L and M

Атмосфера в главном штабе Red Bull Racing в Милтон-Кинс была пропитана запахом свежесваренного кофе и жженой резины. Лиора Эверли поправила строгий пиджак и еще раз взглянула на свое отражение в стеклянной двери. Она была лучшим кризис-менеджером в индустрии, и именно ее наняли, чтобы «причесать» имидж самого дерзкого гонщика современности.Лиора знала о Максе Ферстаппене всё: его статистику, его привычки, его нелюбовь к глупым вопросам. Но она не была готова к тому холоду, который исходил от него лично.Когда она вошла в комнату для брифингов, Макс сидел, закинув ноги на стол, и листал что-то в телефоне. Рядом с ним сидела Келли Пике — воплощение элегантности и холодного расчета. Лиора знала: их отношения — это идеально выверенный бизнес-проект. «Семья, стабильность, преемственность поколений» — так гласили заголовки, которые Лиора сама должна была поддерживать.— Макс, это Лиора Эверли. Твой новый ведущий PR-стратег, — представил её Кристиан Хорнер.Ферстаппен медленно поднял взгляд. Его синие глаза полоснули по Лиоре, как скальпелем.— Еще одна нянька? — его голос был сухим и резким. — Кристиан, я же сказал, мне не нужен кто-то, кто будет диктовать, что мне говорить. Я гонщик, а не актер из мыльной оперы.— Вы гонщик, мистер Ферстаппен, который на последней пресс-конференции едва не довел журналиста до нервного срыва, — спокойно парировала Лиора, садясь напротив него. — Моя работа — сделать так, чтобы ваши спонсоры не аннулировали контракты из-за вашего... «характера».Макс усмехнулся, и в этой усмешке не было ни капли дружелюбия.— Моя работа — побеждать. Пока я первый, им плевать, что я говорю.— Ошибаетесь. В современном мире имидж важнее кубка, если вы хотите оставить наследие, — Лиора открыла папку. — И начнем мы с того, что на ближайшем Гран-при Бахрейна вы с Келли дадите эксклюзивное интервью о «домашнем уюте».Келли, до этого молчавшая, слегка выпрямилась. Она оценивающе посмотрела на Лиору. В этом взгляде не было ревности женщины к мужчине — это была ревность собственника к своему активу.— Мы обсудим это, Лиора, — мягко, но стальным тоном произнесла Келли. — Максу нужно время, чтобы привыкнуть к новым лицам. Особенно к тем, кто пытается командовать.— У меня нет времени «привыкать», — отрезал Макс, вставая. — Завтра тесты. Не смей появляться в боксах со своими советами, Эверли. Это моя территория.Он вышел, не дождавшись ответа. Келли последовала за ним, бросив на Лиору последний, предупреждающий взгляд.____________🪽Первая неделя в Бахрейне превратилась в ад. Макс игнорировал каждое письмо Лиоры, опаздывал на съемки и демонстративно отворачивался, когда она пыталась подойти к нему в паддоке.Ненависть между ними была почти осязаемой. Лиору раздражало его упрямство, его манера перебивать и то, как он смотрел на неё — как на досадное препятствие. Макса же бесила её непробиваемость. Она не плакала от его грубости, не заискивала, как другие. Она просто стояла со своим планшетом, прямая как стрела, и смотрела на него в ответ с нескрываемым презрением.— Ты снова не надел кепку спонсора, — сказала Лиора, перехватив его после тренировочных заездов.— Жарко, — бросил он, пытаясь пройти мимо.— Надень. Сейчас. Там камеры.Макс остановился так резко, что она чуть не врезалась в его грудь. Между ними было всего несколько сантиметров. Лиора почувствовала жар, исходящий от него после заезда, и запах адреналина.— А если не надем? — прошептал он, склонившись к её лицу. — Что ты сделаешь, Лиора? Напишешь жалобу Кристиану? Или поставишь меня в угол?— Я сделаю твою жизнь еще более невыносимой, чем ты мою, — ответила она, не отводя глаз. — Поверь, у меня богатая фантазия.Макс вдруг замолчал, всматриваясь в её глаза. На мгновение в его взгляде промелькнуло что-то, кроме злости. Удивление? Интерес? Но прежде чем он успел ответить, появилась Келли.