От приколов к реальности

Время пролетело как один затяжной сет. После моего триумфального возвращения в лагерь мы четыре года играли плечом к плечу. Это были лучшие годы: победы, поражения, бесконечные переезды и скрип кроссовок по паркету. Мы с Тоору стали легендарным дуэтом, а наши матчи против «лис» из Инаридзаки собирали полные стадионы.

Но всему приходит конец. В какой-то момент я поняла, что взяла от волейбола всё. Я покинула команду, на этот раз не из-за страха или чужих драм, а потому что внутри созрело новое решение.Ирония судьбы оказалась беспощадной: мой давний прикол про беременность превратился в настоящую. То, над чем смеялся весь лагерь три года назад, стало реальностью. Но, в отличие от той напуганной девчонки в водолазке, мне было плевать на чужое мнение. Мне уже 23, я взрослая женщина, и я сама решаю, как строить свою жизнь.

Конечно, без семейных сцен не обошлось. Брат читал морали нам с Осаму на протяжении трех часов, расхаживая по гостиной и размахивая руками так, будто он всё еще на капитанском мостике Сейджо.

— Вы! Вы двое! — Тоору в очередной раз ткнул пальцем в сторону Осаму, который невозмутимо сидел на диване, приобнимая меня за талию. — Саму, я доверил тебе самое дорогое, а ты?! Ты хоть понимаешь, что теперь у меня будет племянник-лис? Он же будет воровать мои онигири и хитро щуриться! Мизуки, ты же сама говорила, что это был прикол!

— Тоору, выдохни, — я лениво откинулась на плечо Осаму. — Прикол затянулся на четыре года и перерос в семью. Тебе придется с этим смириться. Ты будешь отличным дядей, если перестанешь орать.

Осаму лишь едва заметно улыбнулся, прижимая меня к себе крепче. Его взгляд был спокойным и бесконечно теплым. Он больше не был тем импульсивным парнем, который кусал меня за шею в раздевалке. Теперь он был мужчиной, готовым защищать свой дом.

— Я приготовлю ему лучшие онигири в мире, Ойкава-сан, — негромко произнес Саму. — Так что твоему племяннику не придется ничего воровать.

Тоору наконец выдохнул и рухнул в кресло напротив, закрыв лицо ладонями.

— Ну и семейка... Ладно. Но учтите: тренировать его буду я! Я сделаю из него лучшего связующего в истории!

Я рассмеялась, чувствуя, как внутри шевелится новая жизнь. Три года тишины, четыре года борьбы и, наконец, тихая гавань.

Моя история в волейболе закончилась, но началась куда более важная игра, где на кону стояло наше общее счастье.