Первый шаг (5 Часть)

(От первого лица Феликса)

Я проснулся от первого луча солнца, который пробился сквозь шторы и упал мне на лицо. Сердце сразу же забилось где-то в горле, учащённо и гулко. Сегодня был тот самый день. Всё началось.

Я встал, умылся ледяной водой, чтобы окончательно прийти в себя, и начал медленно готовиться. Я съел несколько ложек йогурта, хотя кусок в горло не лез. Оделся в простую домашнюю одежду и принялся ждать.

Время шло невыносимо медленно. С каждой минутой тревога внутри меня росла. Я проверял телефон каждые пять минут, хотя знал, что никто не позвонит раньше назначенного часа. Я ходил по комнате, переставлял предметы на столе, бесцельно перелистывал страницы книги, но буквы сливались в одно сплошное пятно. К четырём часам я уже не находил себе места.

Ровно в пять часов вечера раздался звонок в дверь. Я подскочил, как ужаленный, и побежал открывать. На пороге стояла целая команда - две женщины и один мужчина. Они были в строгих костюмах, с профессиональными чемоданами и бесстрастными лицами, и выглядели так, будто собирались не переодевать меня, а проводить сложную хирургическую операцию.

- Феликс? - спросила высокая брюнетка с острым, оценивающим взглядом.

Да, - ответил я, впуская их в прихожую.

- Мы из команды подготовки. Привезли твой наряд. Нам нужно всё примерить и подготовить к выходу.

- Проходите, - сказал я, чувствуя, как внутри нарастает липкое, тревожное волнение.

Они прошли в гостиную, аккуратно расстелили на диване несколько чёрных чехлов и начали выкладывать содержимое. Я смотрел и не верил своим глазам. Там были платья, туфли, украшения, аксессуары - всё чёрное, блестящее, вызывающе-роскошное. Одно платье привлекло моё внимание больше всего. Оно было коротким, открытым, с большим вырезом на спине, почти до поясницы, и глубоким декольте, которое, как мне казалось, оголяло слишком много.

- Это что? - спросил я, указывая на него дрожащей рукой.

- Это твой основной наряд, - ответила вторая женщина, блондинка с быстрыми, ловкими руками. - Он идеально подходит для такой вечеринки. Ты должен выглядеть ярко и привлекать внимание. Омеги должны быть красивыми и заметными, особенно на мероприятиях такого уровня. Это часть твоей легенды.

Я сглотнул. Я никогда в жизни не носил ничего подобного. Обычно я предпочитал тёмные, строгие костюмы или скромные водолазки, которые скрывали фигуру. А тут - открытая спина, короткая юбка, почти неприличные каблуки.

- Вы уверены? - спросил я с сомнением в голосе.

- Абсолютно, - кивнула брюнетка. - Это часть легенды. Ты - богатый, избалованный омега, который не боится демонстрировать себя. Stray Kids любят таких. Они клюют на яркое, как хищники на кровь.

Я вздохнул и, чувствуя себя крайне неловко, начал раздеваться.

Сначала мне надели колготки. Они были капроновыми, тонкими, почти невесомыми, с красивыми узорами и блестящими стразами. Я чувствовал себя неловко, стоя в одном рубашке и этих колготках перед незнакомыми людьми, но они работали профессионально, без лишней эмоциональности, будто я был манекеном.

- Расслабься, Феликс, - сказала блондинка, поправляя колготки на моих бёдрах. - Мы делаем это каждый день. Ты выглядишь замечательно.Спасибо, - буркнул я, не зная, радоваться или огорчаться.

Потом на меня надели туфли. На высоком, тонком каблуке, с блестящими пряжками. Я сделал первый шаг и чуть не упал, едва удержав равновесие.

- Осторожно, - подхватила меня брюнетка. - Держитесь увереннее. Вы быстро привыкнете.

Я сделал несколько шагов, чувствуя, как ноги подкашиваются, но постепенно начал привыкать к этой неустойчивой походке.

Теперь главное - платье. Женщины подошли ко мне с двух сторон и начали аккуратно натягивать ткань на моё тело. Оно было облегающим, как вторая кожа, чёрным, с тысячами мелких пайеток, которые переливались и сверкали при малейшем движении.

Спина оставалась полностью открытой до самой поясницы, и я чувствовал себя почти голым, беззащитным. Несколько тонких чёрных бантиков были пришиты на лентах и частично скрывали кожу, но они скорее подчёркивали открытость, чем скрывали её.

- Оно сидит идеально, - сказала блондинка, поправляя складки на моих бёдрах.

