Часть седьмая

Вечер опустился на город, и лёгкий туман окутал набережную реки Сандзу, словно невидимая вуаль, скрывающая тайны и судьбы.

Ветер шептал древние легенды — о реках забвения и перехода, о душах, ищущих покоя и любви.

В этот миг Сандра, где бы она ни была, чувствовала невидимую связь с рекой — как будто сама река шептала ей о прошлом и будущем.

Река Сандзу, подобно Стиксу и Лете, была мостом между мирами, где время текло иначе, а любовь и память переплетались в бесконечном танце.

И в сердце Сандры разгоралась надежда — надежда найти свой путь, понять себя и обрести ту любовь, которая не знает границ и воплощений.

Обескураженный Эо вернулся к дому Сандры. Юноша ещё какое-то время стоял у калитки, вглядываясь в пустоту, но затем решил вернуться. Когда он пришёл обратно, управляющего уже не было — тот уехал по делам в город. Можно было бы дождаться его и спокойно всё доложить, но Эо не мог ждать. Ведь одной из личностей Сандры была его возлюбленная — Ли Ю Ми. Но дело было не только в этом — юноша переживал за коллегу.

Телефон управляющего был занят, и когда он, наконец, ответил,то сообщил, что находится в пути в соседний город. Но проблему игнорировать нельзя было — Сандра не пришла на работу, и это тревожный сигнал.

Можно было предположить, что она просто пошла с подругами в кафе и злоупотребила алкоголем, но Эо не верил в это. Ситуацию усугубляло то, что в Сандре жили ещё две личности, которые иногда брали верх. Управляющий подозревал, что именно это помешало Сандре сегодня выйти на работу.

Но всё это были лишь догадки. Чтобы узнать правду, нужно было попасть в квартиру Сандры.

Эо предложил пойти в таможенный дворец и обратиться к таможеннику — отцу Сандры, который, вероятно, помнил код от калитки.

Идея понравилась управляющему, но ключ-пропуск для Эо ещё не был готов, поэтому он мог посещать дворец только вместе с Сандрой.

Управляющий старался, чтобы о проблеме с личностями Сандры знало как можно меньше людей, и принять решение было сложно.

Однако он был сейчас за рулём и поэтому попросил Эо немного подождать.

Но тут Эо повезло — к управляющему по делам пришёл Чёрный жнец.

Жнец увидел Эо в приёмной — на лице юноши не было выражения покоя.

Убедившись, что управляющего нет, он подошёл к Эо.

Чёрный жнец немного недолюбливал помощника, а Эо отвечал ему тем же, но сейчас, когда Сандра могла быть в беде,было не до ссор.

Первым порывом жнеца было отправиться в таможенный дворец и попросить помощи у таможенника — отца Сандры.

Но он вспомнил, что таможенник единственный из призраков, кто сохранил память. Жнец не хотел, чтобы их знакомство стало предметом сплетен.

После короткого разговора жнец и Эо решили вместе побывать в доме Сандры — и сделать это как можно скорее.

Чёрный жнец поехал в одном автомобиле с Эо.

Подъехав к дому, помощник остался в машине.

Жнец, для которого не было преград, прошёл сквозь ограду и дверь и вскоре был внутри.

Первое, что он услышал — громкие стоны и плач.

Чуть поколебавшись, жнец вошёл в комнату.

Сандра лежала на полу без сознания, но стонала и плакала, глаза яростно вращались под веками.

Жнец не мог помочь, даже боялся дотронуться.

Он принял решение — вернуться и сообщить Эо, что Сандра серьёзно больна.

Но когда жнец уже хотел уйти, Сандра дотронулась до его ноги, потом обхватила его.

Жнец не успел среагировать — его затянуло в бред Сандры.

— Павло, любимый мой! Где ты был так долго? Я искала тебя, — услышал он звонкий голос.

Голос отличался от голоса Сандры — был звонче, слова выговаривались с лёгким акцентом, придавая речи очарование.

Жнец посмотрел — перед ним была его жена Оливия.

Оливия что-то шила — приглядевшись, жнец увидел, что это кукла для новорождённой дочки.

Но взглянув на куклу ещё раз, он похолодел.

— Оливия, дорогая, зачем ты сшила эту куклу? Почему у неё лицо твоей бабушки?

— Павло, — Оливия лукаво покачала головой, — это женские дела, не надо в них вмешиваться!

— Но, сердце моё, всё же ответь мне!

