Глава 147. Удовлетворение любопытства

Гермиона как раз только искупалась и теперь расчесывала волосы, просушивая их, когда в дверь постучали. Так как никто, кроме Уизли, не приходил к ней после того, как пять дней назад Поттер засунул ее в эту дыру, она без сомнений в личности гостя крикнула:

— Рон, заходи!

— А я не один, — с порога поставил в известность Рон. — Ты как здесь?

— Как на курорте, — с долей раздражения ответила ему Гермиона, а увидев его спутника, отложила расческу на стол и слегка напряглась, собираясь с мыслями — у нее было о чем поговорить с Поттером. — Привет, Гарри.

— Привет, — откликнулся тот и обвел единственную в доме комнату внимательным взглядом — чистота и порядок приятно его удивили, он почему-то думал, что Грейнджер, сравнившая свое положение с содержанием в тюрьме, не станет тратить на это силы. Как бы там ни было, но они с Роном позаботились лишь об основном, когда оставляли ее здесь в одиночестве и без волшебной палочки. — А ты неплохо устроилась, — отметил Гарри и без приглашения уселся на лавку у стола.

— Вы надолго? — заметив приподнятую в немом вопросе бровь Поттера, Гермиона уточнила свой интерес: — Я хотела о кое-чем тебя расспросить.

— Спрашивай, — Гарри, конечно же, будучи предупрежденным заранее, мог проигнорировать ее желание устроить разбор полетов, но, предполагая, что, учитывая упорство Грейнджер, ему все равно когда-то придется с ней побеседовать, решил разобраться со всем прямо сейчас. К тому же, как он считал, это станет неплохой практикой перед завтрашней пресс-конференцией, где при самой тщательной подготовке вряд ли удастся избежать каверзных нападок журналистов.

— Почему ты женился... эмм... заключил брак с профессором Снейпом?

— Ты решила перемыть мне кости, как уличная торговка? — Поттер криво усмехнулся. — Я мог бы сказать, что это не твое дело и тебя абсолютно не касается, но все же отвечу. Я люблю его, разве не понятно?

— Гарри, тебе не кажется это странным? Ты ничего не говорил о том, что тебе нравится профессор Снейп, и вдруг вы заключаете брак, к тому же магический. Это как-то неправильно...

— Почему неправильно? Потому что он мужчина? — пока Грейнджер не перешла на назидательный тон, а выказывала лишь недоумение и, как ни странно, тревогу, Поттер предпочел не противиться и поддержал разговор.

— Ну... и это тоже. Мне казалось, что ты всегда хотел большую семью, а в таком браке у тебя не будет детей. Ты же сильный волшебник, да и профессор Снейп тоже, так что это просто преступление не передать вашу наследственность следующему поколению. Если честно, я немного удивлена, что, судя по публикациям, ваш союз приняли почти спокойно, — было заметно, что Гермиона старалась тщательнее подбирать слова — то ли чтобы не обидеть Поттера и не вызвать его гнева, то ли просто почему-то смущаясь поднятой ею же самой темы.

— Тебе было бы приятнее, если бы на нас ополчилось все магическое общество? — насмешливо спросил Гарри. — Не забывай, что Северус стал директором Хогвартса, так что умные волшебники решили не ссориться с ним, ведь в школе учатся их дети, внуки, племянники и так далее. Да и я вроде как буду под его присмотром, — вызывающая усмешка коснулась его губ. — А насчет собственных детей... так я и вовсе не пойму твоих замечаний. Если мы с Северусом захотим завести малыша, то сделаем это без особых проблем.

— Ты говоришь о суррогатном материнстве, распространяющемся у магглов? Но это ведь все равно неестественно! И вообще, я считаю недопустимой эксплуатацию женщин...

— Перестань строить предположения и слезь со своего конька — «я знаю все лучше всех», — беззлобно остановил ее Гарри. Он пока еще говорил спокойно, почти развлекаясь претензиями Грейнджер. — Будь уверена, наших с Северусом детей обязательно выносит ведьма. Сама же отметила, что мы сильные волшебники, так что нам не резон связываться с магглой, — он с вызовом посмотрел на собеседницу, ожидая ее реакции. Гермиона его не подвела.

— Так вот как ты заговорил? Ты тоже стал приверженцем чистой крови?! Такие, как я, для тебя теперь второй сорт?

— Ну что за каша у тебя в голове? Хоть на миг задумалась бы о том, что сказала, — Гарри язвительно усмехнулся. — Я ни словом не обмолвился о чистоте крови, а лишь уточнил, что для того, чтобы сохранить свой потенциал в потомстве, нам с Северусом нужно иметь детей, рожденных волшебницей.

