Глава 7. Тени в Волчьем лесу. Ч I

Состав Альбедо прибыл через два дня.Курьер привёз маленькую стеклянную банку, запечатанную воском, и записку мелким почерком: «Наносить тонким слоем на поражённые участки. Утром и вечером. Может щипать. Это нормально. Если начнёт жечь сильно, значит, я ошибся в пропорциях. Маловероятно, но пришли записку. P.S. Не пробуй это на вкус».

Мия дважды прочитала постскриптум.- Он серьёзно думает, что я могу это съесть?- Он просто перестраховывается, - сказала Аделинда, заглядывая через плечо. - А это что?- Лекарство. От аллергии.Аделинда явно не поверила, потому что уже видела поражение на её руке, но пожала плечами и ушла.

Состав оказался густой мазью бледно-зелёного цвета, пахнущей хвоей и чем-то металлическим. Мия нанесла её на линии утром, и мазь впиталась мгновенно, оставив на коже лёгкое покалывание. Оно было не болезненным, а, скорее, похожим на то чувство, когда отсиживаешь ногу.К вечеру линии побледнели - не исчезли, но стали тоньше, менее чёткими. Мия немного расслабилась.

«Работает. Альбедо, ты гений. Странный, рисующий цветы, гений».Прошла неделя. Мазь держала Скверну в узде. Новых линий не появлялось, а старые, хотя и не пропадали, стали почти незаметными. Она наносила состав дважды в день, как по часам, и вела записи в своём блокноте: дата, количество линий, интенсивность цвета, ощущения.Жизнь на винокурне вернулась в привычное русло: работа, еда, сон. Мия чистила овощи, мыла полы, помогала Аделинде на в готовке. Руди спал на подоконниках и, как и прежде, воровал рыбу. Но кое-что изменилось.

Дилюк стал звать её в кабинет каждый вечер. Не на полчаса, как раньше. На час, иногда на два. Они сидели за столом, заваленным бумагами, картами и записями, и работали.Именно так. Работали вместе.Дилюк расследовал Скверну. Ездил в Мондштадт, разговаривал с Джинн, встречался с информаторами. По ночам патрулировал окрестности, проверяя, не появились ли новые очаги. Возвращался поздно, уставший, иногда с новыми «царапинами» на руках.Мия была его... аналитиком? Советником? Она и сама не знала, как это назвать. Он рассказывал ей то, что узнал за день, а она сопоставляла эту информацию с лором игры. Пыталась найти закономерности, предсказать следующий шаг врага.

Получалось не всегда. После появления Мии этот мир действительно изменился. Канон расплывался, как чернила на мокрой бумаге. Какие-то события совпадали, какие-то нет.- Двалин, - сказал Дилюк однажды вечером, склонившись над картой. - Ты говорила, что он скоро атакует.- Должен. Но я не знаю точной даты. В игре это было... размыто. Просто «начало истории». Ты заходишь в игру, и начинается первый сюжет с драконом.- Видимо, это уже началось. Рыцари докладывают о необычной активности в горах к северу от города - мощные порывы ветра, которых быть не должно. Ужас Бури просыпается.

Ужас Бури... Так жители Мондштадта называли Двалина. Мия вспомнила его таким, каким видела в игре: огромный, сине-зелёный, с размахом крыльев, закрывающим солнце. Величественный и трагичный.- Если Двалин атакует, пока мы разбираемся со Скверной, - начала Мия, - это будет...- Плохо, - закончил Дилюк. - Мондштадт не выдержит войну на два фронта.- Нам нужен Венти. Барбатос. Он единственный, кто может достучаться до Двалина.- Бард, который сидит на холме и играет на лире? - Дилюк спросил это без явной улыбки, но с тенью иронии, которую Мия уже научилась распознавать.- Именно он.- Я найду его.- Он обычно...- Я знаю, где он бывает. У Статуи Анемо Архонта, у озера, и в «Доле Ангелов», когда думает, что никто не видит.Мия удивлённо посмотрела на него.- Откуда ты знаешь?- Я Полуночный Герой. Я знаю всё, что происходит в моём городе.В его голосе не было хвастовства, он просто обозначил факт: на случай, если она забыла, кто он.Но прежде, чем Дилюк нашёл Венти, кое-что произошло.