— Хорошо, ты же знаешь, я не могу отказать тебе ни в чём! Хочешь, открою секрет: эта кукла — не единственная! Вот, смотри, вчера я сшила ещё одну! Узнаешь, на кого похожа эта кукла? На моего проклятого деда!

— Но, моя бедная Оливия, зачем?

— Ни ты, ни отец не хотите наказать этих проклятых стариков! Поэтому я решила всё сама! Я продала душу дьяволу!

Твоя душа у дьявола? Дворец Сандзу не для тебя

Что значит — продать душу дьяволу? Для меня это буквально. Есть дьявол и есть человек, у которого остаётся одна ценность после смерти — душа. Всё, что было дорого в жизни — деньги, дом, семья — остаётся в прошлом и быстро забывается, как только Чёрный жнец берёт умершего за руку и двери таможенного зала на реке Сандзу распахиваются.

Душа — единственное, что остаётся с человеком в последнем пути.

Дьявол — тёмная сторона Бога — давно понял, что можно досадить создателю, находя людей, готовых продать самое ценное — свою душу.

Поскольку я ещё жива, мои рассуждения — теория, но иногда я слышу шёпот чёрного и белого ангелов. Они нашёптывают истории, которые я записываю, чтобы не забыть. Возможно, это лишь моё воображение.

Продажа души дьяволу — это банкротство. Говоря деловым языком: нет денег — нет обслуживания.

Жизнь человека — труд, ежедневный обмен энергией с миром: с соседями, продавцами, природой.

Когда человек умирает, он уходит на большой уикенд. Чёрный жнец ведёт его к воротам таможенного дворца.

А призраки — люди, не завершившие дела — остаются на земле.

Если душа не хочет идти с жнецом, она остаётся призраком.

Но даже в этом случае создатель учитывает волю человека.

Призраки и их судьба

Призрак — это человек, не завершивший свои дела. Он живёт между мирами, пока не исполнит цель.

Тогда он решает отправиться в таможенный дворец — как это сделала госпожа Анна.

Женщина-призрак Анна не смогла войти в дворец, пока не решила свои дела.

Возвращение к дому Сандры

Последняя глава закончилась тем, что Чёрный жнец и помощник управляющего подъехали к дому Сандры.

В тот день девушка не вышла на работу, телефон был отключён.

Ранее помощник управляющего уже стучал в дом, но никто не ответил.

Теперь на помощь пришёл Чёрный жнец.

Эо — необычный помощник, переживший кому, душа которого разделилась на 99 частей.

После возвращения душа слилась, но дар видеть призраков остался.

Управляющий принял Эо вторым помощником.

Первым была Сандра.

В обычном мире Эо — обычный человек, но с даром видеть призраков.

Когда Сандра в беде, нужен был тот, кто может проходить сквозь двери.

Помните, Чёрный жнец, неравнодушный к судьбе Сандры, прошёл сквозь двери и вошёл в её спальню.

— Павло, — Оливия лукаво покачала головой, — это женские дела, не надо в них вмешиваться!

— Но, сердце моё, всё же ответь мне!

— Хорошо, ты же знаешь, я не могу отказать тебе ни в чём! Хочешь, открою секрет: эта кукла — не единственная! Вот, смотри, вчера я сшила ещё одну! Узнаешь, на кого похожа эта кукла? На моего проклятого деда!

— Но, моя бедная Оливия, зачем?

— Ни ты, ни отец не хотите наказать этих проклятых стариков! Поэтому я решила всё сама! Я продала душу дьяволу!

Призраки и их судьба

Призрак — это человек, не завершивший свои дела. Он живёт между мирами, пока не исполнит цель.

Тогда он решает отправиться в таможенный дворец — как это сделала госпожа Анна.

Женщина-призрак Анна не смогла войти в дворец, пока не решила свои дела.

Вернемся к истории со странной болезнью помощницы управляющего.

Теперь, когда Сандра была в беде, нужен был тот, кто может проходить сквозь двери.

Чёрный жнец, неравнодушный к судьбе Сандры, прошёл сквозь двери и вошёл в её спальню, позже он смог впустить в дверь Эо.

Сандра кричала так отчаянно, так корчилась от боли, что у двух мужчин и одного призрака на глазах выступили слёзы. Время шло, а девушке не становилось легче. В перерывах между двумя пограничными состояниями она звала то Эо, то Чёрного жнеца.