— Макс, дорогой, нас ждут на ужине с инвесторами, — она по-хозяйски положила руку ему на плечо и холодно улыбнулась Лиоре. — Мисс Эверли, вы слишком задерживаете моего... партнера. Ему нужно отдыхать.— Разумеется, — сухо ответила Лиора. — Просто убедитесь, что ваш «партнер» помнит правила игры.Когда они ушли, Лиора заметила, что её пальцы дрожат. Это была ненависть. Чистая, концентрированная ненависть. Или что-то, что очень успешно ею притворялось.Вечером, сидя в своем номере, Лиора получила сообщение с незнакомого номера:«Кепка была дурацкая. Но я её надел. Только ради того, чтобы ты замолчала на пять минут».Она невольно улыбнулась, но тут же стерла улыбку с лица. Это была война, а в войне с Максом Ферстаппеном победителей не бывает._____________🪽Гран-при Бахрейна подходил к кульминации. Жара пустыни плавила асфальт, но в моторхоуме Red Bull было еще жарче. Лиора Эверли сидела за столом, окруженная графиками медиа-активности. Её план работал: упоминания Макса в позитивном ключе выросли на 40%, но цена этого успеха была высока.Макс ворвался в помещение, как ураган. Он только что завершил вторую сессию свободных заездов и был в ярости. Комбинезон расстегнут до талии, волосы растрепаны, на лице — отпечаток подшлемника и гнев.— Кто дал разрешение на съемку в моей личной раздевалке?! — рявкнул он, ударив кулаком по столу Лиоры. Стакан с водой подпрыгнул, расплескав капли на её документы.Лиора даже не вздрогнула. Она медленно подняла взгляд, зафиксировав его на разгневанном лице гонщика.— Это была часть сделки с Netflix, Макс. Нам нужно показать твою «человеческую» сторону. Людям интересно, как ты готовишься к старту.— Моя «человеческая сторона» — это не цирк для фанатов! — он наклонился к ней, сокращая расстояние до минимума. — Ты лезешь туда, куда тебе закрыт доступ. Я предупреждал тебя в Милтон-Кинс: не лезь в мою работу.— А я предупреждала тебя, что сделаю твою жизнь невыносимой, если ты не будешь сотрудничать, — спокойно ответила Лиора. — Ты ведешь себя как капризный ребенок, Макс. Весь мир ждет от тебя зрелости, а ты только и можешь, что рычать на тех, кто пытается тебе помочь.Макс замолчал. Его дыхание было тяжелым, и Лиора внезапно поймала себя на том, что смотрит на его ключицы и капли пота, бегущие по шее. В боксе внезапно стало слишком тесно. Ненависть между ними начала приобретать другой оттенок — искрящийся, электрический.В этот момент дверь распахнулась. Вошла Келли Пике. Она выглядела безупречно в своем белом платье, но её глаза сузились, когда она увидела, как близко Макс стоит к Лиоре.— Опять спорите? — Келли подошла к Максу и демонстративно вытерла его лоб салфеткой, бросив на Лиору победный взгляд. — Макс, дорогой, не трать нервы. Лиора просто выполняет свою мелкую работу. Пойдем, нам нужно сделать пару фото для спонсоров у входа.Макс резко отстранился от Келли. Его раздражение перекинулось и на неё.— Хватит меня вытирать, Келли. Я не фарфоровая кукла.— Я просто забочусь о твоем имидже, о котором так печется мисс Эверли, — ядовито ответила Келли. — Кстати, Лиора, я видела твой черновик интервью. Ты предлагаешь Максу рассказать о нашем «романтическом ужине» в Монако. Но нас там не было вместе, ты же знаешь.Лиора усмехнулась, вставая и собирая бумаги.— Именно поэтому это интервью называется «эксклюзивным вымыслом», Келли. Раз уж ваш союз — это бизнес-контракт, то и легенды должны быть качественными. А теперь извините, мне нужно подготовить пресс-релиз.Когда Лиора проходила мимо них, она намеренно задела плечом Макса. Она чувствовала на себе его взгляд — жгучий, тяжелый, обещающий расплату.Вечером того же дня Лиора задержалась в паддоке допоздна. Когда она шла к стоянке, её путь преградила темная фигура. Это был Макс. Он стоял, прислонившись к стене своего Aston Martin.— Ты сегодня перешла черту, — сказал он негромко. В темноте его голос звучал бархатисто и опасно.— Какую из них? У меня их много, — Лиора попыталась пройти мимо, но он преградил ей путь рукой.