Глава 44. Финальный акт

Прошло две недели. Две долгих, тягучих недели, за которые ничего не изменилось. Рея так и не нашли — он словно растворился в воздухе, исчез, не оставив следов. Никто не знал его настоящей фамилии, адреса, места работы. Он просто был парнем Сары, и этого оказалось достаточно, чтобы войти в их жизнь и так же бесследно исчезнуть.

Картер за эти две недели связался с Мэри всего пару раз. Он пытался анализировать всё, что произошло, и его выводы пугали. В их последний разговор он сказал то, от чего у Мэри побежали мурашки:

— Я думаю, убийц может быть двое, — сказал он тогда, глядя куда-то в сторону. — Слишком много нестыковок. Посмотри на факты. Кто-то напал на актёров из «Игры теней» — это была месть за Лору Стил. Но кто напал на тебя в переулке? Кто подставил Алекса? Кто взломал твой аккаунт? Кто ранил Сару и Макса? Это уже не месть актёрам. Это личное. Кто-то охотится лично на тебя и твоих близких.

— Ты хочешь сказать, что Кукловод — это не один человек? — не поверила Мэри.

— Я хочу сказать, что, возможно, мы имеем дело с двумя разными преступниками, — ответил Картер. — Первый — тот, кто убивал актёров, мстил за Лору. А второй — тот, кто сейчас рядом с тобой. Кто знает тебя лично. Кто хочет разрушить твою жизнь. И, возможно, они действуют вместе. Или один воспользовался ситуацией и начал свою игру.

Мэри тогда не хотела верить. Но теперь она понимала — Картер мог быть прав.

На работу её так и не вернули. Майкл оказался непреклонен. Она пыталась объяснить, что её взломали, что тот пост писала не она, но босс даже слушать не хотел. Лео ходил к нему, уговаривал, доказывал, что Мэри ни в чём не виновата. Майкл выгнал его, пригрозив увольнением: «Мне плевать, кто писал! — орал он. — Это было с её аккаунта! Репутация канала пострадала! Пусть ищет другую работу!»

Мэри осталась одна. Без работы, без уверенности в завтрашнем дне, с клубком неоткрытых загадок в голове.

И вот сегодня, в хмурый, пасмурный день, ей позвонили из больницы. Сара пришла в себя окончательно, ей лучше, и её можно навестить. Мэри собралась за пять минут и помчалась на метро. Всю дорогу сердце колотилось где-то в горле. Как она? Что помнит? Узнала ли нападавшего?

***Больница встретила её запахом лекарств и тишиной. Медсестра проводила до палаты, открыла дверь и жестом пригласила войти.Сара лежала на койке у окна. Бледная, с тёмными кругами под глазами, но живая. На шее — толстая повязка, рука в капельнице. Увидев Мэри, она слабо, но искренне улыбнулась.

— Солнышко! — прошептала она, протягивая здоровую руку.

Мэри подбежала, села на край кровати и осторожно обняла её, боясь причинить боль.

— Сара... Как ты? Я так переживала!

— Как видишь, жива, — слабо улыбнулась Сара. — Иду на поправку. Врачи говорят, ещё неделька — и выпишут.

— Я каждый день звонила, спрашивала о тебе. Думала, с ума сойду!

— Знаю, мне передавали. Спасибо, что не забывала.

Мэри взяла её за руку и посмотрела в глаза.

— Сара, ты помнишь, кто это сделал? Кто на тебя напал?

Лицо Сары исказилось гримасой боли — не физической, а душевной. Она покачала головой.

— Нет... Не помню. Всё как в тумане. Я была дома, лежала в кровати, читала книгу. Вдруг кто-то позвонил в дверь. Я подошла, посмотрела в глазок — никого. Странно, думаю, может, показалось. Уже хотела вернуться в комнату, как вдруг звонок повторился. Я снова глянула — опять пусто. А потом... — она замолчала, по лицу пробежала тень страха. — Потом я почему-то решила открыть. Сама не знаю зачем. Просто рука сама потянулась к замку. Открыла дверь, выглянула в коридор... И всё. Темнота. Очнулась уже здесь.

— Ты не видела лица? Совсем ничего?

— Ничего. Извини... — Сара виновато опустила глаза. — Я подвела тебя.

— Ты не подвела! — Мэри сжала её руку. — Вообще молчи! Главное, что ты жива. А остальное... разберёмся.

Сара посмотрела на неё внимательно.

— А что с Максом? Ты говорила, его тоже ранили...

Мэри вздохнула.

— Да. Его нашли в заброшенном театре. Тоже ножевые, в живот. Две недели в реанимации, но сейчас уже лучше. Говорят, тоже идёт на поправку.

— Кто? — тихо спросила Сара. — Кто это делает? За что?

Мэри замялась, но решила сказать правду.

— Картер думает, что это мог быть... Рей.

Сара отдёрнула руку. Её лицо побледнело ещё больше.

— Рей? Мой Рей? Ты с ума сошла?

— Я не говорю, что это точно он. Но Картер нашёл какие-то нестыковки. Он исчез сразу после нападения на тебя. Никто не знает, где он.

— Этого не может быть! — в глазах Сары блеснули слёзы. — Он любил меня! Он такой добрый, заботливый... Он рисовал мой портрет, говорил, что я его муза... Это не он! Не может быть!