***

Был самый обычный вечер, Мия мыла посуду на кухне. Аделинда ушла в посёлок навестить подругу и обещала вернуться к ночи. Остальные работники разошлись по домам. Дилюк уехал в Мондштадт ещё днём. Она была одна.Руди сидел на столе и смотрел на неё большими жёлтыми глазами. Мия вытирала последнюю тарелку и разговаривала с котом, потому что больше было не с кем.- Знаешь, иногда мне кажется, что он начинает привыкать ко мне. Вчера он сказал «доброе утро» первым. Первым! Обычно я здороваюсь, а он кивает. А вчера сам сказал. Два слова. «Доброе утро». Я чуть не умерла.Руди зевнул.

- Ты прав. Я по-прежнему выгляжу жалко. Радуюсь каким-то банальным двум словам, как нормальные люди радуются... не знаю, бриллиантам? Поездке в Париж? Хотя тут нет Парижа. И бриллиантов у меня тоже нет.Руди спрыгнул со стола и ушёл в коридор.- Спасибо за поддержку!Мия повесила полотенце, как вдруг замерла, услышав звуки снаружи. Это были осторожные шаги у задней стены дома.Она стояла, не двигаясь, и слушала. Может, показалось. Может, это лиса забежала во двор, или крыса, или...

А потом раздался ритмичный стук в заднюю дверь кухни. Три удара, пауза, два удара.Мия не стала открывать. Что-то внутри, какой-то инстинкт, которого у неё раньше не было, предупредило об опасности.Она взяла со стола тяжёлый нож для разделки мяса. Рука тряслась, но пальцы держали рукоять крепко. Стук повторился, а потом прозвучал тихий и хриплый мужской голос.- Откройте, пожалуйста. Мне нужна помощь.

Мия сжала нож крепче и подошла к двери.- Кто вы?- Всего лишь путник. Я ранен. Пожалуйста, помогите.

Голос звучал искренне и измученно. Мия стояла у двери и думала, как поступить. В Мондштадте путешественникам всегда помогали. Дилюк сам говорил, что любой человек может получить помощь на винокурне.Но его не было. И что-то в этом стуке и голосе было подозрительно неправильным. Раненые люди так безэмоционально помощи не просят.

- Подождите, - ответила Мия. - Я позову кого-нибудь.Как только она развернулась к главному выходу, дверь за её спиной вылетела. Не открылась, а именно - вылетела. Петли лопнули, доски треснули, и в кухню ворвался холодный ночной воздух вместе с двумя фигурами в тёмных плащах.

Мия закричала, выставив перед собой нож. Первая фигура остановилась: на голове капюшон, лицо в тени, но она увидела светящиеся тусклым фиолетовым светом глаза. Маг Бездны.Вторая фигура обошла сбоку, отрезая путь к главному выходу. Тоже в плаще, только без капюшона. У него было молодое, но бледное лицо, с чёрными отметинами на щеках - теми же, что были на руке Мии.

- Вот ты где, - сказал маг вежливым голосом, совершенно не вязавшимся с выбитой дверью. - Долго мы тебя искали.Мия сделала несколько шагов назад, спина упёрлась в кухонный стол. Дальше отступать некуда.- Кто вы?- Друзья. Мы пришли тебе помочь.- Друзья не выбивают двери!- Справедливо, - маг наклонил голову. - Но ты бы не открыла. А у нас мало времени.Он подошёл ближе, Мия снова вытянула нож. Лезвие дрожало.- Не подходите!- Это тебе не поможет. Но не бойся. Мы не причиним вреда. Нам нужно только...

Он потянулся к её левой руке, Мия резко отдёрнула кисть.- Не трогайте меня!Маг остановился, его фиолетовые глаза сузились.- Ты не понимаешь. Скверна внутри тебя - не болезнь. Это дар, и вместе с ним ты принадлежишь нам. Ты - канал, соединяющий миры. Мы можем научить тебя использовать его. Мы можем...- Я сказала, отвалите!

Она неуклюже замахнулась ножом. Маг легко перехватил её запястье. Хватка была ледяная, пальцы - как стальные прутья.- Довольно, - сказал он, и в голосе впервые прозвучало раздражение.Вторая фигура шагнула ближе и подняла руку. Густая, как дым, тёмная энергия начала скапливаться в ладони.