— Ты говоришь о моем контракте с Келли так, будто это что-то грязное. Ты ничего не знаешь о том, почему это было сделано.— Мне плевать на причины, Макс. Мне важно, что ты врешь миллионам. Ты строишь из себя честного парня, но живешь по сценарию.— А ты? — он сделал шаг вперед, заставляя её вжаться в дверцу машины. — Ты вся такая правильная, такая профессиональная... Но я видел, как ты смотрела на меня в боксах. Ты меня ненавидишь, верно?— Больше всего на свете, — выдохнула Лиора. Её сердце колотилось где-то в горле.— Врешь, — прошептал Макс. — Ты хочешь победить меня. Но ты не понимаешь, что в этой игре нет правил.Он не поцеловал её. Он просто стоял так близко, что она чувствовала его тепло, а затем резко отстранился, сел в машину и умчался в ночь, оставив её в облаке пыли и растерянности.Лиора поняла: Келли Пике была не единственной её проблемой. Самой большой проблемой был сам Макс, который начинал разрушать её профессиональную броню._____________🪽Гран-при Саудовской Аравии встретил команду удушающей жарой и ослепительными огнями ночной трассы. Для Лиоры эта неделя стала испытанием на прочность. Келли Пике, почувствовав угрозу своему положению, перешла в открытое наступление. Она саботировала тайминг интервью, «забывала» передавать Максу важные изменения в графике и при каждом удобном случае подчеркивала перед камерами свою близость с ним, собственнически кладя руку ему на шею.Макса это бесило. Лиору это ранило глубже, чем она готова была признать.После квалификации, где Макс взял поул, Лиора ждала его в узком коридоре моторхоума. Она была взвинчена: Келли только что в прямом эфире намекнула на скорую «помолвку», о которой не было ни слова в PR-стратегии.— Ты это слышал? — Лиора преградила ему путь, когда он, потный и тяжело дышащий после заезда, шел к себе. — Какая помолвка, Макс? Мы этого не согласовывали! Это разрушит весь график на вторую половину сезона!Макс остановился, его глаза сверкнули яростью. Он схватил её за локоть и втянул в свою личную комнату отдыха, с грохотом захлопнув дверь.— Ты думаешь, меня волнует твой график?! — прорычал он, наступая на неё. — Келли несет чушь, потому что она боится. И знаешь, чего она боится?Он прижал Лиору к стене. Пространство между ними исчезло. Лиора чувствовала запах его пота, раскаленного асфальта и тот специфический мужской аромат, который принадлежал только ему.— Она боится того, как я смотрю на тебя, Эверли. И она права. Потому что я не могу чертовски сосредоточиться на гонке, когда ты стоишь в боксах в этих своих обтягивающих юбках и смотришь на меня так, будто хочешь придушить.— Я ненавижу тебя, Макс, — выдохнула Лиора, хотя её предательское тело подалось вперед, ища контакта с его крепкой грудью. — Ты — всё, что я презираю в мужчинах. Самоуверенный, грубый...— Так придуши меня, — перебил он, его голос упал до хриплого шепота. — Или заткни.Он не стал ждать. Макс накрыл её губы своими — это не был нежный поцелуй, это было столкновение двух стихий. В нем был вкус агрессии, обладания и долго сдерживаемого желания. Лиора вскрикнула в его губы, но через секунду её руки уже запутались в его влажных от пота волосах, притягивая ближе.Его ладонь, грубая и горячая, скользнула под её пиджак, сминая тонкую ткань блузки. Лиора почувствовала, как его пальцы обжигают кожу на талии. Он приподнял её, заставляя обхватить его бедрами, и вжался в неё так сильно, что она почувствовала каждое очертание его возбужденного тела.— Макс... — про стонала она, когда его губы переместились на её шею, оставляя там багровый след. — Келли... она может войти...— Плевать на неё, — выдохнул он ей в кожу, его рука поднялась выше, сжимая её грудь через белье. Лиора выгнулась в его руках, теряя связь с реальностью. Это было неправильно, это было профессиональным самоубийством, но огонь, который он разжег, был сильнее здравого смысла.