Мэри снова взяла её за руку.

— Я понимаю, тебе трудно в это поверить. Но послушай. Вспомни: когда мы встретились в кафе, ты рассказывала ему про убийства. Ты говорила при нём про Кукловода. А потом случился пожар в театре. Кто знал, что я там буду? Только ты и Лео. Ты могла сказать Рею.

— Я... могла, — прошептала Сара, и по её щеке покатилась слеза. — Но это же ничего не значит! Он просто интересовался моей жизнью!

— А где он был в тот день, когда на тебя напали?

Сара задумалась, пытаясь вспомнить.

— Он... он говорил, что у него встреча с заказчиком. Какой-то важный проект. Я не спрашивала подробности.

— Ты видела его после? Звонила ему?

— Я была без сознания неделю! — почти выкрикнула Сара. — А когда очнулась, первым делом схватила телефон. Написала ему, позвонила... Ничего. Сообщения не доставлены, звонки уходят в пустоту. В последний раз он был в сети за час до того, как на меня напали. И всё. Я думала, может, с ним тоже что-то случилось! Может, его тоже ранили!

Мэри покачала головой.

— Нет, Сара. Его не ранили. Он просто исчез. Собрал вещи и ушёл в никуда. Зачем нормальному человеку так делать, если он не виноват?

Сара закрыла глаза. По её щекам текли слёзы.

— Я не верю... Не могу поверить...

— Я знаю, — тихо сказала Мэри. — Но нам нужно найти его. Если он не виноват — он должен вернуться и объясниться. А если виноват... мы должны остановить его, пока он не убил снова.

Они помолчали. Сара вытерла слёзы здоровой рукой.

— Ты права. Я... я постараюсь вспомнить что-нибудь. Вдруг память вернётся.

— Если вспомнишь — сразу звони мне. Хорошо?

— Хорошо.

В палату зашла медсестра.

— Время вышло. Пациентке нужен отдых.Мэри встала, наклонилась и поцеловала Сару в лоб.

— Поправляйся. Я ещё приду. И не вини себя. Ты ни в чём не виновата.

Сара слабо улыбнулась.

— Спасибо, что пришла.

***Мэри вышла из больницы. На улице моросил мелкий дождь, небо было серым и низким. Она направилась к метро, но вдруг зазвонил телефон. Мама.

— Чёрт, — выдохнула Мэри. — Совсем забыла про неё.

Сара тогда говорила, что мама обижается, что она не звонит. Но столько всего случилось, что было не до звонков. Мэри тяжело вздохнула и взяла трубку.

— Да, мам?

— Мэри, дочка, ты совсем про меня забыла, — голос мамы звучал обиженно, но мягко. — Не звонишь, не пишешь. Я уж думала, может, не буду отвлекать, раз ты занята. Но решила спросить — как ты? Как дела?

— Прости, мам. Дела... сама понимаешь.

— Понимаю, — мама помолчала. — Но голос у тебя какой-то грустный. Точно всё хорошо?

— Да, мам, всё нормально.

Мама не поверила, Мэри чувствовала это даже через телефон.

— Мэри, я же тебя знаю. Когда ты говоришь «нормально», это значит, что всё плохо. Рассказывай, что случилось.

Мэри закусила губу. Не рассказывать же ей про убийства, про Сару, про Макса, про то, что её уволили.

— Правда, мам, всё в порядке. Просто устала очень. Работы много.

— А как там твой... детектив? — мамин голос стал хитрым. — Сара мне говорила, вы с ним... того?

Мэри чуть не споткнулась на ровном месте.

— Мам! Нет у меня никакого детектива! Сара вечно придумывает!

— Ну, мало ли, — не унималась мама. — Может, и правда что-то есть? Он хоть красивый?

— Мам, перестань! — Мэри чувствовала, как щёки заливает румянец. — Мы просто работали вместе. А сейчас... не работаем. Всё.

— Жаль, — вздохнула мама. — А то я уж размечталась о внуках. Ладно, дочка, если что — звони. Я всегда рядом. И береги себя.

— Спасибо, мам. Я позвоню. Обещаю.

— Ну давай, целую.

Она отключилась. Мэри убрала телефон и уже хотела зайти в метро, как вдруг пришло сообщение:

Макс: Встретимся в театре «Олимпия».

Мэри замерла. Сердце пропустило удар. Она быстро набрала ответ.

Мэри: Тебя выписали?

Макс: Да. Нужно поговорить. Там, где всё началось. Приходи одна. Это важно.

Мэри: Хорошо. Во сколько?

Макс: Через час.

Она убрала телефон в сумку и посмотрела на серое небо. «Олимпия». Заброшенный театр, где они с Максом когда-то мечтали о будущем. Где его нашли истекающего кровью. Где разыгралась очередная кровавая драма. Но что-то царапало. Если его выписали... почему так быстро? Две недели назад он был при смерти. И почему он зовёт её именно туда, а не в кафе или парк? Ловушка? Или правда что-то важное?

Мэри колебалась лишь секунду. Она должна была узнать правду. Кто бы ни был этот Кукловод — Рей, Макс или кто-то ещё — сегодня, возможно, финальная сцена.

Она развернулась и пошла не к метро, а к стоянке такси. Через час она будет в театре. И тогда всё закончится. Так или иначе.