Глава 35. Черный Ворон возвращается

Кайл долго решался перед тем, как войти в чилл-зону, как её назвали Пантеры, к Дженнифер. Медленно повернул ручку двери и прошёл внутрь. Название комнаты полностью оправдывало её. Мягкие пуфики были раскиданы по комнате, вместе с деревянными журнальными столиками, свет был выключен и комната погрузилась в тьму, если учесть, что окон в штабе не было. В самом углу, на пуфике, неподвижно сидела Бруклин. Её руки покоились на согнутых коленях, глаза покраснели от слез, волосы взлохмачены, хотя Дженн всегда за ними следит и ухаживает, взгляд уперся в стену напротив. Она была словно призрак, блуждающий по миру в поисках себя.

Кайл откашлялся, привлекая внимания девушки. Она нехотя отвела взгляд и прищурилась, разглядывая пришедшего.

— Кайл?

Он прошёл вдоль комнаты и сел справа от неё, упершись взглядом в ту же стену и не зная, с чего начать разговор. Так они просидели несколько минут в безмолвии. Кажется, Дженн была благодарна ему за это; не всегда для поддержки нужны какие-либо слова. Нужно само присутствие человека, чтобы ты знал, что не один.

— Как ты? — спросил он, повернувшись к ней. Разглядывая её профиль, от его глаз не ушло то, как задрожали ее губы, когда он решил нарушить молчание.

Дженнифер никогда не выглядела такой уязвленной, такой...испуганной. Сколько Кайл её помнит, она не боялась смотреть страху в лицо и, готов поспорить, страх сам её опасался. Но какой бы надменной и бесстрашной она не казалась, он знал, что это очередная маска, натянутая с необходимостью показать, кто тут главный. Покажешь страх — раскроешь перед противником свою душу. И он непременно воспользуется этим. В глубине души Кайл знал, что Дженнифер — самый добрый и понимающий человек, какого нигде не сыскать. И он так счастлив, что именно его сестре досталась такая красотка, как Дженни. Ведь это же, буквально, лучик света в их банде, в их большой семье. Самый очаровательный и рассудительный.

Все в «Диких Пантерах» представляют собой лучи света, тем самым воссоздавая пародию одного большого солнца. Они переплетаются между собой и дополняют друг друга. Кто-то отвечает за юмор, кто-то за хитрость и стойкость, кто-то — ходячий интеллект, самый умный и сообразительный, кто-то за изобретательность.

— Я справлюсь, — приглушенно тихо ответила Дженнифер.

— Не держи это в себе. Так будет только хуже.

Он заметил, что она едва сдерживалась от вырывающихся наружу рыданий.

— Я-я...я должна быть сильной. Меня всего лишь похитили, а я тут разыграла целую драму и заставила всех волноваться.

— В этом и твоя проблема — ты думаешь, что всегда должна держаться стойко и достойно, должна выдерживать все испытания, которые подкидывает жизнь, спокойно и с высоко поднятой головой, — поучающим тоном начал Кайл. — Но это не так. Ты тоже человек, не робот. Ты приучила себя к тому, что всегда должна быть сильной, но иногда тебе тоже нужен отдых от этих масок, которыми ты омрачаешь свое лицо. Просто будь собой. Не пытайся быть кем-то другим. Ты знаешь, что тебя здесь поддержат в нужный момент, здесь не нужно скрывать то, кем ты являешься. Будь сейчас Дженнифер, не холодной и жесткой Бруклин. Дженнифер. Просто Дженнифер. — его умоляющие глаза засверкали.

Слова Кайла явно подействовали на неё. Потому что в следующий момент она тихо произнесла:

— Прости... — и в порыве чувств обняла его. Слезы оставили мокрую дорожку на его кофте, когда она отстранилсь, но Кайлу было все равно.

— Тебе не за что извиняться. Это я должен извиниться. Меня не было с тобой в...в тот момент.

Дженни и Кайл словили коннект ещё с самого их знакомства. Их особая связь ощущалась на расстоянии и не была похожа ни на что другое. Почему-то именно с ней Кайл чувствовал умиротворение и беззаботность.

— Ты не виноват. Ты же не знал, что у нас происходит.

— У нас всегда что-то происходит. Но я это проигнорировал и закрылся в собственном отчаянии и желании прикончить отца.

— Мотивы были, — усмехнулась Дженни.

— Я просто надеюсь, что скоро это закончится. Попытки Джей-Джей спасти нас, война с Ронгфалами. Чтобы мы спокойно жили в Крайм-вилле. Хотя не помню ни дня, чтобы такое было. Всегда что-то происходило.

Дженнифер не могла не согласиться с этим.

— Да, но это же Крайм-вилл. Город, который не даёт нам покоя.

Ещё немного поговорив, Дженнифер встала с пуфика и сказала, что ей нужно идти. Кайл поднялся следом за ней, в глазах отражалось беспокойствие.

— Я пойду с тобой.

— Нет, спасибо. Я сама, — мягко отказалась девушка.