Мия рванулась, но это было бесполезно. Хватка не ослабла.«Дилюк!» - мысленно взвопила она. Но он был в Мондштадте, далеко, и не мог слышать.Руди выскочил из-под стола, вцепившись магу в лодыжку. Тот вскрикнул - скорее, от неожиданности, чем от боли. Хватка на секунду ослабла. Мия вырвалась и бросилась к выходу, но не успела.Тёмная энергия из ладони парня ударила ей в спину ледяным холодом, проникающим сквозь одежду, сквозь кожу, до костей. Она упала на колени, ноги отнялись.- Тихо, - маг подошёл к ней сзади. - Мы просто заберём тебя. Ненадолго. Ты вернёшься, когда мы закончим. Мы...

Окно кухни взорвалось. Стекло, рама, часть стены - всё разлетелось на куски. Сквозь облако пыли и яростного, ревущего, огня, залившего кухню багровым светом, в кухню ворвалась ещё одна фигура.

Дилюк прыгнул в окно с разбега: с мечом, объятым пламенем, и с лицом, на котором Мия впервые увидела настоящую, неконтролируемую, ярость.От удара первый маг отлетел к стене. Второй попытался поднять щит из тёмной энергии, но Дилюк рассёк его одним движением. Огонь прошёл сквозь тьму, как нож сквозь масло.Маг ударил в ответ. Волна фиолетовой силы обрушилась на Дилюка. Он принял её на лезвие меча. Металл зазвенел, искры полетели во все стороны.Мия лежала на полу и смотрела.

Это было совсем не похоже на игровой бой. Никаких красивых анимаций, никаких спецэффектов с подсветкой. Это было грязно, быстро и жестоко. Мебель ломалась, стены трескались, воздух пах гарью и кровью.Дилюк двигался непредсказуемо и смертоносно, как собственное пламя. Меч описывал дуги, оставляя в воздухе огненные следы. Каждый удар был совершенно точным, он ни разу не промахнулся.Первый маг попытался встать, но Дилюк ударил его рукоятью в висок. Маг рухнул.Второй, с чёрными отметинами на лице, отступал к выбитой двери. Его руки дрожали. Тёмная энергия в ладонях гасла.- Мы ещё вернёмся, - прошипел он. - Она принадлежит Бездне. Вы не сможете...Дилюк шагнул к нему с поднятым мечом.

Маг исчез. Растворился в воздухе, как дым. Буквально. Телепортация? Магия Бездны? Мия не знала.Кухня была разрушена. Стол перевёрнут, стулья сломаны, окно зияло дырой. Задняя дверь лежала на полу. Повсюду было битое стекло, обломки дерева и пятна копоти.Дилюк стоял посреди этого хаоса, тяжело дыша и держа меч в опущенной руке - лезвие ещё дымилось. На скуле виднелась ссадина, на рубашке разрез. Волосы растрёпаны, хвост развязался.

Он повернулся к Мие. Она лежала на полу, скрючившись и обхватив себя руками. Ноги всё ещё не слушались после удара тёмной энергией. Зубы стучали. Слёзы текли, и она не могла их остановить.Дилюк опустился на колено рядом с ней и положил меч рядом. Обеими руками он взял её за плечи.- Мия. Посмотри на меня.Она подняла взгляд и посмотрела на его лицо, которое было так близко, в его пылающие углем глаза.- Ты ранена?Она мотнула головой.- Можешь встать?

Она попыталась, но ноги были, как ватные, и не держали.Дилюк подхватил её - одной рукой под колени, другой за спину, - и поднял, как ребёнка.Мия хотела сказать «не надо» или «поставь меня». Но её лицо было у его шеи - он пах дымом и потом, его сердце стучало быстро-быстро-быстро, и она не смогла произнести ни слова.

Он вынес её из кухни, прошёл через гостиную мимо камина, и осторожно положил на диван.Потом снял свой плащ, укрыл её и сел рядом на пол, привалившись спиной к дивану и закрыв глаза.Минуту они просто пытались отдышаться. Он - тяжело, восстанавливая дыхание после боя. Она - прерывисто, сквозь всхлипы.- Как ты узнал? - прошептала Мия.- Руди.- Что?- Кот. Он прибежал ко мне. Я возвращался из Мондштадта, был на полпути. Кот выбежал на дорогу и орал так, будто его режут. Потом побежал обратно. Я поехал за ним.Мия посмотрела в сторону кухни. Руди сидел в дверном проёме и невозмутимо вылизывал лапу.- Хороший кот, герой, - сказала Мия с нескрываемым восхищением.- Кот - идиот, - ответил Дилюк. - Но полезный идиот.Руди мяукнул, как будто понял, что речь о нём.

