6 Часть

- Душечка! - послышался голос Мая Ми, как только я приоткрыл глаза.

В глаза рябил свет, но всё же я увидел стоящих со всех сторон три силуэта.

Так!

Я лежал на кровати, голова еле соображала, но мягкая кровать (да, она была мягкой по сравнению с моей циновкой) говорила мне, что я в раю.

Господи, отец родной, ты меня услышал?!

- Душечка, почему ты плачешь? - послышался знакомый нежный голос Мая Ми.

О, ты тоже тут?

Всё, конец мучениям, Мая Ми! Теперь мы свободны!

- Какая у тебя глупая рожа, - послышался укол от Хирото.

- Походу, наш Му Цин считает, что он на небесах, - ехидно сказала Нан Мао. - Давайте спустим его с небес на землю?

И с этими словами к моему носу что-то поднесли. Резкий, вонючий запах мгновенно ударил в нос. Запах был настолько едким и концентрированным, что к горлу подкатила вторая волна рвоты.

Мгновенно я принял сидячее положение, затыкая нос, желая как можно дальше оказаться от этой дряни.

- Злыдня! - прокричал я ехидной женщине, за что получил смех в свою сторону.

Причём смеялись все.

Итак, я нахожусь в просторной комнате с шикарным видом на улицу, где светило солнце и пели птички. Комната богатая: есть туалетный столик, дверь в ванную комнату и даже что-то наподобие гардероба.

Я узнал эти покои, не раз здесь пробирался.

Это комната звезды Нан Мао.

Проститутки, известной своей красотой, игрой в стратегические игры и знаниями в искусстве.

Женщина великолепна, не спорю, но иногда мне кажется, что её формы излишне большие, не на мой вкус, короче.

Что ж, женщины разные должны, женщины разные важны!

- А не надо было меня пугать! А то свалился замертво возле моих покоев, и гадай теперь, очнёшься или нет? - недовольно пробубнила она, кидая на меня злобные взгляды.

Значит волновалась, что не может не радовать.

- Душечка, как ты себя чувствуешь? - волнительно спросила Мая Ми, встав передо мной и внимательно заглядывая в глаза.

- Мая Ми! - жалобно воскликнул я чуть ли не плача, кладя голову ей на колени. - Мне внезапно стало плохо, да так, что я свалился, а эта злыдня ещё и издевается над больным мной. Ох, жизнь моя - жестянка!

Мая Ми, обладающая мягким нравом, мгновенно начала жалеть меня, поглаживая по голове и говоря, какой я бедненький.

А я, как кот, наевшийся сметаны, состроил печальные глазки, наслаждался чуть ли не мурчанием.

- Ты и правда жалкий, - смотря на меня сверху вниз, сказал Хирото. - Ни стыда, ни гордости.

- А может, меня за это и любят! - возмущённо воскликнул я, вставая с колен и встав в оборону, задрав голову повыше. - Я живой человек и имею право на чувства!

Раздался громкий хлопок, заставивший всех в комнате дёрнуться. Медленно я повернулся к Нан Мао, вспоминая, чем ещё она известна.

Тем, что является наследницей хозяйки.

Не биологической, конечно, но когда госпожа Янг уйдёт в отставку, управление борделем перейдёт к Нан Мао.

Так что она умеет командовать.

Повернувшись к высокой, зрелой женщине с длинными чёрными волосами, уложенными в модную причёску, напоминающую корону. Своими изящными пальчиками с маникюром она заставилв всех замолчать.

Она довольно улыбнулась, сложив руки на груди.

- Вернёмся к теме, Му Цин, как ты оказался без сознания?

Нарисованные кистью красные стрелки делали её тёмные глаза более привлекательными. Модная красная ханьфу с открытыми плечами и видом на декольте делала образ соблазнительным. Пояс подчёркивал тонкую талию, а при ходьбе иногда открывался вид на стройные грациозные ноги женщины, которые сводили мужчин с ума.

Такой вид был весьма вульгарен, но мы находимся в борделе, а не в культурном заведении, так что подобное нормально.

- Наверное, от усталости, - со вздохом говорю я, смывая с себя весь смешной и неряшливый вид. - Я уже несколько месяцев чувствую слабость в теле, порой всё заходит до того, что мне не хватает сил, чтобы поесть.