Гермиона сделала пару глубоких вдохов, явно, старательно успокаиваясь, чтобы не продолжить спор, ведь она ранее имела шанс убедиться, что терпение Поттера не безграничное и он может просто перестать отвечать на ее вопросы, если она начнет слишком активно настаивать на своем. В последние дни у нее было достаточно свободного времени, и она в полной мере осознала, из какой беды он ее вытащил, так что выглядеть неблагодарной Гермионе не хотелось. Но и промолчать, не высказав своего мнения по некоторым вопросам, было выше ее сил.

— Только и твердишь: «Северус, Северус...» Да как вообще получилось, что вы сошлись? Гарри, ты не думаешь, что профессор Снейп как-то повлиял на тебя? Вы же даже не встречались! Ты никому не говорил, что симпатизируешь ему, не советовался... вон хотя бы с Роном. И вообще, у тебя же был парень, тот, что тогда не отходил от тебя в Хогсмиде. Ты же сам говорил!

Гарри переглянулся с Роном и усмехнулся, вспомнив, как семья Уизли устроила ему похожие разборки.

— Прежде всего запомни — я ни с кем не обязан обсуждать личные дела, и мне не нужны советы в этом вопросе. И тем не менее вы с Роном практически еще с прошлого лета знали, что у меня появился любимый человек. И если ты была не слишком внимательна, что упустила этот момент — не моя вина. А вообще... Вот скажи, как ты себе представляешь наши с Северусом встречи в Хогвартсе? Полагаешь, если бы мы ходили под ручку по школе, как Джинни и Дин, и томно заглядывали друг другу в глаза, то это выглядело бы нормально?

Рон расхохотался, привлекая к себе внимание.

— Представил себе эту картину! — пояснил он вспышку своего веселья, выставив перед собой ладони в извиняющемся жесте. — Да тебя точно посчитали бы извращенцем! Прости за прямоту, но у твоего мужа такая репутация... — Рон помахал рукой, словно не мог подобрать слова, а на самом деле просто не желая произносить вслух то, что сотни раз говорили студенты за спиной у Снейпа.

— Он строгий, язвительный и не терпит глупости. Я знаю, Рон, — Гарри тепло улыбнулся, вспомнив, каким еще бывает его Северус, но озвучивать и эти его качества он не собирался.

— Но а как же твой парень? — Гермиона все еще никак не могла смириться с выбором Поттера. Не то чтобы ей было какое-то до этого дело, но она никогда не видела в желчном Снейпе человека, способного создать счастливую семью.

— То есть если бы на месте Северуса оказался какой-то там парень, тебя меньше волновал бы вопрос моего внезапного брака с мужчиной? Или ты намекаешь на мое непостоянство? — по поджатым губам Грейнджер Гарри догадался — она и сама не знала, чего добивалась. Возможно, ей просто хотелось доказать, что Поттер совершил ошибку, потому что не посоветовался с ней. — Я когда-то сказал Шеймусу, что у меня одна-единственная сердечная привязанность, и это было истинной правдой.

— Неужели ты до сих пор не поняла? Даже я сообразил быстрее! — Уизли чуть не подпрыгивал на месте, желая раскрыть Гермионе маленькую тайну.

— Ро-он... — Гарри усмехнулся, выводя друга на чистую воду. — У тебя была подсказка.

— Ну да... — не стал отпираться тот. — Гермиона, помнишь Нико? Так вот это Снейп познакомил с ним Гарри. С ним и с теми ребятами, что нам тогда помогли в Хогсмиде во время нападения Пожирателей. Вот теперь у тебя столько же исходных данных, как было и у меня, — Рон с легким вызовом посмотрел на Грейнджер. Он очень гордился собой за ту догадку и теперь хотел убедиться, что и впрямь обладает неплохо развитой логикой, которая пригодится ему на службе аврором.

— Ты хочешь сказать, что это профессор Снейп притворялся Николасом?

— Нет! Он был тем, вторым, который не отходил от Гарри и в паре с ним сражался с Пожирателями!

— Мы еще восхищались, что у них все так слаженно выходило, — задумчиво проговорила Гермиона и кивнула своим мыслям. — И все равно...

— Хватит, — холодно оборвал ее Поттер. Ему надоело толочь воду в ступе, к тому же Грейнджер больше не являлась его близкой подругой — он не желал до скончания веков выслушивать ее нотации. — Я и так слишком много объяснил тебе по этому поводу, хотя ты и не вправе была даже расспрашивать меня о личном, тем более выказывать свое неудовольствие моим выбором партнера.

