20

После того как Влад и Дарина рассказали свою историю, в гостиной повисла тяжёлая, но не враждебная тишина. Все переваривали услышанное, и в воздухе чувствовалась боль, которую они разделили с друзьями. Первым нарушил молчание Костя. Он откашлялся, и его голос звучал непривычно мягко, без тени прежней иронии.

— Боже, ребята... я даже не знаю, что сказать, — начал он, потирая затылок. — Мы тут шутили, думали, вы зажрались, а вы... простите нас. Это мы должны просить у вас прощения. За дурацкие шутки, за обиду... мы не знали.

Влад покачал головой.

— Вы не могли знать. Мы сами не хотели, чтобы вы знали. Это... это было слишком личным.

Кая, всё ещё державшая Дарину за руку, спросила тихо:

— Вы никому не рассказывали? Даже родителям?

Дарина покачала головой, вытирая слёзы.

— Нет. Всё было слишком быстро. Мы хотели сначала сами справиться, а потом уже... ну, мы не знали, как сказать. Мы даже думали, что, может быть, расскажем, когда всё уляжется. Но... оно не улеглось.

— А как вы вообще решились приехать сегодня? — спросил Леша, подавая Владу стакан воды.

Влад сделал глоток и ответил:

— Дарина стала чаще улыбаться. И я понял, что... что мы не можем вечно прятаться. Мы должны были вернуться к жизни. И начать мы хотели с вас. Потому что вы — наша семья.

Андрей подошёл к Владу и положил руку ему на плечо.

— А что с врачами? Вас не предупредили заранее о возможных рисках? — спросил он серьёзно.

— Предупредили, — ответил Влад. — Мы знали, что шансы малыша невелики. Но мы надеялись до последнего. Дарина боролась до конца, она лежала в клинике на сохранении почти месяц. Я почти не уходил оттуда. Но иногда надежды недостаточно.

— А как сейчас Дарина? — спросила Каролина, поворачиваясь к ней. — Тебе всё ещё нужно лечение?

Дарина кивнула, но её голос звучал спокойнее, чем раньше.

— Я прохожу восстановительную терапию. Гормональный фон пришёл в норму, но врачи говорят, что ещё пара месяцев, и организм полностью восстановится. Я уже почти в порядке.

— Ты молодец, — сказала Кира, сжимая её руку. — Честное слово, ты очень сильная.

Дарина слабо улыбнулась.

— Я просто стараюсь. Влад очень помогает. Он возит меня по клиникам, следит за моим режимом, я даже не работаю почти, только эскизы иногда набрасываю. Он не даёт мне упасть.

Костя вздохнул и посмотрел на Влада.

— Брат, ты вообще не спал, наверное, всё это время? У тебя глаза как у зомби.

Влад усмехнулся — впервые за весь вечер.

— Иногда сплю. Но в основном я рядом с ней. Чтобы она знала, что я здесь.

Саша Фрейм Теймер, который всё это время молчал, заговорил:

— Влад, а... вы не хотите подумать о том, чтобы сходить к психологу? Не сочти за вторжение, я просто думаю, что это может помочь. Я знаю хорошего специалиста, который работает с семейными парами, пережившими потерю.

Влад на секунду задумался, затем взглянул на Дарину. Она чуть заметно кивнула.

— Мы думали об этом, — ответил он. — Наверное, мы правда к этому придём. Просто нужно немного времени. Мы ещё не совсем готовы, но... спасибо, Саш.

— Я могу дать тебе контакт, когда будете готовы, — добавил Фрейм.

Данила, который до этого стоял у окна, подошёл поближе и тихо спросил:

— А как вы вообще... ну, что вы чувствуете сейчас? В смысле, когда только проснулись утром — вам тяжело?

Дарина посмотрела вниз, на свои руки, потом подняла голову:

— Первое время я просыпалась и думала, что всё это просто сон. Что я просто лежу в больнице, а Тимур скоро появится. А потом я понимала, что его нет. И становилось трудно дышать. Сейчас... сейчас я уже не жду, что он появится, но я всё ещё помню его. Я знаю, что он был. И он есть в моём сердце.

— А у меня иногда на автомате срывается: «Дариш, дай мне живот , я с сыном поговорю», — признался Влад, и его голос снова стал хриплым. — И я останавливаюсь. Понимаю, что не с кем говорить. Но это проходит. Говорят, это называется привыкать.

Леша кивнул, и в его взгляде мелькнула глубокая печаль.

— Мы не будем задавать лишних вопросов, — сказал он. — Но если захотите поговорить — мы здесь.

— А мы могли бы иногда приезжать к вам? — спросила Кая. — Ну, чтобы просто побыть рядом. Если вам не хочется выходить, мы можем приехать и принести еду, или просто посидеть в тишине. Мы не будем лезть.

Дарина улыбнулась — искренне, впервые за долгое время.

