Не просто красный и золотой

Тишина в прихожей была густой и звенящей. Шепот сотен студентов доносился из-за огромных дверей в Большой зал. Профессор МакГонагалл кратко и чётко объяснила суть Распределения. У Рона подкосились колени. Гермиона беззвучно шевелила губами, повторяя заклинания. Гарри нервно ёрзал.

Эмма стояла неподвижно. Её пальцы лежали на голове Марса, который, казалось, впитывал всю нервную энергию вокруг, превращая её в своё спокойное, глубокое мурлыканье. Её ум анализировал: «Шляпа. Оживлённый артефакт. Вероятно, сканирует мысли, ценности, возможно, даже потенциал. Подход должен быть структурированным».

Двери распахнулись. Их повели внутрь.

Большой зал захватил дух даже у неё. Плавающие свечи, звёздное небо вместо потолка, длинные столы, за которыми сидели студенты четырёх факультетов. В конце зала - стол преподавателей. И на табурете перед всем этим - старая, потрёпанная, залатанная Шляпа.

Она запела. Эмма слушала каждое слово, разбирая смысл. «Слизерин - амбиции, хитрость... Когтевран - мудрость, учёность... Пуффендуй - верность, труд... Гриффиндор - отвага, благородство...» Её внутренний голос тут же начал сортировку. Амбиции? Безусловно. Но не любой ценой. Мудрость? Да, это её основа. Отвага? Не та, что бросается на рожон, а сила духа делать правильный выбор. Благородство? Скорее, чувство справедливости, основанное на логике.

Распределение началось. «Бут, Тери» стала Когтевраном. «Грейнджер, Гермиона» едва коснулась шляпы, как та выкрикнула: «ГРИФФИНДОР!» Эмма заметила, как у стола в красно-золотых одеждах кто-то энергично зааплодировал - две знакомые рыжие головы. Гермиона, сияя, побежала к своему столу.

Наконец...«Поттер, Гарри!»

Шёпот прокатился по залу. «Поттер, он сказал?» «Гарри Поттер!» Гарри побледнел, но пошёл вперёд. Шляпа накрыла его. Пауза длилась мучительно долго. Минута. Две. Потом край шляпы дёрнулся, и она прокричала: «ГРИФФИНДОР!»

Гриффиндорский стол взорвался овациями. Близнецы Уизли вскочили, крича громче всех: «У нас есть Поттер! У нас есть Поттер!» Гарри, смущённый и счастливый, плюхнулся рядом с Роном, который облегчённо вздохнул.

Профессор МакГонагалл посмотрела на пергамент.«Поттер, Эмма!»

Шёпот стал громче. Все головы повернулись. Легенда была не одна. Эмма ощутила на себе сотни взглядов. Она не опустила глаз. Спокойно, с прямой спиной, она подошла к табурету. Марс прыгнул с её плеча и уселся у её ног, как верный страж. Она надела Шляпу. Мир погрузился в полумрак, запах старой кожи и пыли заполнил обоняние.

«О-о-о, - прозвучал тихий, проницательный голос прямо у неё в голове. - Интересно. Очень интересно. Ум острый, как бритва. Целеустремлённость... да, есть. Глубокая, тихая сила. Не та, что кричит о себе, а та, что формирует мир вокруг. И любопытство... ненасытное, системное. Когтевран приветствовал бы тебя с распростёртыми объятиями».

Мудрость - инструмент, а не самоцель, - подумала Эмма, обращаясь к Шляпе мысленно, как к собеседнику. Мне интересны не просто знания, а их применение. Изменение. Защита того, что логично и правильно.

«Правильно? По чьим меркам? - поинтересовалась Шляпа. - Амбиции Слизерина могли бы дать тебе силу менять мир по своим правилам».

Сила без внутреннего морального компаса - это хаос. Неэффективно в долгосрочной перспективе, - холодно парировала Эмма. А благородство Гриффиндора часто иррационально. Основано на эмоциях.

«А твоя логика никогда не подсказывает тебе встать на защиту слабого? Или бросить вызов несправедливости, даже если это нелогично?» - спросила Шляпа.

В памяти Эммы всплыли годы под лестницей. Холодные взгляды Дурслей. Её тихая, но несгибаемая защита Гарри. Её готовность принять вызов, брошенный самим миром, когда Хагрид вломился в их жизнь. И... рыжий мальчик, поцеловавший ей руку с такой искренней, живой теплотой, что это нарушило все её расчёты.

Иногда правильное действие кажется иррациональным со стороны, - признала она мысленно. Но в его основе лежит внутренняя необходимость. Это не слепая отвага. Это... выбранная ответственность.

«Выбранная ответственность, - задумчиво повторила Шляпа. - Хм. Редкая формулировка. Не просто храбрость сердца, а мужество ума. Сила духа, чтобы следовать своей правде. Да... куда же тебе... Лучше бы...»

Шляпа замолчала. Пауза затягивалась. Зал замер. Даже братья Уизли перестали болтать. Фред не сводил глаз с неподвижной фигуры под огромной шляпой, его лицо было необычно серьёзным.

«Трудностей не боишься? Вызов принимаешь? Готовость стоять за своих, даже если это нелогично? - настойчиво спросил внутренний голос. - Тогда не КОГТЕВРАН!»

Голос Шляпы прозвучал на весь зал, громко и чётко:«ГРИФФИНДОР!»

Гриффиндорский стол взревел с удвоенной силой. На этот раз аплодисменты были оглушительными. Джордж свистел в два пальца. А Фред... Фред смотрел прямо на неё, и его улыбка была не озорной, а широкой, искренней и полной какого-то личного торжества. Он что-то крикнул, но слова потонули в общем гуле.

Эмма сняла Шляпу, аккуратно положила её на табурет и подняла Марса. Она не улыбалась во весь рот, как Гарри. На её лице была лёгкая, едва уловимая улыбка удовлетворения - того, кто получил ожидаемый, но от этого не менее ценный результат. Она направилась к столу Гриффиндора.

Её путь лежала мимо стола Когтеврана. Профессор Флитвик выглядел немного разочарованным, но кивнул с уважением. За Слизеринским столом некоторые студенты смотрели на неё с холодным любопытством.

Она села рядом с Гарри, напротив Гермионы. Рон смотрел на неё с благоговением.- Долго она с тобой разговаривала! Что она тебе говорила?- Мы обсуждали философию распределения, - сухо ответила Эмма, поправляя очки.- Конечно, обсуждали, - фыркнула Гермиона, но в её взгляде тоже было уважение.

С противоположной стороны стола кто-то пододвинул ей блюдо с жареной картошкой.- Для леди и её благородного зверя, - сказал Фред Уизли, его глаза весело блестели. - Добро пожаловать домой, Эмма Поттер.

Эмма взяла блюдо, встретившись с ним взглядом.- Спасибо, Фред. Похоже, ваше предсказание о нескучной дружбе начинает сбываться.

Она положила крошечный кусочек котлеты на лапу Марсу. Котёнок с голубыми глазами мурлыкал, обозревая свой новый дом - шумный, тёплый, полный жизни и красных с золотом цветов. Эмма Поттер, с палочкой из тёмного дуба и умом, острым как лезвие, теперь официально была гриффиндоркой. И что бы это ни значило, она была готова к этому. К замку, к магии, к опасностям и, возможно, даже к чему-то более тёплому и хаотичному, чем она могла представить - к дружбе с рыжими близнецами, один из которых смотрел на неё так, будто она была самой увлекательной загадкой, которую ему когда-либо доводилось встречать.