Глава 1. Первый акт

Запах старой пыли, дешевого кофе и свежей краски летал в огромном павильоне киностудии «Бридж». Съёмочная группа канала «Лондонский взгляд» сворачивала оборудование после интервью с восходящей звездой кино, Эмили Роуз. Интервью прошло гладко, и команда была довольна.

Мэри Смит, журналистка и лицо программы, потянулась, снимая напряжение в шее. Она сняла микрофон с пиджака и, тяжело вздохнув, опустилась в скрипучее кресло.

— Неплохо поработали, — раздался голос рядом. К ней подошел Лео, оператор и её старый друг по работе. Он держал два бумажных стаканчика с парящим кофе.— Держи, кажется, тебе нужен отдых. Ты сегодня выжала из бедной Эмили не только её историю успеха, но и тайну её первого школьного поцелуя.

— Спасибо, Лео, — Мэри с благодарностью приняла стаканчик, чувствуя, как тепло разливается по ладоням. — Публика любит человеческие истории, Лео. Не только славу. Им нужно почувствовать связь. Без этого мы просто транслируем пресс-релизы.

— Связь, говоришь? — Лео прислонился к стене. — А ты не думала, что иногда эта «связь» превращается в выставление чужой боли напоказ? Особенно в нашем ремесле. Вот возьми эти последние новости...

— Не начинай, — вздохнула Мэри, но в её голосе не было злости, только усталость. — Мы освещаем факты. Если люди гибнут, особенно известные, общество имеет право знать. Это не любопытство, это... требование справедливости. Мы можем помочь, привлечь внимание, найти свидетелей.

— Или напугать до смерти половину города и дать второй половине нездоровое развлечение, — ответил Лео, но беззлобно. — Я просто говорю, Мэри, где грань? Между информированием и спектаклем? Ты же сама чувствуешь, как всё вокруг нагнетается. Как будто кто-то специально ставит этот кровавый сериал, а мы все — его бесплатные промоутеры.

Мэри хотела ответить, но в этот момент зазвонил телефон Лео. Он взглянул на экран и нахмурился.

—Босс. В такое время?

Он принял вызов. Мэри наблюдала, как его обычная легкая улыбка сползла с лица, сменившись напряженной скованностью. Он почти не говорил, только слушал, изредка вставляя короткие «понял» и «ясно». Его пальцы сжали стаканчик так, что крышка затрещала.

Наконец, он опустил телефон, и его взгляд встретился с взглядом Мэри. В его глазах она прочла то, чего боялась, но в глубине души ждала. Очередную порцию кошмара.

— Что случилось? — спросила Мэри, уже зная ответ по его лицу.

— Опять, — коротко бросил Лео, уже вскакивая и делая знак остальной команде. — Актера. Не такого звездного, но известного по сериалам. Луис Грин.

Мэри почувствовала, как по спине пробежал холодок. Это была уже третья жертва за два месяца. Все актеры. Все жестоко убиты.

— Где? — спросила она.

— Тёмный переулок за театром «Амбасcадор». Полиция уже на месте, но еще не всё оцепили. Поехали, пока толпу не согнали и свет не поставили. Убийца как всегда, оставил «визитку». Разбитая театральная маска.

Команда, еще минуту назад расслабленная, собиралась со скоростью. Камеры, микрофоны, осветительные приборы — всё было погружено в фургон меньше чем за пять минут.

***Место действия было похоже на декорацию к фильму ужасов. Узкий, грязный переулок, пахнущий чем-то металлическим, сладковатым — запахом крови. Его перекрывали с двух сторон полицейские машины с мигалками. В центре, под белым светом прожекторов, уже установленных полицейскими, лежало тело, накрытое простыней.

Мэри вышла из фургона, был холодный вечерний воздух. Лео уже устанавливал камеру на плечо. Кейт протягивала ей петличный микрофон.