— Я не выказываю неудовольствие. Я просто переживаю за тебя, — попыталась пояснить свой интерес Грейнджер, выглядя при этом довольно искренней.

— Спасибо, у меня своя голова на плечах имеется. Это все, что ты хотела обсудить? — Поттер догадывался, что до конца беседы далеко, ведь они с Роном еще не сообщили о вчерашней операции в Министерстве.

— Нет, не все. Как тебе удалось захватить боевиков Волдеморта? Откуда ты узнал, где их искать? Кто тебе помогал? Почему ты решил сам это сделать, а не просто сообщил аврорам? — как из рога изобилия посыпались вопросы, но, слава Мерлину, они были по одной теме.

— Мне помогли Северус, Нико и его ребята. Как именно мы это провернули, тебя не должно волновать. Узнать, где находились лагеря, помог лазутчик. Руководство авроров по инициативе Волдеморта получило приказ не трогать Пожирателей и не реагировать на сообщения о вербовке боевиков и местах дислокации их отрядов. Напротив, им было велено разыскать источник анонимных сообщений, которыми мы заваливали Министерство. Так что выбор тактики при расформировании армии Темного Лорда, полагаю, очевиден, — Гарри был лаконичен, но, зная Грейнджер и ее революционные замашки, решил ответить на все вопросы по этому поводу.

— Так это вы помогали аврорам? А я думала, что кто-то из Ордена Феникса. Еще и злилась, что меня держали в стороне от той работы. Но почему ты молчал? Мог бы подключить и нас! Хотя бы тех, кто был с тобой в Отделе тайн. Мы помогли бы! Представляю, как ты смеялся над моими потугами призвать молодежь в ряды сопротивления!

— Если честно, я не слишком внимательно следил за тем, какие речи ты толкала, потому что был занят более важными делами. И поясни, как бы, к примеру, ты лично помогла нам искать лагеря боевиков? Рыскала бы по Лютному и другим подобным клоакам, выслеживая вербовщиков? Вот это действительно звучит смешно, — Гарри презрительно фыркнул.

— Но ты не должен был отказываться от помощи друзей! Мы считаем, что это неправильно!

— «Мы» — это кто? Не говори за других! И объясни, что неправильного в том, что я заботился о твоей безопасности?

— Спасибо, что ты спас меня от Пожирателей! И за клинику тоже большое спасибо! Я раньше немного злилась за твое самоуправство и повела себя нехорошо... В общем, я очень тебе благодарна за заботу. Честно! Но это не отменяет того, что ты мог бы попросить помощи...

— Когда она мне понадобилась, я ее попросил, — Гарри достал из кармана вчерашний срочный выпуск «Ежедневного Пророка» и бросил на стол перед Гермионой. — Вот!

— Что?! Как это?! — увидев заголовок, воскликнула Грейнджер, распахнув от удивления глаза, но Поттер не стал ничего говорить, а лишь указал кивком на газету, предлагая ознакомиться со статьей.

Несколько минут в маленькой комнатке заброшенного охотничьего домика слышались лишь громкие вздохи Гермионы, сопровождавшие ее чтение развернутого сообщения о заключении Темного Лорда в столетний плен.

— А как же я? Почему ты не взял меня с собой? Зачем тебе понадобился Малфой? Я видела, что ты с ним тайно сближаешься, но не до такой же степени, чтобы создавать из него героя! Он лишь дискредитирует тебя как борца за светлое будущее магического мира! Общество тебя не поймет!

— Мне нет дела до мнения общества, я поступаю, как считаю нужным, — отмахнулся Гарри. — К тому же ты сильно ошибаешься, полагая, что я сделал неверный выбор. Все очень рады такому повороту событий. Повторю, если ты не обратила внимания — все! Не только горстка активистов из бывшего Ордена Феникса, а и те, кто был вынужден работать под гнетом Темного Лорда.

— Ну конечно! Ты еще скажи, что их нужно простить! Они — темные маги, убийцы и преступники! Их место — в Азкабане! — Гермиона кипела от гнева на Поттера за то, что он оставил ее в стороне во время своего выступления против Волдеморта. А еще была раздавлена осознанием, что ее пламенные речи в Хогвартсе и Косом переулке, когда она исподволь внушала всем, кто решался ее слушать, что Гарри — трус, отказавшийся от своей участи Избранного, теперь бросали тень на нее саму.

— Преступники понесут наказание, соразмерное их вине.

— Но не Малфои? Да? Кто еще из Пожирателей Смерти получил у тебя индульгенцию?