Мия нервно, сквозь слёзы, засмеялась. Смех перешёл в всхлип, всхлип обратно в смех. Она лежала на диване, укрытая его плащом, и то хохотала, то рыдала, не в силах остановиться.Дилюк молчал. Сидел рядом, спиной к дивану, и ждал пока она выплачет и высмеет всё.Когда она, наконец, затихла, он сказал:- Они придут снова.- Знаю, я это уже поняла.- Ты не можешь оставаться одна. Больше никогда.- Я...- Это не обсуждается.- Хорошо, - в общем-то, она и сама больше не горела желанием перечить ему.

Аделинда вернулась через час и обнаружила разрушенную кухню, спящую на диване в гостиной Мию, накрытую плащом Дилюка, и его самого - пишущего письмо, сидя у камина.Она провела взглядом по кухне и гостиной, затем посмотрела на Дилюка.- Мне нужно объяснение. Или очень крепкий чай.- Думаю, тебе нужно и то, и другое, - ответил Дилюк.Он рассказал ей не всё, но достаточно: что Мия не простая бродяжка, и на неё охотятся опасные люди, что ситуация серьёзнее, чем казалось.

Аделинда молча выслушала, как всегда не задавая лишних вопросов, и кивнула:- Я вызову завтра работников, чтобы всё починили. Скажу им, что залетел элементальный слайм.- Элементальный слайм... - повторил Дилюк.- Большой элементальный слайм. Очень большой.- Спасибо, Аделинда. Ты всегда меня выручаешь.- Не за что. Но если ещё раз кто-то разнесёт мою кухню, я уволюсь.Она ушла заваривать чай, а Дилюк вернулся к письму.

В следующие дни Дилюк не уезжал с винокурни. Впервые за всё время, что Мия жила здесь, он оставался дома. Днём работал в кабинете, ночью патрулировал периметр. Спал урывками: час здесь, два там. Кира видела, как тени под его глазами становились глубже.Она хотела сказать ему: «Ложись спать, ты валишься с ног». Но не говорила. Знала, что бесполезно.

Вместо этого она варила ему кофе. Ставила чашку на стол в кабинете, когда приносила документы. Оставляла термос у двери конюшни, когда он уходил проверять лошадей или на крыльце, когда он стоял во дворе и смотрел на дорогу.Дилюк молча пил кофе и практически не разговаривал. Но однажды утром, когда Мия поставила чашку на край его стола в кабинете и развернулась к выходу, он сказал:- Подожди.

Он выдвинул ящик стола и достал что-то, положив рядом с чашкой. Это был деревянный гребень, тёмный, с тонкой резьбой в виде виноградных лоз на ручке.- Для волос, - сказал Дилюк, не поднимая глаз от бумаг. - Ты каждое утро пытаешься расчесаться щепкой. Это... непрактично.Мия взяла гребень. Дерево было тёплым и гладким.- Это... это ваш?- Он принадлежал моей матери.Мия чуть не выронила гребень.- Но я не могу так просто взять её вещь!- Она лежит здесь пятнадцать лет. Ей нужна живая рука, а не тёмный ящик. Бери.Он вернулся к бумагам. Разговор был окончен.

Мия стояла, прижимая гребень к груди, и чувствовала, как мир размывается сквозь слёзы. Он отдал ей гребень своей матери. Мия выскочила из кабинета, прежде чем он увидел, что она плачет. Она прибежала к себе в комнату, села на кровать, обхватила колени.Гребень лежал на ладони. Мия разглядывала виноградные лозы на нём. Интересно, эта резьба была сделана женской рукой? Или это подарок? Может быть, Крепус подарил жене. Может быть, маленький Дилюк видел, как мать расчёсывает им волосы.«Это больше, чем подарок. Это доверие. Он отдаёт мне часть своей семьи. Той семьи, которую он потерял».

Мия провела гребнем по волосам. Зубцы мягко прошли сквозь кудряшки, разбирая узлы. Легко и плавно, будто эта вещь была создана именно для её волос.Она сидела на кровати, расчёсывалась и улыбалась сквозь слёзы.Руди запрыгнул на колени и замурчал. Мия обняла его и сидела так, пока не высохли щёки.