- Ну, нада-же как хозяйка тебя загнала. -взяв с фужера фрукт, она медленной игривой походкой подошла ко мне, заткнув мне рот фруктом, кончиком пальцев провела по линии скулы к подбородку, лукаво улыбаясь. - Ешь, я распаряюсь, чтобы принесли что-то более питательное.

Эта женщина, даже не находясь в моём вкусе, может свести меня с ума. Я поражён и восхищён, даже как-то дышать стало трудно. Но встряхнув головой, жуя нектарин, я пришёл в себя и уже подозрительно отношусь к её закидонам.

Я просто знаю, откуда они пошли.

Её история, на мой взгляд, одна из самых страшных историй на ночь. Нан Мао родилась в обеспеченной семье каких-то аристократов, далеко отсюда. В свои подростковые годы она сияла красотой и молодостью, и ей предрекали хорошую жизнь. По началу она действительно жила хорошо: модная одежда, вкусные блюда, любящие родители, младшая сестра и даже помолвка с завидным женихом. Всё было как в сказке, если бы у каких-то завистливых мужиков не вставал член.

Позавидовав, что им такая красота никогда не достанется, они решили взять свой «счастливый день» насильно. Похитили её из дома, увезли куда-то далеко, и думаю, понятно, что с ней там делали.

Это продолжалось несколько месяцев, пока они не «наигрались» и не продали её в бордель.

Из-за этих стоячих членов жизнь девушки была разрушена.

Но и она оказалась не робкого десятка, решила, что раз жизнь разрушить, то всеми силами вырвет себе место под солнцем. Так она и стала звездой.

Добилась своего места под солнцем, только есть последствия.

В карьере проститутки самое главное - тело. Став профессиональной девой древней профессии, она сама начала относиться к своему телу как к вещи.

Каждое её движение привлекает, манит и соблазняет.

Для этого ей пришлось отстраниться от собственного тела, от ситуации и от самой себя в целом, дабы всё, что с ней делают, не воспринимать так остро.

Этим она, похоже на хозяйкк, отстраняет личное от профессионального, но если госпожа Янг до сих пор живёт в своей трагедии и скорбит по своей всё ещё сохранившейся, испачканной себе, то Нан Мао убила эти чувства напрасно.

Став безжалостной не только к себе, но и к другим. Когда она станет хозяйкой, я могу гарантировать, что круг насилия продолжится, и никакие мольбы, призывы к совести не спасут - сплошная выгода.

Всё её «закидоны» в виде постоянных соблазнительных действий - это история потери самой себя.

Я бы мог назвать её злом во плоти, если бы не видел, что не она - исток своей жестокости.

Я не могу на это смотреть просто так.

Не могу смотреть на эти соблазнительные, манящие движения.

Это трагедия.

Она - символ жертвы и выжившего, чья маска стала уже новой личностью.

Не снимайте!

Не снимайте эту маску, может быть это намордник.

Внутри неё, кроме гнева и ненависти, ничего нет. Снимете маску - и она проглотит вас.

Но как же она профессионал своего дела - это да. Я восхищаюсь: скрыть такую тьму под вуалью роковой красотки - это искусство. Одним взглядом заставить меня возжелать её - это превосходно, пусть потом меня скручивает каждый раз.

Как это происходит сейчас: я отстранился, глядя в пол, лишь бы не встречаться с тёмными глазами напротив.

- Эй, Му Цин! - надувшись, обиженно воскликнула Нан Мао. - Почему ты отстраняешься? Разве я не красива?

Нан Мао может показаться себялюбивой. Она чисами может сидеть за зеркалом, выбирает только самые яркие одежды, подчёркивающие её прелести, купается тоолько в самых дорогих маслах и любит дорогие подарки. Она была моим самым частым клиентом на портреты, весьма щедро оплачивая мои услуги.

Они до сих пор висят здесь, на стене, порой сменяются и пропадают.

Возможно, в некоторые мои работы она кидает дротики себе в лицо.

Всё это внимание направлено на украшение тела, чтобы лучше себя показать, чтобы лучше себя продать. Она уже давным-давно себя не видит.

Она давным-давно убила старую версию себя.

Но прошлое убить не так легко, и порой я вижу его остатки, и еë это завораживает.

- Вы прекрасны, как сияющая статуэтка из драгоценных камней и притягательны, как огонь в холодную стужу, но я слишком грязен, чтобы касаться вас.