В этот момент в дверь настойчиво постучали.— Макс? Ты там? Нам пора на ужин с принцем, — голос Келли был полон подозрения.Они замерли. Лиора видела расширенные зрачки Макса, слышала его неровное дыхание. Он медленно опустил её на пол, но не отпустил, удерживая за талию.— Уходи, Келли! — крикнул он, не сводя глаз с Лиоры. — Я буду через десять минут.— Поторопись, дорогой, — донеслось из-за двери, и послышался стук каблуков.Лиора дрожащими руками поправила одежду. Её губы горели и опухли от поцелуев.— Это была ошибка, — прошептала она, пытаясь вернуть себе самообладание.— Это была единственная честная вещь между нами за всё время, — Макс сделал шаг назад, восстанавливая дистанцию, но в его взгляде больше не было ненависти. Там была одержимость. — И не надейся, что это был последний раз.Он вышел, оставив её одну в пустой комнате. Лиора подошла к зеркалу: её глаза сияли, а на шее красовался «привет» от чемпиона мира. Она поняла, что теперь Келли Пике — не просто помеха. Теперь они на тропе настоящей войны, где призом был Макс, а оружием — её собственное сердце.____________🪽Прошло три недели. Гран-при Монако был «домашней» гонкой, и напряжение достигло предела. Келли, заметившая перемены в Максе — его отстраненность и то, как он постоянно искал глазами Лиору — решила нанести удар.На роскошной вечеринке на яхте Red Bull Келли подстроила всё так, чтобы Лиора оказалась в неловком положении. Она «случайно» пролила красное вино на платье Лиоры прямо перед важной встречей со спонсорами.— Ой, какая я неуклюжая, — Келли улыбнулась своей самой фальшивой улыбкой. — Может, тебе стоит пойти переодеться, Лиора? Ох, подожди, у тебя же нет запасного наряда на этой яхте. Ты здесь всего лишь персонал, я забыла.Лиора стояла с огромным пятном на груди, чувствуя, как взгляды гостей сверлят её. Но прежде чем она успела ответить, за её спиной раздался тяжелый шаг.— Ей не нужно переодеваться, — Макс подошел к ним, игнорируя Келли. Он снял свой дорогой пиджак и набросил его на плечи Лиоры, скрывая пятно. Его рука на мгновение задержалась на её плече, нежно сжав его. — Лиора выглядит лучше всех здесь, даже в испорченном платье.Лицо Келли побледнело. Она увидела, как Макс смотрит на Лиору — с защитой, с собственничеством, которого никогда не было по отношению к ней.— Макс, ты забываешься, — прошипела Келли, подойдя ближе. — Ты помнишь, что написано в контракте? Ты не можешь устраивать сцены с персоналом.Макс наклонился к Келли, его голос был холодным, как лед в его напитке.— Контракт касается моего имиджа, Келли. А мой имидж сейчас — это человек, которому надоела твоя ревность. Оставь её в покое. Если я увижу еще одну такую «случайность», я лично разорву нашу сделку завтра же. Плевать на неустойку.Он взял Лиору за руку и повел её прочь, через толпу, на верхнюю палубу, где не было камер и любопытных глаз.Как только они оказались в тени, он прижал её к борту яхты. Луна отражалась в воде, но Лиора видела только блеск его глаз.— Ты зачем это сделал? — прошептала она. — Теперь она уничтожит тебя в прессе.— Пусть пробует, — Макс притянул её к себе за талию, чувствуя, как она дрожит под его пиджаком. — Я не могу больше играть в эти игры, Лиора. Когда она трогает тебя... когда она пытается тебя унизить... я хочу разнести этот чертов паддок.Он снова поцеловал её, на этот раз медленно, глубоко, пробуя её на вкус. Его язык коснулся её, вызывая волну жара, которая заставила Лиору забыть о пролитом вине и о Келли. Он прижал её бедра к своим, и Лиора почувствовала его твердость.— Макс, мы на яхте... — выдохнула она, когда его рука скользнула по её бедру, задирая подол платья.— Здесь есть пустые каюты, — его голос был полон первобытного желания. — И мне плевать, кто нас увидит. Я хочу тебя. Прямо сейчас.