Признание на холсте

Мариус теперь стал переживать еще больше, осознав свои чувства к Лу. Ему было как-то стыдно, что такой как он, глухой, робкий и стеснительный не имеет права любить такого прекрасного юношу как Лу. Он мучился от собственных мыслей, терзаясь сомнениями. Кто он такой, чтобы претендовать на внимание Лу? Лу - яркий, талантливый, общительный, окруженный друзьями. А он - тихий наблюдатель, живущий в своем мире тишины, боящийся лишний раз заговорить, чтобы не показаться смешным или нелепым.

Он его первый друг, а теперь еще и первая любовь. После разговора с мамой он задумался о признании, но каждый раз сердце сжималось, думая, что Гуссенс посмеется над ним. Мариус избегал встреч с Лу, стараясь лишний раз не попадаться ему на глаза. Он находил тысячу причин, чтобы отказаться от совместных прогулок и посиделок в кафе. Лу, конечно, замечал перемену в поведении друга, но не понимал ее причины. Он пытался расспрашивать Мариуса, проявлял заботу и внимание, но тот лишь отмахивался, ссылаясь на усталость и загруженность учебой.

Но через пару дней начиналась выставка, где будет красоваться картина Мариуса. Целый месяц он работал над ней, продумывал каждую деталь. На большом холсте был изображён сам Лу в первую их встречу. Блондин протягивал руку, а рядом с ним лежал скейт, из-за которого Де загер оказался на асфальте. На фоне были деревья и пару скамеек. Но самая главная часть картины - ярко голубые глаза, которые смотрели прямо в душу робкому юноше на асфальте.

Картину Мариус назвал так: «Услышать тебя сердцем». Ведь это описывало всю его ситуацию: он не мог слышать Лу ушами, но чувствовал его сердцем, каждой клеточкой своего тела. Он видел его улыбку, ощущал его тепло, понимал его настроение по одному лишь взгляду. И эта картина была его признанием, его криком души, запечатленным на холсте красками и светом.

Так же около картины, помимо названия, будет написано чувство, которое передает эта картина. «Свобода и влюбленность» написал Мариус.

Выставка приближалась, и вместе с ней росло напряжение Мариуса. Он боялся не только реакции публики на свою работу, но и, прежде всего, реакции Лу. Что он скажет, когда увидит себя на холсте? Поймет ли он глубину чувств, вложенных в каждую линию, в каждый мазок? Мариус готов был провалиться сквозь землю от одной только мысли об этом.

Лу заметил отдаление друга, но решил, что тот просто сильно занят картиной. В день выставки, Мариус позвал с собой маму, женщина с удовольствием согласилась, желая увидеть любовь своего сына. И она имела в виду не только рисование.

В день открытия выставки Мариус стоял у своей картины, как прикованный. Он то и дело поправлял невидимые складки на своей рубашке, которая была надета поверх футболки, нервно оглядываясь по сторонам. Мама стояла рядом, подбадривающе сжимая его руку. Волнение юноши было настолько ощутимым, что казалось, оно витает в воздухе, пропитывая собой все вокруг.

Перед встречей с Де загером, Лу решил купить цветы. Его выбор пал на букет из пяти белых тюльпанов. Они означали чистые и трепетные чувства, которые как раз испытывал блондин. А количество цветов означало признание в любви, вот только он не хотел, чтобы Мариус знал о таких значениях.

Он помнил, что брюнет своей картиной хотел передать чувство свободы, а про второе чувство умолчал. Он думал об этом, пытался предположить что же еще мог добавить юноша в эту картину. И вот, настал тот день, когда он это узнает.

Он увидел его. Лу стоял в дверях, держа в руках букет белых пионов. Его взгляд тут же встретился с взглядом Мариуса, и время словно остановилось. Блондин медленно направился к нему, рассекая толпу словно корабль волны. Мариус замер, не в силах пошевелиться, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди.

