Глава 58. Цена молчания

Зима прочно завладела центром, сковывая его морозами и непроглядными снегами. Напряжение, царившее в отряде, достигло пика. Раскол между сестрами, Олей и Сашей, и молчание Никиты создали вокруг них ледяную пустыню.

Оля (14 лет), запершись в изоляторе медпункта, чувствовала себя так, словно её выдернули из привычного мира и бросили в ледяную воду. Саша, её сестра, действовала за спиной у Никиты, пытаясь «разобраться» в его прошлом. И Никита… Он, кого Оля считала почти братом, тоже молчал. Он знал, что Саша что-то делает, и ничего не предпринял. Для Оли это было предательством.

«Они оба думали, что я глупая. Что я не пойму», — проносилось в её голове. «Что я просто буду сидеть и ждать, пока они там решают мои проблемы». Она хотела быть сильной, но сейчас чувствовала только горечь от этой лжи, от этого недоверия. Саша, её сестра, которую она всегда уважала, теперь казалась ей частью той же лживой схемы. А Никита, который так долго был для неё примером, теперь вызывал лишь разочарование.

Саша (17 лет) чувствовала себя разбитой. Её попытка «помочь» Никите, связанная с поисками информации о прошлой операции, теперь оборачивалась против неё. Она хотела понять, что мучает Никиту, чтобы быть рядом. Но её действия, совершённые без его ведома, привели к тому, что она сама оказалась втянута в ту же ложь, которую Никита пытался скрыть.

«Я была наивна», — думала Саша, глядя в окно. «Я думала, что смогу всё исправить. А вместо этого всё только усугубила». Она видела, как Оля на неё смотрит – с презрением, как будто она – чужая. И это ранило её больше всего.

— Оля, я… я правда хотела как лучше, — пыталась Саша, но её голос тонул в равнодушии сестры.— Ты хотела, чтобы Никита ничего не скрывал от тебя, — холодно отвечала Оля. — А сама врала мне. И ему.

Эти слова были как удар. Саша понимала, что её действия, продиктованные страхом и любовью, были восприняты как ложь. И теперь она, вместе с Никитой, стояла по ту сторону правды.

Никита (22 года) чувствовал, что провалился. Его желание «защитить» Сашу от травмирующих воспоминаний о прошлой операции, его молчание, его решение действовать в одиночку – всё это привело к катастрофе. Он видел, как Оля смотрит на него с разочарованием, как Саша пытается оправдаться, но не может найти нужных слов.

— Я не хотел, чтобы ты узнала, Саша, — говорил он ей, его голос был надломлен. — Я боялся, что тебе будет больно. Я думал, я смогу справиться сам.— А ты справился? — тихо спросила Саша, в её глазах отражалась вся боль утраченного доверия. — Ты справился, потому что молчал? Потому что не сказал мне правду?

Никита не мог ответить. Его молчание, его попытка уберечь её от правды, обернулись ложью. Оля, увидев это, поняла, что и он, её «старший брат», тоже замешан в этом. И теперь он стал для неё олицетворением того, что скрывается за красивыми словами.

Витя (17 лет) чувствовал себя разрываемым. Он видел, как страдает Оля, и как мучается Саша. Он пытался быть между ними, но стена недоверия была слишком высока.

— Оль, ну ты чего? — спрашивал он. — Они же любят тебя.— Они лгут, Витя, — отвечала Оля, её голос был полон горечи. — И друг другу, и мне.

Витя понимал, что Никита – главная причина этого раскола. Его молчание, его попытка скрыть правду о той операции, привели к тому, что Саша начала действовать тайно, а Оля увидела всё это и поняла, что её обманывают.

— Никита… — говорил он Серёге и Кирюхе. — Он хотел как лучше. Но сделал хуже. Его молчание… оно всё разрушило.

Серёга (15 лет) и Кирюха (18 лет) были в полном замешательстве. Они знали, что между сестрами и Никитой напряжение, но не понимали его истинной причины.

— Значит, Никита что-то скрывал? — спросил Серёга, когда Витя наконец поделился с ними частью правды. — И из-за этого Саша полезла в его дела?— Да, — подтвердил Витя. — Его прошлое. Очень тяжёлое. Он не хотел её расст

раивать. А Саша, пытаясь помочь, сама начала действовать тайно. И Оля это увидела.

Кирюха покачал головой.— Значит, всё началось с него. С его молчания. Он хотел быть сильным, а оказался слабым. И теперь из-за него страдают все.

Станислав Владимирович (28 лет) наблюдал за ситуацией с мрачным выражением лица.— Всё началось с его молчания, — сказал он Максиму Александровичу, глядя на Никиту, который стоял в стороне, один. — Никита решил, что сможет справиться сам. Он боялся напугать Сашу, боялся её реакции. И в итоге, своими секретами, он спровоцировал всю эту цепь событий. Саша, пытаясь «защитить» его, тоже начала действовать тайно. А Оля… она просто увидела ложь.

— Да, — согласился Батя. — Никита — самый виноват в этом расколе. Его молчание оказалось сильнее слов. И теперь ему придётся нести ответственность за свои секреты. И за ту боль, которую он причинил всем.

— А как это исправить? — спросил Стас.— Пока никак, — ответил Батя. — Им всем нужно время. И им нужно понять, что истинная сила – не в умении скрывать, а в умении быть честным. Даже когда это страшно.

*

Никита стоял в одиночестве, ощущая тяжесть своего молчания. Саша, чувствуя себя виноватой перед Олей и преданной Никитой, не знала, куда ей идти. Оля, раненная ложью, не хотела никого видеть. И весь отряд, некогда дружная семья, теперь жил под гнетом невысказанной правды и горечи секретов, порождённых одним человеком – Никитой.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