___________🪽Монако дышало роскошью и солью. Внизу, на главной палубе, гремела музыка и звенели бокалы, но здесь, в узком коридоре нижнего яруса яхты, царила тяжелая, наэлектризованная тишина. Макс вел Лиору за руку, почти тащил, его пальцы крепко сжимали её запястье. Он толкнул дверь одной из гостевых кают и запер её на защелку прежде, чем Лиора успела осознать, что происходит.— Ты с ума сошел, Макс, — выдохнула она, когда он развернул её к себе. — Келли ищет тебя. Весь совет директоров там, наверху.— Пусть ищут, — отрезал он. В полумраке каюты его глаза казались почти черными. — Я сыт по горло этой ложью. Весь вечер я смотрел, как она издевается над тобой, и единственное, о чем я мог думать — это как сорвать с тебя это чертово платье.Он шагнул в её личное пространство, заставляя Лиору отступить, пока её спина не коснулась холодной лакированной панели стены. Пиджак Макса, всё еще наброшенный на её плечи, соскользнул на пол. Макс прижал её ладони к стене над её головой, переплетая свои пальцы с её.— Ты всё еще ненавидишь меня, Лиора? — прошептал он, опаляя её губы своим дыханием. Его колено настойчиво протиснулось между её бедер, заставляя её охнуть.— Каждую секунду, — ответила она, хотя её голос сорвался. — Я ненавижу то, как ты на меня смотришь. Ненавижу то, что ты делаешь с моим самообладанием.— Хорошо, — Макс усмехнулся и резко впился в её губы.Это было похоже на взрыв. Лиора ответила с яростью, которая копилась в ней неделями. Она кусала его губы, тянула за волосы, отдаваясь той животной страсти, которую они оба так долго маскировали под профессиональное соперничество. Его руки освободили её запястья и скользнули вниз, по изгибам тела, сминая шелк платья.Он подхватил её под бедра, и Лиора инстинктивно обхватила его талию ногами. Макс донес её до широкой кровати, повалив на мягкое покрывало и не разрывая поцелуя. Его ладонь нашла молнию на её спине. Короткий звук — и платье стало бесполезным лоскутом ткани.Когда его кожа коснулась её, Лиора почувствовала, как по телу прошла электрическая судорога. Макс медленно спускался поцелуями от её шеи к ложбинке между грудей, оставляя горячие следы. Его пальцы дразнили её, лаская самые чувствительные зоны, пока Лиора не начала выгибаться под ним, умоляя о большем.— Скажи это, — прохрипел он, приподнявшись на локтях и глядя ей прямо в глаза. — Скажи, что ты хочешь меня, а не просто ненавидишь.— Я хочу тебя, Макс. Чертовски хочу, — выдохнула она.Их близость была отчаянной и громкой. В каждом движении Макса чувствовалось собственничество — он словно заново присваивал её себе, стирая границы контрактов, имиджа и здравого смысла. Лиора плавилась под его напором, забывая о том, что за дверью находится мир, готовый разрушить их обоих.___________🪽Через час Лиора сидела на краю кровати, пытаясь привести себя в порядок. Её губы были опухшими, а на ключицах алели отметины, которые не скроет ни один тональный крем. Макс стоял у иллюминатора, застегивая рубашку.— Мы не сможем это долго скрывать, — сказала она тихо.— Я и не собираюсь, — Макс обернулся. В его взгляде больше не было холода. — Как только закончится сезон, я объявлю о разрыве с Келли.— Она не отдаст тебя так просто, Макс. Для неё ты — трофей.Как в подтверждение её слов, из коридора послышался приглушенный звук. Словно кто-то быстро удалился от двери.Лиора замерла. Макс мгновенно оказался у двери, рывком открыл её, но коридор был пуст. Только на ковровой дорожке лежал маленький золотой браслет — тот самый, который Лиора видела на руке Келли всего пару часов назад.— Она была здесь, — голос Лиоры дрогнул.Макс поднял браслет и сжал его в кулаке так сильно, что костяшки побелели.— Пусть. Теперь она знает, что проиграла._____________🪽На следующее утро в паддоке царило ледяное спокойствие. Келли вела себя подчеркнуто вежливо, что пугало Лиору больше, чем открытые истерики.Когда Лиора зашла в свой офис, она нашла на столе конверт. Внутри были распечатанные снимки: Макс и Лиора, выходящие из той самой каюты с разницей в три минуты. На лице Лиоры были отчетливо видны следы бурной ночи.