Глава 28. Переживания

— Джей, — мягко позвал по имени Марк девушку, легонько касаясь её плеча. — Джей, мы что-нибудь придумаем.

Она уже час сидела так, неподвижно, смотря в одну точку. Слезы высохли, глаза покраснели, губа искусана до крови, взгляд пустой и безжизненный. Он уже не знал, как её разговорить, потому что казалось, что Джейд и вовсе его не слышит.

Её отец после воодушевляющих речей Марка ничего не сказал, лишь сказал ему не влезать не в его дело. Этот мужчина оказался совсем не таким, как предполагал Марк. Он всегда был вежлив и учтив, предельно спокоен в любых ситуациях, ни одна муха не может его разозлить и вывести из строя.

Сейчас он будто видит совершенно другого человека. Жестокого и бессердечного, непреклонного, не считающегося ни с чьим-либо мнением. И как Марк мог его защищать? Как мог не замечать настроение Джейд время от времени? Да, до того, как она сбежала из дома, выглядела совершенно нормально и ни в чем не упрекала отца. Почти ни в чем. Но при этом была несчастна, хотя и сама этого не замечала. Говорила себе, что все хорошо, что так надо, чтобы не раскиснуть вообще.

А когда она вступила в банду Пантер и стала проводить с ними много времени, в её глазах загорелся огонь, зажила жизнь. Это было видно невооруженным взглядом. Даже, когда Джейд натягивала на лицо маску хладнокровия и безразличия. Марк только недавно начал замечать перемену в её взглядах и решениях. Она стала свободнее. Как птица, высвободившаяся из гнезда.

— Джей, прошу, поговори со мной.

Он мог бы просто оставить её в покое, но говорят, что разговоры с близкими людьми успокаивают и не дадут совершить лишних ошибок. Марк готов даже поспорить на то, что в её мыслях сейчас числится убийство собственного отца.

— Как думаешь, мне лучше нанять киллера или засадить его в тюрьму?  — подтвердила она его опасения таким же отстраненным голосом, не отводя взгляд от стены.

Марк, не обращая внимания на ее слова, крепко прижал девушку к себе, радуясь, что она произнесла хоть что-нибудь. Даже если это и незаконные мысли. Она легла на его плечо и шумно выдохнула.

— Тебе лучше сейчас поговорить со мной.

— Мне кажется, что засадить в тюрьму, — Джейд словно не слышала Марка и продолжала передавать ему свои безумные мысли: — Чтобы нанять киллера, нужно крышесносное количество денег, которых у меня нет. А ещё я думаю, что просто убить его — будет слишком милосердно.

— Джей, ты не знаешь, что говоришь, — голос Марка выдавал спокойствие, но на деле он очень переживал за свою подругу. Он гладил её по голове и молился, чтобы странное состояние, которое её захватило, ушло. Растворилось и больше никогда не появлялась.

— Я его ненавижу, — она сильно сжала пальцы на его футболке. — Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу.

Джейд продолжала повторять это слово. Снова и снова. Словно зависла.

— Джейд, все хорошо. Мы что-нибудь придумаем, — попытался успокоить её Марк.

— Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу.

Из-за тысячи произнесенных этого слова раз оно начинало приобретать  очертания в голове у Марка. Чёрное существо, конечности рук и ног которого окрашены в бордовый оттенок. Из него летят злостные искры, намереващиеся задеть ближнего прохожего и опорочить его своими недостатками, такими как: несдержанная агрессия, жажда мести, неуравновешенность и туманящая рассудок ярость. У каждого человека есть свой объект ненависти. Кто-то не желает с ним ничего делать, кто-то желает расправы. А кто-то, как Джейд, притворяется милой беззащитной овечкой, которая ждет, чтобы нанести удар.

После побега из собственного дома она не желала больше связываться со своим отцом и предпочла забыть о его существовании. Пока он не объявился на горизонте и не разрушил её жизнь и жизни её друзей. Она решила действовать по его правилам, желая защищить своих людей. У неё не оставалось выбора, кроме как сдаться. Но при этом Джейд знала и надеялась, что в скором времени она воссоединиться с «Дикими Пантерами». И это вера и надежда не дала ей опустить руки и сказать: это конец.