- Плечи у вас открыты, - добавила брюнетка, завязывая маленький бантик на моём плече. - Это смотрится очень сексуально.

Я посмотрел на себя в зеркало и замер. На меня смотрел совершенно незнакомый человек - яркий, вызывающий, почти дерзкий. «Это просто игра, - повторил я себе. - Просто притворство. Я не я. Я - маска».

На меня надели длинные чёрные перчатки до локтей, которые плотно облегали руки, придавая образу ещё больше шика. Потом пришла очередь украшений. Массивное ожерелье на шею, которое тяжело легло на ключицы и переливалось в свете ламп. Браслеты, серьги. Я чувствовал их вес, но старался не думать о том, что внутри них спрятаны микроскопические камеры и микрофоны.

Женщины принялись за мою причёску. Они подняли мои волосы наверх, закрепили их невидимками и добавили несколько блестящих заколок с кристаллами. Моё лицо было искусно накрашено: глаза стали огромными и выразительными благодаря чёрным стрелкам, а губы - ярко-красными, словно капли крови. Я смотрел в зеркало и не верил, что это я.

- Теперь ты выглядишь как настоящая звезда, - сказала брюнетка с лёгкой, одобрительной улыбкой. - Ты готов.

- Наушник, - напомнил я, чувствуя, как в горле пересохло.

- Да, - она подошла и осторожно вставила крошечный наушник в моё правое ухо. Он был почти невидим. - Проверь, слышно ли меня.

Да, - кивнул я, услышав её голос прямо в своей голове.

- Теперь камера - в кулоне, микрофон - в серьге. Всё На меня надели длинные чёрные перчатки до локтей, которые плотно облегали руки, придавая образу ещё больше шика. Потом пришла очередь украшений. Массивное ожерелье на шею, которое тяжело легло на ключицы и переливалось в свете ламп. Браслеты, серьги. Я чувствовал их вес, но старался не думать о том, что внутри них спрятаны микроскопические камеры и микрофоны.

Женщины принялись за мою причёску. Они подняли мои волосы наверх, закрепили их невидимками и добавили несколько блестящих заколок с кристаллами. Моё лицо было искусно накрашено: глаза стали огромными и выразительными благодаря чёрным стрелкам, а губы - ярко-красными, словно капли крови. Я смотрел в зеркало и не верил, что это я.

- Теперь ты выглядишь как настоящая звезда, - сказала брюнетка с лёгкой, одобрительной улыбкой. - Ты готов.

- Наушник, - напомнил я, чувствуя, как в горле пересохло.

- Да, - она подошла и осторожно вставила крошечный наушник в моё правое ухо. Он был почти невидим. - Проверь, слышно ли меня.

- Да, - кивнул я, услышав её голос прямо в своей голове.

- Теперь камера - в кулоне, микрофон - в серьге. Всё работает. Ты в полной боевой готовности.

Я ещё раз посмотрел на себя в зеркало. Теперь я был не просто Феликс. Я был агентом, шпионом, который идёт в логово врага. От этого осознания по спине пробежал ледяной холодок, но я заставил себя улыбнуться.

- Выходим, - сказала блондинка.

Они помогли мне надеть длинный чёрный плащ, который скрывал наряд, и мы вышли из квартиры. У подъезда стояли три чёрные машины. Водитель в строгом костюме открыл мне дверь заднего сиденья и слегка поклонился, как будто я был важной персоной.

- Ваш выход, сэр, - сказал он с лёгкой, почти невидимой улыбкой.

Я сел в машину, и сердце забилось ещё быстрее, отдаваясь глухим стуком в висках. В соседних машинах сидели мои коллеги - переодетые полицейские, готовые прикрыть меня. Водитель был одним из наших.

Было уже половина восьмого. Я смотрел в окно на проплывающие мимо огни города, и в голове билась одна мысль: «Всё начинается». Мы выехали за город, и дорога стала более спокойной, тёмной, уводящей в неизвестность. Я пытался успокоиться, но напряжение не отпускало меня ни на секунду, сжимая внутренности в тугой узел.

- Мы почти на месте, - сказал водитель через некоторое время, выводя меня из оцепенения.

Я поднял голову и увидел вдалеке огни огромного здания. Особняк был настоящим дворцом - четырёхэтажный, с колоннами и мраморными статуями, освещённый десятками прожекторов, которые заливали парк жёлтым, тёплым светом.

Вокруг него стояли десятки дорогих автомобилей, сновали люди в вечерних нарядах, смех и музыка доносились из открытых окон.