Следом вошла Келли. Она закрыла дверь и села в кресло, закинув ногу на ногу.— Ты думала, что самая умная, Лиора? — её голос был ядовито-сладким. — Думала, сможешь залезть в постель к моему «мужу» и остаться безнаказанной?— Он не твой муж, Келли. И ты это знаешь лучше всех, — Лиора старалась, чтобы её голос не дрожал. — Это просто бизнес.— Бизнес, который стоит миллионы! — Келли вскочила. — Если эти фото попадут в сеть, твоя карьера закончена. Ты — «грязный PR-менеджер, соблазнивший клиента». А Макс... Макс потеряет доверие крупных инвесторов, которые ценят «семейные ценности».— Чего ты хочешь? — прямо спросила Лиора.— Сегодня вечером будет официальный ужин с семьей Макса и моими родителями. Ты придешь туда как ассистент. И ты будешь смотреть, как я целую его. Ты будешь молчать и улыбаться. А завтра ты подашь заявление об увольнении по собственному желанию и исчезнешь из Европы. Иначе эти фото увидит весь мир.Лиора смотрела на нее и понимала: Келли не шутит. Она готова была уничтожить карьеру Макса ради собственной мести.Вечером, в одном из самых дорогих ресторанов Монако, Лиора стояла в углу зала, сжимая в руках блокнот. Она видела, как Келли прижимается к Максу, как она шепчет ему что-то на ухо, бросая торжествующие взгляды на Лиору.Макс выглядел так, будто готов убить каждого в этой комнате. Он знал о шантаже — Лиора успела отправить ему короткое сообщение. Его челюсть была плотно сжата, когда Келли в очередной раз коснулась его руки для камер.Когда официальная часть закончилась и гости разошлись по террасе, Макс нашел предлог, чтобы отойти. Он зажал Лиору в узком проходе между залами.— Она угрожает тебе, — это был не вопрос.— У неё фото, Макс. Она уничтожит твою репутацию.— Плевать на репутацию, — он схватил её за плечи. — Лиора, посмотри на меня. Ты никуда не уволишься.— Я не могу позволить тебе потерять всё из-за меня! — в её глазах стояли слезы. — Она права, я — всего лишь наемный персонал...— Ты — моя, — отрезал он, и в этом слове было больше страсти, чем во всех поцелуях. — Я сам разберусь с ней. Но ты должна мне доверять.В этот момент к ним подошел Йосс Ферстаппен, отец Макса. Его взгляд был тяжелым и проницательным.— Макс, — произнес он своим низким, властным голосом. — Нам нужно поговорить о твоем поведении. Келли рассказала мне кое-что интересное...___________🪽Йос Ферстаппен стоял перед сыном, скрестив руки на груди. Его авторитет в семье был непререкаем, и он всегда ставил карьеру Макса выше личных чувств.— Ты с ума сошел? — голос Йоса был тихим, но вибрировал от ярости. — Эта девчонка — наемный работник. Келли — это бренд, это связи, это покой в прессе. Ты хочешь всё разрушить из-за интрижки в каюте?— Это не интрижка, отец, — Макс стоял прямо, не отводя глаз. — Лиора — единственная, кто говорит мне правду, когда вы все поете мне дифирамбы ради денег.— Если она не исчезнет до утра, я сам позабочусь о том, чтобы её больше не наняли даже в картинг-клуб, — отрезал Йос и вышел.Лиора, стоявшая за колонной, слышала каждое слово. Сердце обливалось кровью. Она понимала: остаться — значит подставить Макса под удар семьи и команды. Она вернулась в отель и начала собирать чемодан, глотая слезы._____________🪽Утром Макс обнаружил пустой рабочий стол Лиоры. Входящее сообщение на телефоне гласило: «Так будет лучше для твоей карьеры. Прощай, Макс».Он не стал звонить. Он пошел прямо к Кристиану Хорнеру.— Либо вы возвращаете её, либо я не сажусь в болид в Баку, — заявил он.— Макс, это шантаж! — воскликнул Хорнер.— Нет, это условия труда. Мне нужен мой стратег.Лиору перехватили в аэропорту Ниццы сотрудники безопасности Red Bull. Её буквально привезли на частный джет, летящий в Азербайджан. Когда она вошла в салон, там сидел только Макс.— Ты думала, я так просто тебя отпущу? — он подошел к ней, его взгляд был диким.— Макс, твоя семья, Келли... они уничтожат нас.