Глава 12

Рей проснулась с ощущением пустоты.

Не той, философской, от которой ноет где-то под рёбрами, а физической — липкой, тянущей, будто внутри неё выскребли всё подчистую. Желудок сжался в узел, но это не было голодом в привычном понимании. Это было что-то глубже. Что-то, что организм кричал, а мозг упрямо игнорировал.

Ты справишься.Ты контролируешь.Это временно.

Она села на кровати и несколько секунд просто дышала, считая вдохи. Голова слегка кружилась, но это было ожидаемо. Ничего нового.

Завтрак она пропустила осознанно.

Не потому что «забыла». Не потому что «не успела». Она просто... не пошла. Мысль о еде вызывала тревогу, почти панику. После ссоры с Кевином внутри всё было слишком расшатано, и контроль стал единственным, за что можно было уцепиться.

Если я не могу контролировать людей — я буду контролировать тело.

Тренировка началась, как обычно.

Лёд был идеальным. Холодным. Честным. Он не задавал вопросов и не ждал объяснений. Он просто принимал или наказывал.

Рей вышла на прокат с привычной собранностью, но тело не слушалось. Прыжок вышел ниже. Приземление — жёстче. Она почти не заметила, как едва не потеряла равновесие.

Соберись.

Второй элемент — срыв. Нога подогнулась, сердце ухнуло вниз, в глазах потемнело.

Она выпрямилась, делая вид, что всё под контролем, но тренерский взгляд был слишком цепким.

— Рейчел, — окликнули её. — Перерыв.

Она остановилась у борта, тяжело дыша. Пот стекал по спине, руки дрожали. В ушах стоял гул.

— Ты ела? — спросили прямо.

Рей подняла голову.

— Да.

Ложь далась слишком легко.

— Что именно?

Ошибка.

— Я не обязана отчитываться, — сказала она резко.

Пауза была короткой.

— С льда, — сказали ей. — Сейчас же.

— Я могу продолжить, — упрямо ответила она. — Это просто усталость.

— Ты едва стоишь, — отрезали ей. — С льда, Рейчел.

Она сжала зубы, но подчинилась. Когда она сошла, ноги дрожали так сильно, что пришлось опереться на борт. В глазах снова потемнело, и на секунду она испугалась — не падения, а того, что никто не будет рядом, если она упадёт.

Ваймак узнал об этом через час.

Он не ворвался. Не кричал. Не устраивал сцен.

Он просто вошёл в раздевалку, когда Рей сидела, уставившись в пол, и сказал:

— Поехали.

— Куда? — спросила она, не поднимая головы.

— Есть, — ответил он.

— Я не голодна.

— Мне плевать, — сказал Ваймак спокойно. — Поехали.

В машине было тихо.

Слишком тихо.

— Ты пропустила приём пищи, — сказал он через несколько минут. — И это не вопрос.

— Это не ваше дело, — ответила Рей.

— Пока ты живёшь под моей крышей — моё, — отрезал он. — И пока ты спортсменка — тем более.

Она сжала кулаки.

— Я справляюсь.

— Нет, — сказал Ваймак. — Ты умираешь медленно и думаешь, что это контроль.

Эти слова ударили сильнее, чем крик.

— Я не... — начала она и замолчала.

Они остановились у небольшого кафе. Ничего пафосного. Просто еда.

— Вы хотите, чтобы я растолстела? — выпалила она, едва они вошли.

Ваймак повернулся к ней резко.

— Я хочу, чтобы ты дожила до шестнадцати, — сказал он жёстко. — Для начала.

Она замерла.

— Ты думаешь, я не вижу? — продолжил он. — Вес. Усталость. Срывы. Ты думаешь, я тренировал игроков в экси всю жизнь и не знаю, как выглядит зависимость?

— Это не зависимость, — прошептала она. — Это дисциплина.

— Это контроль из страха, — ответил он. — И он тебя убьёт.

Они сели за стол.

Перед ней поставили тарелку.

Рей уставилась на неё, чувствуя, как внутри поднимается волна паники. Сердце колотилось, ладони вспотели.

— Я не могу, — прошептала она.

— Можешь, — сказал Ваймак. — И будешь.

— Я не прошу...

— Я знаю, — перебил он. — И это проблема.

Он наклонился ближе.

— Послушай меня внимательно, Рейчел. Ты можешь ненавидеть меня. Можешь молчать. Можешь злиться. Но ты не имеешь права разрушать себя в моём доме.

Слёзы подступили к глазам.

— Я боюсь, — выдохнула она.

И это было самое честное, что она сказала за долгое время.

Ваймак выпрямился.

— Я тоже, — сказал он. — Именно поэтому я не отступлю.

Она взяла вилку.

Руки дрожали.

Первый кусок дался тяжело. Второй — чуть легче. Тревога никуда не делась, но тело начало отвечать — теплом, слабостью, почти головокружением.

Она ела и плакала молча.

Ваймак не утешал. Не говорил, что всё будет хорошо.

Он просто был рядом