Весь месяц он получал насмешки в виде записок. Одногруппники писали ему, что его картина странная и точно никому не понравится. Не переставали называть его улиткой из-за глухоты и ещё они писали, что он никогда не сможет быть с таким парнем, ведь тот слишком хорош для него. Мариус старался не обращать внимания на эти записки, но они, как ядовитые иглы, вонзались в его сердце, усиливая неуверенность и страх.

- Здравствуйте, - Неловко поздоровался Лу с мамой Мариуса.

- Привет, ты, наверное, Лу. Я слышала о тебе много хорошего от сына, - Улыбнулась женщина.

- Я смущен, - Признался Гуссенс, а женщина только улыбнулась и отошла немного в сторону, давая юношам пространство.

Лу протянул букет другу, а тот дрожащими руками принял его. Белые тюльпаны, такие нежные и трогательные, словно отражали его собственную душу. Брюнет не смог сдержать слез, а старший подумал, что тому не понравился такой жест внимания.

«Тебе не понравились цветы?». Обеспокоенно спросил Лу жестами, вглядываясь в лицо Мариуса.Мариус отрицательно покачал головой, продолжая держать цветы, словно они могли вот-вот рассыпаться в прах. Он не мог произнести ни слова, ком стоял в горле, а слезы душили. Он боялся, что если откроет рот, то выдаст всю бурю чувств, что клокотали внутри него. Он боялся, что его признание спугнет Лу, разрушит их дружбу, оставив его в еще большей тишине и одиночестве.

Лу нахмурился, не понимая, что происходит. Он ожидал любой реакции, но только не слез. Он ведь так старался выбрать самые красивые цветы, надеясь хоть немного поднять настроение другу. Но вместо этого, он, кажется, сделал только хуже. Он уже хотел было извиниться и уйти, чтобы не смущать Мариуса еще больше, как вдруг тот шагнул вперед и крепко обнял его.

Лу замер на мгновение, не зная, как реагировать. А затем, словно очнувшись, обнял Мариуса в ответ. Он чувствовал, как дрожит тело друга, как влага от слез проступает сквозь ткань его футболки. Он не понимал, что происходит, но одно знал точно: Мариусу сейчас нужна его поддержка.

Мариус отстранился, вытирая слезы тыльной стороной ладони. Он посмотрел на Лу, и в его глазах плескалась такая любовь и надежда, что у блондина перехватило дыхание. Он отстранился и показал одной рукой жесты: «Надеюсь, тебе понравится картина. И ты не против, что я нарисовал тебя».

Лу улыбнулся, почувствовав, как напряжение немного спадает. «Я уверен, что картина прекрасна, ведь ее создал ты». Ответил он жестами, стараясь передать всю искренность своих слов. Он взял Мариуса за руку и подвел к картине.

Остановившись перед холстом, Лу замер, рассматривая свое изображение. Он узнал тот самый день, ту самую секунду, когда их взгляды впервые встретились. На его губах появилась улыбка. Он повернулся к Мариусу и спросил: «Почему ты назвал ее «Услышать тебя сердцем»?»

Мариус набрал в грудь воздуха, собираясь с духом. Он не мог больше молчать, должен был высказать все, что накопилось в его душе. «Потому что... я не слышу тебя ушами, Лу. Но я чувствую тебя всем сердцем. Я вижу тебя, я понимаю тебя...». Продолжить дальше ему не хватило смелости. Он нервно кусал губы и сжимал букет.

Гуссенс посмотрел на подпись ниже, ожидая увидеть слово «свобода» и что-нибудь подобное. Вместо этого он увидел: «Свобода и влюбленность». Сердце Лу пропустило удар. Влюбленность? Мариус влюблен в него? Он перевел взгляд на друга, ища подтверждение своим мыслям. В глазах Мариуса он увидел все: и страх, и надежду, и безграничную любовь.Лу нежно коснулся руки Мариуса, переплетая их пальцы.

- Ты... ты влюблен в меня? - Спросил он, стараясь говорить медленно и четко, чтобы Мариус смог прочитать по губам. Брюнет отпустил чужую ладонь, сдерживая слезы.