— Пусть попробуют, — он прижал её к кожаному сиденью самолета, накрывая её губы властным поцелуем. — На высоте десяти тысяч метров нет ни камер, ни контрактов. Только ты и я.____________🪽В Баку Макс снял для них отдельный номер в обход брони команды. Вечер перед гонкой был пропитан предвкушением опасности. Лиора пыталась сопротивляться, но страсть Макса была сносящей.В ту ночь в номере с видом на Девичью башню они забыли о Формуле-1. Макс был непривычно нежен, исследуя каждый сантиметр её тела, словно боялся, что она снова исчезнет.— Ты пахнешь ванилью и дождем, — шептал он, целуя её ключицы. — Я никогда не чувствовал ничего подобного к Келли. Там была пустота. С тобой я чувствую, что живу.____________🪽Келли Пике не собиралась сдаваться. Она узнала о тайном номере и наняла папарацци. Когда Макс и Лиора выходили из отеля, их ослепили вспышки камер.Утром заголовки кричали: «Ферстаппен изменяет матери своей падчерицы!». Акции спонсоров дрогнули. Келли разыграла роль жертвы, дав слезливое интервью о «разбитом сердце». Лиору завалили угрозами в соцсетях. Хорнер был в бешенстве: команда требовала немедленного увольнения Лиоры.____________🪽На Гран-при Великобритании напряжение достигло пика. В паддоке Келли демонстративно обнимала Шарля Леклера, пытаясь вызвать ревность Макса, но тот лишь смеялся ей в лицо. Однако, когда Лиору вызвали «на ковер» к руководству, Макс потерял контроль.Во время гонки, думая о том, что Лиору прямо сейчас увольняют, он совершил ошибку. Болид на огромной скорости вылетел в барьер. Сердце Лиоры остановилось, когда она увидела клубы дыма на мониторе. Она бросилась в медицинский центр, расталкивая охрану.___________🪽Макс лежал на кушетке, отделавшись синяками и легким сотрясением. Когда Лиора ворвалась в палату, там уже была Келли с фотографом.— Уйди отсюда! — закричала Келли на Лиору. — Ты чуть не убила его своей драмой!— Вон, — тихо сказал Макс.— Слышала? Уходи! — торжествовала Келли.— Я сказал — вон ТЫ, Келли, — Макс сел, морщась от боли. — И забери свою камеру. Наш контракт расторгнут. Я плачу неустойку. Прямо сейчас.Келли вылетела из палаты, швырнув сумочку в стену. Макс протянул руку Лиоре.— Подойди ко мне. Мне плевать на гонки, если тебя нет рядом в боксах.____________🪽В Бельгии, на любимой трассе Макса, пошел ливень. Команда официально объявила о расставании Макса и Келли. Фанаты разделились на два лагеря. Лиора предложила Максу план по спасению репутации, но он перебил её.— Хватит планов, Лиора. Я хочу, чтобы ты была моей девушкой, а не моим менеджером.Они стояли под козырьком моторхоума, и вода стекала по их лицам.— Это погубит твою карьеру, Макс. Тебя назовут предателем.— Пусть называют как хотят. Главное, что я больше не буду врать самому себе._____________🪽Перед финалом сезона в Абу-Даби Келли нанесла последний удар. Она опубликовала личную переписку Лиоры, где та якобы обсуждала «план по соблазнению чемпиона ради денег». Это была фальшивка, искусный монтаж, но интернет поверил. Команда отстранила Лиору от работы в день финала.Макс был в ярости. Он заперся в своей комнате и отказался выходить на старт, пока Лиоре не позволят занять её место на командном мостике.____________🪽Абу-Даби. Финишная черта. Макс пересекает её первым, становясь чемпионом снова. Но вместо того, чтобы бежать к команде или отцу, он паркует болид прямо перед трибуной, где стоит Лиора.Он снимает шлем, его лицо сияет. Под прицелом сотен камер он подходит к ней, берет её лицо в свои ладони и целует так, что у всего мира перехватывает дыхание.— Это для тебя, — шепчет он в микрофон, который поднесли журналисты. — Лиора Эверли — единственная женщина, которую я люблю. А всё остальное... было просто имиджем.Келли Пике наблюдала за этим с вип-ложи, понимая, что её время истекло. Лиора плакала от счастья, чувствуя на своих губах вкус победы и настоящей, неприкрытой любви Макса Ферстаппена.