Она обомлела, пару раз глупо похлопав глазами, а потом радостно улыбнулась, снова потянувшись к моему лицу.

- Ах, Му Цин, душечка, ну какой же ты грязный? - словно ласковая мать, говорила она, обхватив мои щеки и нежно осматривая меня. - Подумаешь, искупался в собственной рвоте, ничего, мы тебя отмоем.

Она умеет гадить.

Напомнила же, засранка.

Она звонко рассмеялась, в полной мере насладившись моим скривившимся лицом.

Ко мне подошёл Хирото с подносом в руке и сел напротив меня, протягивая ложку с супом.

Сама собой у меня поднялась бровь, на что Хирото нахмурился и цыкнул, сказав:

- Ты обо мне заботился, настал мой черёд, - и снова с силой протянул мне ложку супа.

Кажется, за всё время моей непрерывной работы парень успел выйти из депрессии в стадию либо торга, либо принятия.

Да, давно я к нему не заглядывал, уже как пятый месяц.

- Душечка, так нельзя с собой! - обеспокоенно сказала Мая Ми, смотря, как я ем. - Так ты всё здоровье своё потеряешь! Ну нельзя же так!

Говорит, словно я её ребёнок.

Принимая пятую ложку супа, поданную Хирото, я понял, что сейчас я - лялька.

Меня сейчас накормят, отмоют и спать уложат.

А завтра - пиздуй работать каменщиком 24/7, вот это классно будет!

Рабство оно такое, иногда перепадает кусочек счастья.

Тяжело вздохнув, я посмотрел на Мая Ми, вспоминая кое-что:

- Через несколько месяцев начнётся набор в слуги в монастыре Хуанцзи, обещают ночлег, бесплатную еду и зарплату в несколько раз больше, чем здесь. Это была бы отличная возможность для меня. Но...

- Боишься, что хозяйка тебя не отпустит? - быстро уловила суть моей проблемы Нан Мао. Я кивнул. - Не волнуйся, её я беру на себя.

- Ооо, раз сама Нан Мао берётся за это дело, то я не переживаю.

И действительно, как наследница, и как звезда, и одна из самых умных игрокок в сёги, Нан Мао влиятельна и умна. Если за дело берётся - не отступит, пока своего не добьётся.

- Говорят, в следующем году сам Наследный принц туда приедет! - промолвила Мая Ми, восторженно воображая Бога. - Целый Наследный принц!

Она словно диснеевская принцесса прошептала это. Я отнёсся к этому скептично. Что в прошлой жизни, что в этой - я не любил власть.

В прошлом из-за лицемерия прямо в лицо, здесь тоже так себе. Смотрят на императорскую семью, как на богов, в рот заглядывают и говорят, какой велик свет императорских очей.

Я уже не верю.

Как и в религию тоже, но там сложнее.

- Му Цин, ну что ты такой кислый, - восклицала Мая Ми, упирая руки в бока. - Если тебя выберут, ты сможешь увидеть его высочество. Лицо всего нашего государства!

Принца никто из простого люда никогда не видел, что в принципе объясняет такой восторг. Но я-то не в восторге, мне уже доводилось видеть политиков.

- Я нарисую тебе его портрет, можешь молиться сколько хочешь, - сказал я, отмахиваясь от её восторга.

- Тогда всем покажешь! - подал голос Хирото.

Я во всё глаза посмотрел на парня - тот прямо смотрел на меня, хмурясь, нехотя покрывшись румянцем.

Понятно, диснеевская принцесса номер два.

- Давайте тогда сразу повесим его портрет у входа, в знак удачи. Вот весело будет, - предложил я.

Ещё никогда в жизни, что в той, что в этой, я не видел портретов политиков в таких местах. Хотя в той жизни я не бывал в борделях, но думаю, там его нет.

Непорядок, у людей должен быть патриотизм.

Повесим портрет как икону и подпишем: «Проститутка всех времён, берёт деньги в рот!»

А то хватит у народа воровать.

- Нас казнят в тот же день, - прокомментировал Хирото, отстраняясь, показывая, что он не с нами.

А если я воплощу в жизнь свою идею, что бы со мной будет?

Меня сначала выебут, потом сожрут!

Не поминайте лихом.

Зато Нан Мао посмеялась от души.