На четвёртый день после нападения Дилюк позвал её вечером в кабинет.Она вошла и увидела на столе карту. Не Мондштадта, а окрестностей: Вольфендом, Винокурня, Шепчущий Лес, Мыс Ветров. На карте были отметки: красные точки в местах, где находили жертв Скверны, синие точки - где Фатуи проявляли активность, и чёрная точка на Мысе Ветров.

- Альбедо прислал результаты, - сказал Дилюк. Он стоял у карты, сложив руки на груди. - Трещина медленно расширяется. Мазь замедляет Скверну в тебе, но не останавливает процесс в целом. Каждый день через разлом продолжает просачиваться тёмная энергия.- И сколько у нас времени?- Альбедо говорит, три месяца до того, как трещина станет достаточно большой, чтобы через неё могло пройти что-то... значительное.- Что-то значительное, - повторила Мия. - Монстр? Армия монстров?- Он не уточнил. Но маги Бездны, которые атаковали тебя, пришли не через трещину. Они были уже здесь. Значит, трещина нужна им для чего-то другого.- Для чего?

Дилюк молчал. Потом ткнул пальцем в точку на карте. Вольфендом. Красная отметка и рядом с ней пометка его почерком: «Подземная лаборатория?»- Мы с Джинн однажды нашли в Волчьем Лесу следы заброшенной лаборатории. Кто-то проводил там эксперименты с тёмной энергией.- Подземная лаборатория? - Мия подалась вперед, вглядываясь в чернильную точку. - В игре... то есть в нашей версии вашего мира, там не было никакой лаборатории. Только арена Борея, логово волков, лагеря хиличурлов. Но лаборатория?- Она скрыта глубоко под землёй, - Дилюк выпрямился, убирая руки в карманы. - Джинн считает, что это старый пост Фатуи, брошенный еще до моего возвращения. Но следы, которые мы нашли там три дня назад... они свежие. И они пахнут не Снежной. Они пахнут тем же, чем пахла кухня после нападения.

Мия поёжилась. Тот запах жжёной озоновой гари и застоявшейся воды до сих пор преследовал её в кошмарах.- Если те, кто напал на меня, связаны с этой лабораторией, значит, они что-то там создают? - предположила она.- Или пытаются понять, как ты здесь оказалась, - Дилюк посмотрел на неё в упор. - Маг сказал, что ты принадлежишь Бездне. Он не имел в виду, что ты одна из них. Он имел в виду, что ты - дефект. Что-то, чего не должно существовать в этом мире. Ты - как трещина на идеальном фарфоре. И они хотят расширить эту трещину, чтобы разбить весь сосуд.

Мия посмотрела на свое запястье. Под слоем мази Альбедо линии казались просто старыми шрамами, но она чувствовала, как они пульсируют в такт её испуганному сердцу.- Я не хочу всего этого, - прошептала она. - Я просто хочу домой.- Знаю, - голос Дилюка немного смягчился. - Завтра на рассвете я отправлюсь туда снова. Нужно проверить нижние уровни. Те, которые мы не успели осмотреть с рыцарями.- Я пойду с тобой, - Мия сама удивилась твердости своего голоса.Дилюк нахмурился, и складка между бровями стала такой глубокой, что Мие захотелось разгладить её пальцами.- Нет. Это слишком опасно. После того, что случилось в доме...- Именно поэтому! - перебила она. - Если они придут сюда снова, пока тебя не будет, Аделинда не сможет их остановить. Она обычный человек. А я - то, что им нужно. Если я буду рядом с тобой, ты сможешь меня защитить. А если я останусь здесь, то буду просто приманкой в пустом доме.

Дилюк молчал. Он долго смотрел на неё, взвешивая каждое её слово. Мия не отводила взгляда. Она знала, что права. На винокурне она была уязвима. Рядом с ним - в эпицентре бури, но под защитой самого сильного человека, которого она знала.- Кроме того, - добавила она тише, - я могу почувствовать Скверну. Я компас, помнишь? Я помогу найти вход в лабораторию, если он скрыт магией.Дилюк тяжело вздохнул и подошёл к окну, за которым сгущались сумерки.- Ты невыносима, - сказал он.- Я знаю. Это мой второй талант после разбивания посуды.Он обернулся, и мимолётная тень улыбки снова коснулась его губ.- Ложись спать. Выезжаем в пять. И на этот раз надень что-нибудь тёплое. В лесу сыро.