Цитрусовый азарт и холодная месть

Утро встретило меня непривычной легкостью. То ли ударная доза витамина С в апельсинах сделала свое дело, то ли то странное, спокойное тепло, которое оставил после себя Осаму, когда уходил из моей комнаты. Горло больше не напоминало терку, а в мышцах вместо свинцовой тяжести пульсировала жажда действия.Сегодня был «тот самый» день. Сейджо против Инаридзаки. Мы против «Лис».

Когда я вышла на разминку, трибуны притихли, а затем взорвались шепотом. Вчерашнее падение на колени обсуждали все, но сегодня я не собиралась давать повода для жалости. Я поймала взгляд Осаму на противоположной стороне сетки. Он выглядел как обычно — расслабленным, почти сонным, но я знала: за этой маской скрывается хищник — Ну что, Мизу-чан, готова показать Саму-куну, что его онигири не помогут ему выиграть? — Тоору подошел ко мне, крутя мяч на пальце. Его глаза азартно блестели — он обожал играть против сильных связующих вроде Атсуму.

— Я не собираюсь его щадить, Тоору, — ответила я, затягивая высокий хвост. — Вчера была слабость. Сегодня — игра.И мы начали. Это был не просто матч, это была шахматная партия на бешеной скорости. Инаридзаки давили своим темпом, Атсуму раздавал невероятные пасы, а Осаму... Осаму был везде. Он читал мои движения, как открытую книгу, но я каждый раз добавляла в свои прыжки ту самую каплю непредсказуемости, которой научилась у брата.

Я не жалела их команду. Никаких скидок на вчерашнее знакомство или ночной визит. Если я видела брешь в их блоке, я вколачивала туда мяч с такой яростью, что пол под ногами противников, казалось, вздрагивал.

— Оя-оя, Саму, кажется, твоя «кошечка» сегодня решила нас загрызть! — хохотал Атсуму, вытирая пот после очередного затяжного розыгрыша.Осаму ничего не отвечал, только тяжелее дышал и всё внимательнее следил за моими перемещениями. В его глазах я видела не обиду, а искреннее восхищение. Это была лучшая форма признания.

Финальное очко. Сейджо ведут. Тоору дает мне идеальный, высокий пас. Я взлетаю, чувствуя, как воздух свистит в ушах. Блок Инаридзаки уже передо мной, Осаму прыгает навстречу, его руки — как стена. Но в последний момент я меняю наклон кисти, и мяч, чиркнув по его пальцам, улетает в аут от блока.

Победа. 27:25 в нашу пользу.Зал ревел. Я приземлилась, чувствуя, как сердце колотится о ребра. Никаких падений на колени. Я просто подошла к скамейке, накинула бирюзовую олимпийку и сделала долгий глоток из бутылки — сегодня там была холодная вода с лимоном. Кислинка приятно обожгла язык, окончательно приводя меня в чувство.

Осаму подошел к сетке для традиционного рукопожатия. Когда настала моя очередь, он на секунду задержал мою ладонь в своей.

— Горло больше не болит? — тихо спросил он, пока Тоору отвлекся на споры с Атсуму.

— После такой игры — нет, — я усмехнулась, чувствуя, как азарт сменяется приятным опустошением. — Спасибо за мотивацию, Саму. Онигири были вкусными, но победа — вкуснее.Он едва заметно улыбнулся и отпустил мою руку.

— Реванш будет еще вкуснее, Мизуки. Помни об этом.