У неё была возможность переписываться с Пантерами, единственную связующую нить с её миром, но и её отняли. Искромсали ножницами, как и её разбитое израненное сердце. Сколько ещё её отец будет втыкать в её сердце ножи, заставляя его кровоточиться и извиваться в адских страданиях? Рядом с Пантерами сердце Джейд подлечилось, они его собственноручно латали и отдавали ей, восхищаясь результатом. Словно и не было никаких ранений, никакой душевной боли. С ними она чувствует себя полноценной, а главное...своей. Они разделяют её мнение, её приоритеты, понимают её, как никто другой.

Но сейчас, когда их нет рядом, мир будто пошёл под откос. Почва ушла из под ног. Земля разверзлась. Находясь в Литтл-сити, Джейд стали посещать разные мысли.

А если бы нам удалось сбежать и мы бы продолжили жизнь беглецов?

Но зато...все вместе.

Ей хотелось хоть на секунду побыть эгоисткой и сбежать. Сбежать к ними. Продолжить скрываться от полиции. Когда они находились в амбаре, дела шли намного лучше, хоть все и было хуже некуда. Они были едины, были все вместе, как одна семья. И даже несмотря на исход событий, то, что их все ищут и хотят засадить в тюрьму, они были счастливы. Потому что были вместе. Джейд захотелось вернуться в то время. Когда её с Пантерами ещё не обнаружили, когда она не пошла на сделку с отцом, лишь бы спасти своих людей.

Вот бы и правда скрыться. От окружающих её людей, не считая Марка, от боли, от жгучей ненависти к отцу.

Ощущая, как он гладит её по волосам, Джейд успокаивалась и проваливалась в сон. Она выплакала все свои слезы и только сейчас пришло осознание: если она не расстанется с Дженни, то её посадят в тюрьму. Из-за Джейд. Когда отец сказал ей об этом, наступила стадия отрицания; она не могла в это поверить. Не могла поверить, что её хотят лишить её новообретенной девушки. Но Джейд старалась сейчас не думать об этом, иначе это отгонит сон. Она хотела, чтобы хотя бы во сне её оставили в покое.

Но и этого не случилось. Ей приснился сон.

Они гуляли с Дженнифер по улицам Крайм-вилла, ели мороженое, смеялись. Но в какой-то момент Дженнифер начала исчезать. В прямом смысле этого слова. Растворялась во тьме. Она больше не чувствовала руку Дженн, хотя точно помнила, что держала её.

— Нет! Куда ты исчезаешь? — закричала Джейд. Но и это не помогло. Дженнифер продолжала исчезать. — Останься! Останься, прошу тебя! Не оставляй меня!

Бордовые волосы девушки, развевающиеся на ветру, стали тускнеть, красивые зелёные глаза исчезали, не оставляя взамен себя ничего. Она смотрела на неё глазами, полными ужаса, но не могла произнести ни слова.

И тогда Джейд заметила вдалеке толпу людей, они загородили собой весь проход. Суровые лица говорили о их серьёзности и о том, насколько они опасны.

Пантеры.

Но они тоже начали испаряться. Медленно, заставляя каждую клеточку Джейд страдать от невыносимой боли в груди. Казалось, что её сердце сейчас вырвут и разорвут в клочья. Она бы не удивилась, если бы так и произошло.

— Не уходите! — Паркер протянула к ним руку, метаясь взглядами между Дженнифер и Пантерами.

— Ты должна сделать выбор, — голос Дженнифер сейчас походил на шипение змеи, в прямом смысле этого слова. Это больше был не её голос.

— Наша безопасность или мы, — прошептал на ухо Герберт Хейз, хотя она была уверена, что видела его с Пантерами на другом конце улицы.

Джейд вскочила с кровати.

Это сон. Всего лишь плохой сон, — успокаивала она себя.

В комнату ворвался Марк, в его глазах читалось беспокойство, и, пересекая комнату, он заключил подругу в крепкие тёплые объятия. А она, всхлипывая и дрожа, прижалась к нему.

— Все хорошо, я здесь, — прошептал он тихим, но в то же время нежным голосом, от которого у Джейд внутри все свело.

И как она могла бросить Марка? Как могла выбрать сделать свой выбор в пользу Крайм-вилла? И заставить его ненавидеть себя? Она оправдывалась тем, что так будет для него лучше, но в итоге осознала, какой эгоисткой была все это время.