— Эо! — выгнувшись под немыслимым углом, вдруг закричала она, не открывая глаз, а затем снова упала. — Где моя дочь? Что с ней стало? Мы слишком любили друг друга, чтобы думать о том, что с ней будет, когда мы уйдём! Кто нес её на первое причастие? Кому она смущённо поведала о первой любви? Кто вёл её к алтарю во время венчания? Почему мы не думали об этом, когда решили умереть? Эо, ответь мне! Ты здесь? Я не могу открыть глаза!

— Ли Ю Ми, — Эо наклонился над кроватью, — мы сейчас вместе, и это главное!

— Нет! Я пришла попрощаться с тобой! Там, в неведомом будущем, мы встретимся снова, как и мечтали. Поклянись, что мы больше не совершим ошибок прошлого! Как бы ни было тяжело, мы выстоим и не умрём раньше времени от своей руки. Клянись!

— Ли Ю Ми, клянусь, но ты не уйдёшь! — Эо отрицательно дернул головой. — Ты обещала тогда, любимая...

Однако девушка снова затихла и не отзывалась, как бы Эо ни звал её. Через день она всё-таки открыла глаза и попросила управляющего позвать её отца. Таможенник-призрак пришёл, взял Сандру за руку, и ей вроде стало лучше, но потом она опять потеряла сознание. Эти мучения продолжались ещё неделю.

Через неделю девушка внезапно подняла голову от подушки и попросила пить. Два призрака и два человека тут же бросились ей помогать. Но вода подействовала на Сандру не так, как ожидали. Выпив несколько глотков, она посмотрела на Чёрного жнеца и сказала:

— Дорогой, я, наверное, умираю! Я хочу попросить тебя привести ко мне мою маму, привести Анну. Я незаслуженно обидела её в прошлый раз, она не сделала мне ничего плохого, а я оттолкнула её.

Вскоре женщина-призрак, госпожа Анна, уже стояла у постели Сандры.

Однако, видимо, Сандра израсходовала последние силы на просьбу, и с каждой минутой ей становилось хуже. Анна в отчаянии заломила руки, а потом... произошло нечто необычное.

Помните, я писала, что рисунок обоев в детской комнате Оливии сыграет свою роль? Так и случилось.

Цитирую одну из глав: «Обои, которые когда-то Анна выбрала для детской комнаты своей дочери, имели простой, даже незамысловатый рисунок. На них была изображена маленькая девочка в пышном коротком платье, гольфах до колен и красных башмачках. Девочка держала в руках морковку и наклонялась над пушистым белым кроликом, чтобы угостить его».

Дотронувшись до руки Сандры, Анна попыталась напомнить дочери эту картинку из детства. Когда Оливия засыпала, она обычно гладила рисунок на обоях. Это помогло — воспоминание Анны проникло к дочери, и девушка открыла глаза.

— Мама, — прошептала Сандра, — я твоя дочь, ты узнала меня? Прости меня, если можешь! Я не понимаю, что со мной происходит. Знаешь, я кое-что вспомнила — страшный миг своей смерти. Тогда я пошла к мадам Тересе за советом, у меня была такая приятельница. К своему стыду хочу покаяться: я шила двух кукол, которые помогли бы уничтожить деда и бабку. Эта магия называется Вуду.

В тот вечер у мадам Тересы было несколько подруг — последовательниц магии Вуду. Я не была рьяной поклонницей, не выполняла ритуалы, но беда застала нас вместе.

В тот вечер моя дочь капризничала. Муж, Павло, был в отъезде, может, поэтому малышка так капризничала — она очень любила отца.

Уложив дочь и дав наставления няне, я отправилась к мадам Тересе. Было ещё не поздно — часы пробили десять.

Мадам Тереса предложила чай, я отказалась, сказав, что зайду на минуту, но она настояла. К ней присоединились подруги.

Мы беседовали около часа, когда вдруг почувствовали запах гари.

— Боже, как больно, моё тело — сплошная рана от ожогов! — застонала девушка.

— Нет, я должна рассказать всё до конца! — продолжала она. — В тот вечер я не вернулась домой — сгорела заживо вместе с мадам Тересой и её подругами.

Дед был тем, кто решил тряхнуть стариной и натянул на себя рясу инквизитора. Он проследил за мной до дома мадам Тересы и сообщил своим друзьям, что время настало.

Его приятели не хотели переходить к делу, но он настоял. Для горожан это была охота на ведьм, для деда — убийство.