Мариус опустил взгляд, не в силах выдержать пристальный взгляд Лу. Он кивнул, чувствуя, как краска стыда заливает его лицо. «Я знаю, это глупо. Я не заслуживаю тебя. Ты такой яркий, такой...». Он запнулся, не зная, как подобрать слова.Лу не дал ему договорить. Он приподнял подбородок Мариуса, заставляя его посмотреть в глаза. «Не говори так о себе. Ты замечательный, Мариус. Ты талантливый, добрый, чуткий... И я ценю нашу дружбу больше всего на свете». Он сделал паузу, словно собираясь с мыслями. «Но знаешь, я понял, что никогда не испытывал таких чувств раньше».

«Каких?». Де загер покраснел еще сильнее.

«Я понял, что... влюблен. Я влюблен в тебя, Мариус».

Мариус застыл, словно громом пораженный. Он не мог поверить своим ушам... вернее, своим глазам. Лу только что признался ему в любви? Неужели это не сон? Неужели все его страхи и сомнения были напрасны? Слезы, которые он так отчаянно пытался сдержать, хлынули с новой силой, но теперь это были слезы радости и облегчения. Он не мог произнести ни слова, лишь смотрел на Лу, боясь моргнуть, чтобы не разрушить это волшебное мгновение.

Лу нежно вытер слезы с лица Мариуса. «Ты не ослышался, - повторил он жестами, - Я люблю тебя, Мариус. Давно люблю. Просто боялся признаться, боялся, что ты не ответишь мне взаимностью».

«Я глухой, ты заслуживаешь кого-то лучше». Мама, которая все это время наблюдала за ними, тоже пустила слезу, увидев эти жесты от сына.

«Не говори так, пожалуйста. Твоя глухота - это не недостаток, а часть тебя. И я люблю тебя всего, целиком и полностью. Ты - именно тот, кто мне нужен». Он отстранился и посмотрел в глаза Мариусу. «Позволь мне быть рядом с тобой, позволь мне доказать тебе, что ты достоин любви».

Мариус молчал, не веря своему счастью. Он чувствовал себя так, словно парит в облаках, невесомый и свободный. Он не заслуживал этого, не заслуживал такого счастья, но Лу был рядом, держал его за руку и смотрел на него с такой любовью, что все сомнения отступали.

Он приблизился к нему и Лу сразу по привычке подставил ухо. Каждый раз, слыша тихий голос Мариуса, сердце замирало. А осознание того, что юноша борется со своими страхами, потому что знает, что Лу хочет услышать его голос, сводило с ума.

- Спасибо тебе. Я... ну... ты мне тоже, то есть... Я влюблен... в тебя. Люблю тебя, - Сказал он с запинками дрожащим голосом.

Лу улыбнулся, услышав эти долгожданные слова. Каждое слово отдавало теплотой в сердце. Он нежно провел рукой по волосам Мариуса, чувствуя, как тот вздрагивает от неожиданности. «Я буду самым счастливым человеком на свете, если ты позволишь мне быть твоим парнем».

Брюнет повернулся к нему спиной, пряча свое смущенное лицо. Гуссенс напрягся, боясь, что сказал лишнего. Мариус молчал несколько секунд, переваривая услышанное. Он не мог поверить в происходящее, все казалось нереальным, словно он попал в сказку. Но тепло руки Лу, сжимающей его ладонь, говорило об обратном - это была явь. Он медленно повернулся к нему лицом, его глаза сияли от счастья и любви. Юноша, набравшись смелости, прошептал рядом с ухом:

- Я буду, - А затем закрыл их лица букетом и аккуратно поцеловал в щеку, приподнимаясь на носочки. Поцелуй был быстрым, но смутил обоих до предела. Мариус шагнул назад и показал жестами: «Прости, если тебе было противно».