— Прости меня, — сказала Джейд, прекрасно осознавая, что никаких слов в этом мире не будет достаточно, чтобы утихомерить боль Марка, когда он находился совсем один в Литтл-сити. Без своей лучшей подруги, которая бросила его и променяла на других. Но, по крайней мере, он будет знать, что ей очень жаль.

— За что, Джей? — его голос выражал изумление, а дыхание обжигало кожу.

— За то, что так поступила с тобой. Я дура, такая дура! Как ты можешь после всего, что было, общаться со мной? Почему не пошлёшь на все четыре стороны? Я не заслуживаю твоей дружбы. Ты слишком хороший друг для меня.

— Прекрати, мне не нравится, когда ты так говоришь, — кажется, он злится.

Марк отстранился и взял её лицо в свои ладони, пристально смотря в глаза. Джейд сумела разглядеть его прямой нос, миндалевидный разрез глаз цвета океана, в глубине которых может утонуть, глядящие на него с примесью теплоты и заботы, морщинку на переносице, где сейчас появились складки от того, что она нахмурена, заостренная форма губ, светлые волосы, как обычно беспорядочно уложенные на голове. Всё в Марке отдавало теплом и светом, весь его вид показывал, от светлых волос и до голубых глаз, что он скорее решит проблему умом, а не кулаками. Хоть такой метод решения конфликтов не всегда работает и не всегда уместен. Но это Джейд привыкла все решать драками, потому что так удобнее. Она не хотела бы, чтобы Марк делал также. Не хотелось бы видеть на его красивом личике синяки и следы от крови. Это изрядно подпортило бы его вид хорошего мальчика, который заботится о своей учёбе и хочет достичь высот в жизни.

Хотя...кого она обманывает, он уже далеко не такой. Возможно, если бы Джейд оставалась в Литтл-сити с Марком, то он бы и оставался таким весёлым и жизнерадостном. Не связался бы с плохими людьми и не вынужден бы был от них скрываться.Вроде бы с Джейд он оставался собой, таким же, каким был раньше. Добрым, отзывчивом и очень чутким. Но при этом неуловимо стал другим. Взгляд, который он кидал на неё ранее — холодный и отчужденный, теперь одаривает им других людей. Стал подозрительными и когда они с Джейд шли куда-либо, то он постоянно оборачивался и оглядывался, словно думал, что на них сейчас нападут.

Находясь в Крайм-вилле, у Джейд тоже такое случалось. Приступы паранойи. С Пантерами это становилось не таким явным, потому что она знала, что с ними в безопасности.

— Я не злюсь на тебя, правда, — потом Марк задумался и улыбнулся  краешком губ. — Ну почти.

Джейд нахмурилась. Все-таки, злится. Хотя тут и ежу будет понятно, что Марк будет рассержен. Любой на его месте был бы.

— Но я простил тебя, ясно? И не забивай себе голову всякими мелочами, как то, что ты недостойна моей дружбы. Потому что я считаю иначе. Помнишь, когда ты помогала мне справиться с депрессией? — его взгляд наполнился болью при этом упоминании. — А когда ты отмазала меня перед тётей, сказав, что это ты виновата в том, что я пришёл так поздно домой, хотя сам тебя потащил в эту библиотеку, находящуюся на другом конце города? А помнишь, когда придурок Бакстер со своей школьной компанией поймали нас и он хотел избить меня из-за того, что я подмешал ему в еду средство, из-за которого он блевал всю неделю, но ты...сказала ему избить себя, лишь бы они не трогали меня? Или когда мы сбежали в другой город, куда приехал дельфинарий, который я всегда мечтал увидеть хоть глазком? — он улыбнулся нахлынувшим воспоминаниям. — Это был сюрприз на мой день рождения и не важно, что, когда мы вернулись домой, нас наказали на две недели и лишили телефонов.

Марк громко выдохнул и продолжил:

— Я всегда поддержу тебя. Всегда приеду на помощь. Даже если она понадобится от твоего отца. Всегда встану на твою сторону. Не оставлю тебя, Джей. Во что бы то ни стало. Считай, что мы теперь и правда «инь-янь», — он усмехнулся.

Джейд без слов обвила его руками и прижалась к груди, чувствуя биение сердца под футболкой.

— Ты самый лучший друг на свете, ты знал это?

— Теперь знаю.

Дверь в комнату бесцеремонно распахнулась, оставив от бурлящих эмоций лишь небольшой отпечаток.