Кроме меня и мадам Тересы, в тот вечер погибло ещё семь женщин.

Дед был горд собой и доволен.

— Не могу больше рассказывать, мне... больно! Боже, как же больно!

Сандра зарыдала.

— Оливия, любовь моя! — вдруг закричал Чёрный жнец. — Я тоже всё вспомнил до конца! Когда вернулся домой и узнал о трагедии, разум мой помутился. Ты, голубка моя, была чиста перед Богом, ты так и не осуществила свою месть. Мне было очень жаль, что не слушал тебя. Твой отец рыдал от непроходящей боли. Потеряв жену, он потерял и дочь. Жизнь потеряла всякий смысл.

Вместе с твоим отцом мы собрали горожан и устроили самосуд. Мы замуровали деда и бабку в комнате — то же самое, что они сделали с дочерью. Потом подожгли дом. Не знаю, остались ли они живы. Горожане обходили дом стороной. Месть была завершена.

Мне было больно и страшно думать, что я не слушал тебя. Я больше не мог жить. Но оставалась наша малышка — наша дочь. Прошло полгода, но боль в душе не утихала. Я вызвал Роберто, твоего отца, и сообщил решение: всё имущество — ему и нашей дочери. Я не мог жить без тебя.

Роберто умолял меня передумать, я отказал. Он просил милости, умолял поменяться. Мы оба были готовы умереть, но оставалась малышка. Наконец, видя мою непреклонность, Роберто согласился. Он остался, а я убил себя.

Я ушёл туда, где, как мне казалось, ждала ты. Но самоубийцы не попадают в рай и не могут воссоединиться с возлюбленными. Я шёл сквозь туман, который не рассеивался. Я устал идти, а дорога не открывалась. Целую вечность шёл — и ничего не менялось.

Тогда я взмолился, покаялся во всех грехах, и справедливый Бог услышал меня. Туман рассеялся, и я очутился у таможенного дворца реки Сандзу.

Но это не конец. Мне предложили подписать договор — я стал Чёрным жнецом. Как только подпись высохла, память покинула меня.

Но теперь, Оливия, мы можем быть вместе!

— Оливия! — воскликнул Чёрный жнец, — она опять потеряла сознание!

Время шло, а Сандре становилось хуже. Все были в отчаянии.

Управляющему пришла в голову идея: пусть таможенник и госпожа Анна возьмут руки Сандры в свои. Удивительно, но это помогло. Девушка заснула, дыхание выровнялось, лицо порозовело.

Сандра спала и спала. Анна и таможенник не отходили от кровати, Чёрный жнец тоже оставался рядом.

Теперь, когда он всё вспомнил, срок службы Чёрного жнеца подошёл к концу.

Управляющий и помощник днём были на работе, а вечером возвращались в палату.

Однажды Эо, глядя на спокойное лицо Сандры, задумчиво сказал:

— Как думаете, если все, кто сейчас здесь, возьмут Сандру за руку, она очнётся?

Идея понравилась всем. Получится ли — никто не знал, но вреда не будет.

Госпожа Анна сидела слева, таможенник — справа, они держали руки дочери.

Управляющий, Эо и Чёрный жнец подошли и дотронулись до руки Сандры.

Во время этого Анна и таможенник не убирали рук.

Идея Эо дала результат, но не совсем ожидаемый.

Сандра пришла в себя, улыбнулась управляющему и спросила:

— Почему я здесь? Я долго была больна? Ах, да! Наверное, это последствия аварии. Та красная машина сбила меня на перекрёстке? Вы, наверное, водитель и пассажир? Почему молчите? Моя догадка верна? А может, вы меня знаете?

Сандра всё забыла. Ей казалось, что она приходит в себя после аварии, которая действительно случилась пару лет назад.

Лица управляющего и помощника не вызывали воспоминаний.

Она больше не видела таможенника, Анну и Чёрного жнеца.

Последние полгода выпали из памяти.

Способность видеть мёртвых исчезла.

Перед управляющим и Эо была обычная девушка.

Вот так почти закончилась эта необычная история.

Чёрный жнец, который когда-то носил имя Павло и был возлюбленным Оливии, ушёл.

Перед уходом он выпил чай забвения.

Ему было жаль, что он не выполнил обещание — другой жнец будет провожать Сандру, когда придёт её время.

Но душа Чёрного жнеца была готова к новому пути.

Он оглядел кабинет, полил цветы, разогрел печать и оставил оттиск на локте.