Mr. & Mrs. Verstappen

Монако замерло в ожидании. Это была не просто свадьба чемпиона, это был финал грандиозного скандала, за которым следил весь мир. Улицы Монте-Карло были перекрыты, а на рейде стояли сотни яхт, украшенных белыми цветами.Лиора стояла перед зеркалом в отеле Hermitage. На ней было платье от Elie Saab — облако тончайшего кружева с длинным шлейфом. Она смотрела на свое отражение и не верила: год назад она была лишь «кризис-менеджером», которую Макс готов был вышвырнуть из боксов. Теперь она была женщиной, ради которой он рискнул всем.— Ты выглядишь слишком спокойно для невесты Ферстаппена, — в комнату вошла Пенелопа, дочь Келли. Несмотря на разрыв Макса с её матерью, Лиора сумела сохранить с девочкой теплые отношения. Пенелопа была в восторге от «новой подруги Макса», которая не заставляла её позировать для камер.— Я просто знаю, что за этой дверью меня ждет человек, который никогда больше не наденет маску, — улыбнулась Лиора.Церемония проходила в садах Дворца Гримальди. Когда Лиора пошла к алтарю, воцарилась тишина. Макс стоял там, в классическом темно-синем костюме, и его руки заметно дрожали — зрелище, которое не удавалось запечатлеть ни одному телеобъективу во время гонок.Когда священник спросил о согласии, Макс ответил «Да» так громко, что чайки вспорхнули с набережной. Он не ждал команды «горько». Он притянул Лиору к себе, сминая фату, и поцеловал её с той же страстью, с какой когда-то прижимал к стене в каюте яхты.__________🪽Вечерний прием на вилле был закрыт для прессы. Но один гость всё же заставил всех замолчать. В дверях появилась Келли Пике. На ней было черное платье, а взгляд был холодным. Музыка стихла. Макс инстинктивно сделал шаг вперед, закрывая собой Лиору.— Я пришла не для скандала, Макс, — тихо произнесла Келли. Она подошла к паре и протянула Лиоре небольшую коробочку. — Здесь ключи от твоего нового офиса в Бразилии. Мой отец решил, что твой талант стратега не должен пропадать. Это... мой подарок. И признание поражения. Ты оказалась сильнее имиджа.Лиора приняла подарок, и на мгновение две женщины встретились взглядами. В глазах Келли больше не было яда — только усталость человека, который устал играть роль.Когда Келли ушла, Макс обнял Лиору со спины.— Теперь мы точно свободны? — прошептала она.— Почти, — ухмыльнулся он, кивая в сторону Йоса Ферстаппена, который о чем-то оживленно спорил с Кристианом Хорнером у бара. — Отец уже планирует карьеру нашего будущего сына в картинге.Лиора засмеялась и прислонилась головой к его плечу. Над Монако расцветал салют. Это был первый раз, когда Макс Ферстаппен праздновал победу не на подиуме, а в объятиях женщины, которая научила его быть собой.