— Но Ронгфалы все ещё в городе. Это может быть опасно. Кто знает, что они предпримут.

— Пока Ротвилл у нас, они не будут усугублять ситуацию и нападать на кого-либо из нас. Они ведь знают, что одно неверное движение с их стороны и Ротвилл покойник.

Это была правда. Но Ронги были очень непредсказуемы и к тому же Кайл не хотел отпускать Дженн, не убедившись, что с ней всё в порядке.

— Ладно, — сложил он руки за спиной и легкомысленно ухмыльнулся. — Тогда я буду следовать за тобой, как тень.

Дженн поджала губы, но поняла, что спорить с ним бесполезно. Поэтому улыбнулась и сказала:

— Как хочешь. Но со мной будет скучно. И не говори, что я не предупреждала, — и вышла из чилл-зоны.

На неё уставились двадцать пар встревоженных глаз.

— Со мной все хорошо, — заверила она их. — Пойду развеюсь.

Первой выступила в её сторону Джейд.

— Тебе опасно ходить одной. Ронгфалы...

— Знаю, знаю, все еще на свободе. Но они ничего не будут делать, пока не убедятся в безопасности своего главаря, верно?

Ребята переглянулись.

— И к тому же со мной будет Кайл, — указала Дженнифер на парня позади себя.

— И я, — добавила Джейд и они с Марком направились к Бруклин

— Без меня вы никуда не пойдёте! — Талия выделилась из толпы и последовала за остальными.

По пути бросала косые взгляды в сторону Марка и, не выдержав, выпалила:

— Ты новый член банды? — она уставилась на него таким взглядом, который до мурашек напомнил Джейд Герберта. Цепкий, суровый, пугающий.

— Я? Нет, ну наверное, не знаю, — замешкался Марк.

— Обычные прохожие не помогают просто так нашим людям. Нас ненавидят. Нас боятся. А ты небось ещё и из Литтл-сити, верно?

— Как ты поняла? — нахмурил брови парень.

— Это сразу видно. Мы вас издалека чувствуем.

Марк кивнул, но Джейд по его лицу усвоила, что он так ничего и не понял. Кажется, Талия заметила это, потому что продолжила:

— У горожан Литтл-сити аура, так скажем, другая. Взгляды, внешность, разговоры — это все учитывается. И если ты достаточно долго прожил в Крайм-вилле, то заметишь эту разницу и сумеешь отличить одних от других, — она ещё раз окинула его взглядом от ног до головы. — Но ты за нашего сойдешь.

— А ты их боялся, — усмехнулась Джейд, идя вровень с Марком. — Я же говорила, что они не такие кошмарные монстры, какими их представлял город.

— Даже удивительно, что это правда. Наблюдая за ними, я бы не сказал, что это те же самые люди, о которых ходило столько слухов. Когда никто не видит, они выглядят...как семья, — Марка словно осенило, потому что он уставился в одну точку, а глаза расширились.

— Марки? — позвала Джейд. Когда он что-то обдумывал, то всегда примерно так зависал на пару минут. Он встряхнул головой и провел рукой по светлым волосам. — Ты не изменился.

— Это комплимент?

— Можно и так сказать.

— Зато ты изменилась, — она смерила его таким взглядом, что он поспешно продолжил, выставив перед собой руки, как будто защищаясь: — В хорошем смысле, конечно.

— Правда?

Марк кивнул.

— Раньше часто замыкалась в себе, грустная почти всегда ходила. Даже когда ты была не со мной, я это...словно чувствовал. Я знаю, что ты не хотела, чтобы я переживал на счёт этого, поэтому делала вид, что все хорошо, но я то знал, что это не так. Но...кажется, своими негативными наставлениями о «Диких Пантерах» только усугублял ситуацию. Думал, что помогаю тебе, что тебе безопаснее и лучше без них. Я был ужасным другом, Джей. Когда ты начинала рассказывать о них, я... — он замолчал, подбирая слова, и отвёл взгляд. — Я начинал свою лекцию о том, что тебе стоит о них забыть, чтобы ещё больше не изводить себя, — Марк нервно сглотнул. — Но ведь я ничего о них не знал. Только по слухам и рассказам твоего отца. Считал, он же легавый, он лучше знает о своём городе и его жителях. Вживую Пантер не видел, но уже ненавидел. Прости меня...правда, мне очень жаль. Я...

Джейд легонько коснулась его плеча, остановившись. Он также застыл на месте, виновато пряча лицо, как провинившийся ребёнок перед мамой.

— Я не виню тебя. Да, я злилась на тебя, но ты мой друг. Тебе внушили то, во что ты хочешь верить. Ты не желал думать о Пантерах иначе, как о злодеях. Но многие не знают того, какие они на самом деле. Даже сами легавые. Пантеры сами заставили всех убедиться в том, что они жестокие и беспощадные. Им не нужно, чтобы видели их слабости; это может негативно сказаться на банде в целом. Ронгфалы могли этим воспользоваться и кто бы то ни был.