— Это было бы здорово. Правда. Мы не привыкли быть одни, но мы сами себя загнали в эту изоляцию. Но если вы готовы ждать нас — мы будем рады.

Все закивали. Кто-то начал разливать чай, кто-то молча смотрел в окно. Разговоры стали тише, но в них появилась та самая искренность, которая всегда была у этой компании. Вокруг Влада и Дарины собрались те, кто готов был разделить их боль. И это было лучшее, что могло случиться в этот вечер.

После того, как эмоции немного улеглись, ребята начали постепенно возвращаться к привычному общению. Кто-то принёс чай, кто-то открыл печенье, и разговоры потекли в более лёгкое русло. Они говорили о стримах, о новых проектах, о смешных случаях из жизни. Влад и Дарина чувствовали, как напряжение понемногу отпускает — они снова были среди своих.

Через час девочки переглянулись, и Кая, взяв Дарину за руку, сказала:

— Дарин, пойдём в комнату, отдохнём от этой мужской компании. Надо нам пообщаться.

Дарина улыбнулась, понимая, что за этим стоит нечто большее, чем просто отдых. Она кивнула и пошла за подругами. Влад проводил её взглядом, но ничего не сказал — он знал, что ей нужно побыть с ними.

Девочки закрылись в спальне Каи и Саши. Каролина села на кровать, Кира и Настя расположились на полу, Аня и Ира пристроились рядом с Каей. Дарина села в кресло у окна, чувствуя лёгкое волнение.

— Ну, — начала Кая, — рассказывай, как ты вообще? Как Влад? Как вы вдвоём?

Дарина вздохнула, собираясь с мыслями.

— Влад... он держится. Иногда мне кажется, что он держится лучше меня. Он вообще не даёт мне упасть. Он возит меня по врачам, проверяет, как я питаюсь, таскает меня на прогулки. Я даже не знаю, что бы я делала без него.

— Он сильно изменился? — спросила Каролина.

Дарина задумалась.

— Он стал тише, что ли. Раньше он мог быть резким, жёстким. Сейчас... он стал мягче. Особенно со мной. Он постоянно обнимает меня, целует. Иногда мне кажется, что он боится меня потерять.

— А ты не боишься, что он уйдёт? — спросила Кира, и в её голосе звучала искренняя забота. — Ну, из-за того, что случилось. Иногда мужчины не выдерживают и сбегают.

Дарина покачала головой.

— Нет. Я знаю, что он не сбежит. Он сказал, что мы вместе. И я верю ему. Мы пережили такое... После этого я не сомневаюсь в нём.

Кая наклонилась ближе и тихо спросила:

— А у вас... ну, есть ли между вами близость?

Дарина почувствовала, как щёки заливаются румянцем, но ответила честно:

— Пока нет. Я не готова. Мне нужно, чтобы тело восстановилось. Влад не настаивает, вообще не подходит к этой теме. Он просто ждёт. Говорит, что я должна чувствовать себя готовой. Это... это трогательно, на самом деле.

Настя улыбнулась.

— Ты счастлива с ним?

Дарина посмотрела на подруг, и в её глазах блеснули слёзы — но не боли, а тепла.

— Да. Я счастлива, что он у меня есть. Даже несмотря на всё.

Тем временем в гостиной мужчины тоже решили поговорить. Костя откинулся на спинку дивана и посмотрел на Влада.

— Ну что, брат, рассказывай, как оно на самом деле. Не при девочках. Как ты справляешься?

Влад задумался, крутя в руках стакан с водой.

— Я не знаю. Честно. Иногда мне кажется, что я просто автомат. Встаю, делаю дела, проверяю, чтобы Дарина поела, не перегружалась. Но внутри... там пустота. Я не могу думать о будущем, я просто живу сегодняшним днём.

— А какие у тебя планы? — спросил Данила. — Ты думал о том, что будете делать дальше?

— Я хочу, чтобы Дарина восстановилась, — ответил Влад. — Полностью. Мы оба должны прийти в себя. А потом... я не знаю. Может, попробуем снова. Через год, два. Но это будет её решение. Я не буду настаивать.

Саша Фрейм Теймер внимательно посмотрел на друга.

— Влад, ты чувствуешь, что вам нужна помощь? Может быть, психолог?

— Я думаю об этом, — признался Влад. — Но я не могу заставить её идти, если она не хочет. Ей нужно время. Мне тоже. Но если мы решим, я скажу тебе.

Леша подошёл к нему и положил руку на плечо.

— Ты знаешь, что мы всегда рядом. Если вам что-то понадобится — деньги, помощь, просто тишина — мы здесь.

Влад кивнул, чувствуя, как его переполняет благодарность.

— Спасибо. Мне правда важно это слышать.

Разговоры продолжались, и постепенно вечер стал возвращаться в своё привычное русло. Влад и Дарина чувствовали, что их приняли, что их боль разделили, и что они снова в кругу тех, кто любит их. Это было началом их возвращения к жизни.