо в глаза.

— Мне не нужна поддержка принца! — громко воскликнул я, чувствуя, как холодная ярость захлёстывает меня.

— Советник, — спокойно окликнул его я, садясь на своё место, замечая, как его глаза следят за мной. — Я не в первый раз нахожусь в горе. Я знаю себя в этом состоянии. И в случае чего, я пойду за помощью, я могу вам это гарантировать — я не брошу себя на дне. В принципе, по этому я и пришол к вам. Но принц — не тот, кто может мне помочь! Он не моё облегчение, он моя ответственность! Кто ищет утешение в ответственности?

Советник замолчал. Он долго и пристально всматривался в меня. А затем вышел усталый вздох. Он прикрыл глаза, массажными движениями проведя по вискам.

Я заметил, что какое-то понимание в его глазах, раз он кинул взгляд на бутылку в стороне. Но отказался.

— Значит, боишься потерять авторитет, — наконец понял Советник. — И что ты предлагаешь? Дистанцироваться? Оттолкнуть его ещё сильнее?

— Я не знаю, — отведя взгляд в пол и поджав губы, признался я. — Я никогда... я не знаю, как быть, когда кто-то хочет мне помочь. Я не сталкивался с этим.

Сочуствующий взгляд наставника заставлял меня недовольно сжаться и прикусить губу, лишь бы не сказать грубость, как принцу. Но я вытерпел. Да и наставник взрослый — лезть не стал, видя, что мне это не нужно.

— Хорошо, — внезапно сказал Советник, откидываясь на спинку кресла. — Допустим, ты прав. Допустим, его поддержка для тебя — проблема. Что ты будешь делать?

Я молчал.

— Ты не можешь просто оттолкнуть его. Это разрушит его веру в тебя. Ты не можешь принять его помощь — это разрушит твою веру в себя. У тебя есть третий вариант?

Подняв на него усталый взгляд, я быстро кинул глаза в сторону бутылки, которая сейчас как никогда подошла бы мне. Но она не моя.

— Я надеялся, что вы его придумаете, — честно признался я.

Советник невесело усмехнулся.

— Я не бог, Му Цин. Я не могу решать за тебя. Но могу сказать одно: если ты не найдёшь способ объяснить ему, почему его помощь тебе вредит, он будет пытаться снова и снова. И каждый раз будет больно вам обоим.

Бог бы тоже не помог мне.

Я к ниму за этим никогда не пойду.

Хотя, не знаю. После того что случилось с матерью, после предательства собственного слова. Могу ли я доверять себе в это?

Нервно перебирая пальцы под столом, я выслушал его и мой взгляд снова упал на бутылку.

— Единственное, что приходит в голову — сместить фокус на вас, — взглянув на поднятые брови наставника, я уточнил. — В преподавательском смысле. Заново ввести вас как наставника принца, а мне медленно уйти в тень.

— Ты думаешь, принц меня послушается? — задумчиво спросил он.

— Послушается, — кивнул я уверенно. — Уж чему я его научил, так это прислушиваться.

— В твою сторону это как-то не работает.

Меня мгновенно перекосило.

— Прислушиваться — это ещё не значит слышать, — быстро сказал я в своё оправдание. — Его Высочество оказался очень тугим в плане эмоций и слишком упрям, чтобы отступать. К тому же он считает, что как-то должен мне что ли? Я как-никак не раз ему помогал. Правда, он не понимает, что моя помощь — моя работа, а не одолжение.

— Мда, проблема, — перебирая пальцы, утвердительно произнёс собеседник. — И почему молодому поколению надо набивать шишки? Не могут старших послушать?

Впервые за всё время нашего знакомства мне захотелось закатить глаза на его болтовню.

Он же и сам был молод? Неужели так много утекло воды с его набитых шишек? А ведь по виду не скажешь — всё такой же молодой и красивый, хочешь — сейчас женихом становись!

Вот это я понимаю заклинатель!

— Ладно, — ровно сойдясь в кресло, произнёс наставник. — Думаю, замена наставнической фигуры должна перейти ко мне сама. Есть предложение, с какой темы начнём замену?

— Разбирайтесь в экономике?

Наставник возмущённо посмотрел на меня и сказал:

— Молодой человек, я Советник! — напомнил мне он.

— Конечно, конечно, — отмахиваясь от дальнейшей лекции о его статусе, кивая, поддакивал я. — Принц недавно заинтересовался этим предметом. Тут я ему не помощник, мои знания скудны. Вот тут выйдете вы, так сказать: начнём с профессионального, закончим личным.

Мне пришлось привстать, чтобы пожать Советнику руку, закончив разговор об этом проклятом принце. Стоило нашим рукам расцепиться, как я прямо почувствовал снятую с себя ответственность. Да я просто упал в кресло, чуть ли не превратившись в желе от такого облегчения.

Я даже сделал себе десять секунд тишины, привыкая к новым ощущениям, неверяще смотря в потолок. А зачем мой взгляд снова упал на бутылку, мне пришлось сдержать слюни, заметив недовольный взгляд Советника.

Но тогда мой взгляд упал на карты.

— Может, сыграем? — осторожно спросил я.

Советник поднял бровь.

— Ты серьёзно?

— Я устал думать, — как-то даже отчаянно воскликнул я, выпрямившись в кресле. — Устал быть учителем, наставником, ответственным. Хочу просто... быть никем. Хотя бы на одну партию.

Советник молчал, медленно сканируя моё лицо взглядом, будто у меня на лице счётчик усталости, и он сверяется с цифрами, проверяя, не солгал ли я?

Потом медленно потянулся к картам. Начав тасовать, спросил:

— Правила знаешь?

— Нет. — с улыбкой сказал я, пододвинувшись к ниму поближе. — Но я быстро учусь.

— Это я знаю. — произнёс он, раздавая карты. — Это тебя и губит.