— В эфир не выходим, снимаем для материала, — коротко напомнила Мэри команде и сделала глубокий вдох, переключаясь в рабочий режим. Она подошла как можно ближе к оцеплению, за которым суетились люди в белых комбинезонах.Лео дал знак. Красная лампочка на камере зажглась.

— Мы находимся в переулке Алмея, — начала Мэри, её голос, низкий и четкий, звучал неестественно громко в давящей тишине места преступления. — Всего час назад здесь было совершено очередное жестокое убийство. Жертва — тридцатидвухлетний Луис Грин, известный зрителям по ролям в популярных сериалах. Это уже третье нападение на представителей актерской профессии за последние два месяца. Полиция пока хранит молчание, но, по неподтвержденным данным, на месте преступления была обнаружена ещё одна театральная маска...

Она собиралась продолжить, но вдруг её поле зрения полностью перекрыла спина. Широкая, в белой хлопковой рубашке, натянутой на напряженные мышцы. Рубашка была заправлена в черные классические брюки. Мэри отступила на шаг и подняла глаза. Перед ней стоял мужчина. Высокий, на полголовы выше ее. Его карие глаза были тёмными и холодными. Во взгляде не было ни капли сочувствия или тепла — только лед и раздражение.

— Съемку прекратить, — сказал он. Его голос был ровным.

— Я журналистка, у меня есть право... — начала Мэри, чувствуя, как внутри всё закипает.

— Вы находитесь на месте закрытого полицейского расследования, — перебил он, не отводя холодного взгляда. — Ваше право заканчивается там, где начинается моё дело. Вы мешаете работе криминалистов. Никакого уважение к погибшему, вы устраиваете здесь шоу.

— Шоу? — Мэри вспыхнула. Она сделала шаг вперед, несмотря на разницу в росте. — Я информирую общественность! Пока вы, видимо, топчетесь на месте, раз это уже третье убийство! Люди имеют право знать, что в городе маньяк!

Ее голос привлек внимание. Молодой полицейский из команды детектива попытался оттеснить Лео, который продолжал снимать, уперев камеру на плече. Завязалась словесная перепалка: «Вы не имеете права!» — «Мы выполняем свою работу!» — «Ваша работа — спекулировать на трупах?».

Детектив не сводил глаз с Мэри. Уголок его рта дрогнул в чем-то, отдаленно напоминающем презрительную усмешку.

— Ваша «информированность» состоит в том, чтобы снимать крупным планом окровавленный асфальт? Чтобы потом вставить это в миленький сюжет с драматичной музыкой и поднять рейтинги? Это называется наживой. На горе других.

— А ваша работа называется бездействием! — выпалила она, ткнув пальцем в сторону тела. — Пока вы строите из себя великого сыщика, «Кукловод» готовит четвертую жертву! Вы даже не можете защитить людей!

В его глазах что-то мелькнуло — не гнев, а что-то острее. Профессиональная обида.

— Вы закончили? — его голос стал тише, но опаснее. — Тогда слушайте. Вы и ваша команда покидаете этот переулок в течение следующих тридцати секунд. В противном случае я задержу вас за препятствование правосудию. Понятно?

Они мерялись взглядами ещё несколько секунд. Позади Лео уже грубо отодвинули, пригрозив конфискацией камеры.

Мэри поняла, что проиграла этот раунд. Сила была на его стороне, буквально и физически.

— Понятно, — сквозь зубы процедила она, отводя взгляд. Она обернулась к команде. — Лео, Кейт, Том... Мы уходим.

Команда «Лондонского взгляда», поникшая и обиженная, стала собирать оборудование.

Мэри бросила последний взгляд на детектива. Он уже повернулся к ней спиной, отдавая приказания своим людям, полностью вычеркнув её из своего пространства.

— Холодный, черствый идиот, — прошипела она, забираясь в фургон.

Фургон тронулся, выезжая из переулка, оставляя за собой островок яркого света в темноте, где детектив склонился над очередной жертвой таинственного «Кукловода». Но для Мэри эта встреча была только началом.