Лу мягко опустил букет, его щеки тоже покрылись румянцем. Он взял руки Мариуса в свои, нежно сжимая их. «Мне не было противно, - ответил он жестами, - Мне было очень приятно. Это самое лучшее прикосновение в моей жизни». Он снова посмотрел в глаза Мариуса, ища в них ответ. «Я хочу поцеловать тебя, можно?»

Де загер застыл, вокруг так много людей, а неподалеку стоит его мама, которая явно видела, что спросил Лу. Он не то что растерялся, он хотел провалиться сквозь землю. Неужели Лу готов к тому, что его первый поцелуй в жизни пройдет вот так? Неужели для него это так легко?

Мариус отчаянно замотал головой, чувствуя, как к щекам приливает кровь. Он не был готов к такому напору, к такой открытости. Все произошло слишком быстро, слишком неожиданно. Он мечтал об этом моменте, но представлял его совсем иначе – в тишине, в уединении, где никто не сможет их увидеть и осудить.

«Ты знаешь, как это страшно и волнительно для меня. И если ты сейчас передумаешь и решишь, что тебе нужен кто-то посмелее, то я пойму. Здесь много людей, тут моя мама, почему... Почему для тебя это так просто?». Мариус поделился своими чувствами на эмоциях.

Лу внимательно выслушал поток сбивчивых объяснений Мариуса. Он понял, что за его внезапным отказом стоит не отвращение, а страх и неуверенность. Он нежно сжал его руки, стараясь успокоить. «Мариус, для меня это не просто, поверь. Я тоже волнуюсь, очень. Но я не хочу ничего скрывать, я хочу быть с тобой открытым и честным. И если ты не готов к поцелую сейчас, это абсолютно нормально. Мы можем подождать столько, сколько потребуется».

Он оглянулся на маму Мариуса, которая наблюдала за ними с теплой улыбкой. «Твоя мама видит, что мы любим друг друга. И это главное. А поцелуй... он может подождать. Главное, чтобы ты чувствовал себя комфортно». Лу поднес его руку к своим губам и нежно поцеловал кончики его пальцев. «Я просто хотел показать тебе, как ты важен для меня. Я не хотел пугать тебя, давить или чтобы ты себя чувствовал как-то некомфортно. Я просто так рад, что мы теперь вместе».

«Я просто... Я боюсь, Лу». Сказал он и расплакался, утыкаясь носом в его плечо. Лу крепче обнял Мариуса, позволяя ему выплакаться. Он понимал его страхи, его неуверенность. Он знал, что Мариус пережил много боли и унижений, и ему нужно время, чтобы поверить в то, что он достоин любви и счастья. Гуссенс сам каждый раз краснел, думая о поцелуе. Блондин решил, что если тоже поделиться своими переживаниями, то тому будет не так страшно и тревожно.

«Я тоже боюсь, Мариус». Начал парень. «Я тоже никогда раньше не целовался. И для меня это тоже очень волнительно. Я боюсь сделать что-то не так, боюсь тебя оттолкнуть. Но я люблю тебя так сильно, что готов рискнуть всем. Готов ждать столько, сколько потребуется, лишь бы быть с тобой. Мне это вовсе не трудно, главное, что ты рядом».

Мариус поднял голову, посмотрев на Лу сквозь слезы. В его глазах отражалась благодарность и удивление. Он не ожидал, что Лу тоже испытывает страх, что он так же неуверен в себе. Это открытие немного успокоило его, помогло почувствовать себя менее одиноким в своих переживаниях. Он вытер слезы и слабо улыбнулся.

«Спасибо, Лу. Спасибо за твою честность и за твое терпение. Я... я хочу попробовать. Но не сейчас. Дай мне немного времени, чтобы собраться с мыслями и перестать бояться».

Лу нежно коснулся его щеки. «Конечно, Мариус. Я буду рядом. И я буду ждать тебя столько, сколько потребуется. Я сам очень стесняюсь целоваться». Он обнял его еще раз, крепко и нежно, даря ему свою любовь и поддержку. Он знал, что впереди их ждет много трудностей и испытаний. Но он также знал, что вместе они смогут преодолеть все.