— Ты не представляешь, как я рада, что ты снова со мной, — искренне улыбнулась Джейд. — В дружбе у многих бывают проблемы и разногласия, но мы преодолели это. Вместе. Возможно, эта ссора позволила нам под другим углом взглянуть на этот город, нас самих, и если бы не она, то всё бы осталось, как есть. Ты бы не был здесь, бок о бок с людьми, которых ненавидел, не открылся бы мне о правде, связанной с твоей сестрой, потому что всё, о чем я заботилась эти два года, было то, что будет, если ты узнаешь. Ты не плохой друг, Марк. Ты...простил меня за смерть своей сестры, — ее голос надломился, губы еле проговаривали эти слова, которые никак не хотели спускаться с языка. — И ты ещё говоришь, что ты плохой друг?

У Марка болезненно сжалось сердце, в глазах застыли непрошенные слезы. Снова. Снова о хоть одном упоминании его малышки в тело втыкали ножи и оставляли его истекать кровью, заставляя Марка страдать. Ком застыл в горле, ему показалось, что он задыхается. Показалось, что он вновь переместился в тот день, когда часть его умерла вместе с Виолой. Разбилась вдребезги, рассыпалась в прах, разлетелась на осколки. Рождение Виолы стало для Марка самым лучшим днем в его жизни. Он держал на дрожащих руках этот маленький сверточек ткани, из под которого выглядывала такая же крошечная голова сестры. У неё были такие же небесно-голубые глаза и вздернутый носик. Она была, как лучик света, настойчиво пробивающийся сквозь закрытые шторы спальни. Первые дни рождения Виолы, конечно, были бессонными, когда она кричала днями напролёт, но Марку было все равно. Он так ждал рождение своей сестры, несмотря на то, что очередной ухажер Глории, когда узнал о том, что она забеременела, быстро смылся и больше не появлялся в их жизни. Но день кончины Виолы и матери выбили весь воздух из лёгких.

— Я хотел ненавидеть тебя, правда. Даже пытался. Но...так и не смог. Прошлого не вернуть. Что бы изменилось, отвернись я от тебя? Вот именно, что ничего. Мама и Ви не воскреснут из мёртвых. Да, признаюсь, иногда, когда смотрю на тебя, я вижу причину всех моих страданий. Но также вижу свою лучшую подругу, опору, поддержку, ту, которой можно довериться, ту, от которой можно не скрывать секреты и свои слабости. Я давно перестал видеть в тебе убийцу своей семьи, Джей, — это слово «убийца своей семьи» он произнес как-то грустно и отчужденно.

Это была правда. Всё, что видел перед собой сейчас Марк, представлял собой человек, который смог вывести его из депрессии, был с ним в самые тяжёлые минуты его жизни, рядом с которым он смеялся и забывал про все свои проблемы и горести.

— Пойдём? А то нас уже заждались, – ответил он, не отводя взгляда от глаз Джейд.

Она повернула голову и обнаружила Талию, Дженнифер и Кайла, наблюдающих за ними. Заметив её  взгляд, они одновременно отвели взгляд, делая вид, что разглядывают деревья и что бы то ни было, как будто не в паре метров от них сейчас разгоралась настоящая драма.

— Слушайте, у вас там прям настоящее кино, — бесстрастно ответила Талия. — Попкорна не найдётся? — повернулась она к Дженни и Кайлу.

Они наградили её тяжёлыми взглядами. Поняв, что сейчас немного не время для шуток, она подняла руки в знак капитуляции и отошла на шаг назад.

— Да ладно вам, я же шучу! И этими вашими взглядами не испепелить, если вы не знали.

Поняв, что ее пора выручать, Джейд подошла к дочери главаря и перекинула руку через её плечо.

— Талия просто пыталась разрядить обстановку, — успокоила она их. Лица Дженн и Кайла сейчас напоминали грозовые тучи. — Всё в порядке.

Она не злилась на Талию за бестактность. Если бы не была с ней давно знакома, подумала бы, что это проявление невежливости в сложной ситуации и равнодушие по отношению к проблемам своего друга, но Джейд прекрасно осознавала, что Талия не привыкла к тому, чтобы открыто сочувствовать и успокаивать. Её такому не учили. Это не значит, что она напрочь была лишена поддержки со стороны друзей и родителей. Просто...её отец считает, что такими темпами ты человеку не поможешь, лишь сильнее его встревожишь и от слов «мне так жаль» легче не становится. Никогда. Поддержку нужно проявлять не словами, а действиями. Попытаться разрядить обстановку, развеселить, сказать что-то едкое, дать наводку на то, чтобы он не раслаблялся и уж лучше сказать жестокую правду, чем просто бессмысленно успокоить. И нет, такая неделикатность не делает Талию грубой и невоспитанной. Это делает её человеком, который прямо смотрит на проблемы, не уклоняется от них и не пытается себе сказать, что все будет хорошо. Это лишь гадкая ложь, которая сделает только хуже, но никак не лучше.