— Вклад в дело по устранению Темного Лорда от власти тоже будет учтен. Ты уже забыла, что Драко спас тебе жизнь? И да, ты права, есть еще люди из ближнего окружения Темного Лорда, которые помогли мне справиться с задачей. Так же, как и наши ребята, — Гарри кивнул на Рона, — и те, кого привел с собой Шеклболт.

— Значит, Орден тоже принимал участие? Так почему ты не позвал и меня?

— Гермиона, в операции девчонки не участвовали, — влез в разговор Рон, устав сидеть молча. — Гарри так решил, чтобы не подвергать их опасности, — уточнил он. — К тому же твою волшебную палочку Драко вернул уже после обыска в Малфой-мэноре. Он наткнулся на нее первым и припрятал от авроров, чтобы у тебя было меньше хлопот с ее возвращением. Кстати, тебе, обязательно нужно дать показания по поводу твоего похищения и пыток. Алекто Кэрроу и ей подобные гады задержаны, а твое свидетельство станет дополнительным основанием для их ареста.

— Разве мало метки на ее руке?

— А вот тут вышел неприятный сюрприз для наших блюстителей закона. Метки исчезли, когда Волдеморт отправился в свое заключение в артефакте, — поставил в известность Поттер, протягивая Гермионе ее волшебную палочку.

— Почему ты не отдал ее сразу, как только вы пришли? — рассерженно спросила та, любовно поглаживая свой магический инструмент — она уже и не надеялась его увидеть.

— Чтобы ты тут же меня прокляла за принуждение провести время здесь? — пошутил Гарри, криво, по-снейповски, усмехнувшись.

— Не преувеличивай, не настолько я злюсь на тебя, — отмахнулась Гермиона, настроение которой заметно подскочило, стоило ей вернуть себе возможность колдовать. — Так говоришь, метки исчезли? Почему? Ведь раньше они оставались даже после развоплощения Волдеморта. А сейчас, как я понимаю, он остался жив.

— Его нет в нашей реальности, так что он для этого мира как бы не существует. А раньше метки не исчезали, потому что оставались хоркруксы.

— Ты их нашел, да? Уничтожил? Сколько их было? — Гермиона продолжала засыпать Поттера вопросами, видимо, не сомневаясь, что он обязан удовлетворить ее любопытство.

Гарри глянул на Рона — тот тоже явно жаждал услышать ответы, поэтому, как бы ни хотелось сохранить все в полной тайне, пришлось все-таки поделиться хотя бы частью информации, раз эти двое были и раньше втянуты в дело.

— Да, я нашел все, их больше нет. Диадему Рейвенкло, в которой хранился отпечаток сущности Темного Лорда, я уничтожил вчера у него на виду, спровоцировав на нападение, чтобы загнать в ловушку. Десятки свидетелей наблюдали это, — Гарри говорил без особого энтузиазма.

— Похоже, ты не слишком рад, — скупо отметила Грейнджер. Упоминание о хоркруксах всколыхнуло ее воспоминания о собственной участи из-за планов Дамблдора.

— Я дико устал — последние дни оказались очень напряженными, — упоминать о том, что его больше устроило бы иное решение проблемы с Риддлом, Гарри не стал. Вряд ли ему с легкостью удалось бы доказать Гермионе и Рону, что уничтожать того, кто обладает поистине грандиозными знаниями, не рационально и следует попытаться использовать его способности на благо развития магических наук. — Все! Я ответил на твои вопросы. Волшебную палочку мы тебе вернули. От Темного Лорда и его основных приспешников избавились — списки задержанных напечатают завтра после пресс-конференции, так что можешь возвращаться домой.

— Но ты мне не рассказал, как тебе удалось все провернуть! Здесь написано только то, что репортер увидел своими глазами, и все. Но нет ни слова, где ты взял то зеркало. И почему решил использовать его. Оно же, наверное, темномагическое? Не проще было бы отправить Волдеморта на поцелуй к дементору. Так было бы надежнее. И что теперь будет? Кто станет министром? Чем ты планируешь заняться?

— Министр у нас есть — это мистер Тикнесс. Я не справочное бюро, так что тебе придется поискать ответы где-то в другом месте. Рассказывать о том, как готовилась операция, не собираюсь. Отмечу лишь, что без помощи Северуса и Нико у меня ничего не получилось бы. Я поступил с Темным Лордом так, как посчитал нужным. Если кто-то не согласен с моим выбором, ничем не могу помочь — нужно было действовать, не дожидаясь моего вмешательства. Все! — Гарри хлопнул ладонью по столу и поднялся на ноги. — Мне пора. Рон, встретимся завтра в Министерстве. Приходи к полудню на пресс-конференцию и захвати наших, кто участвовал в операции, надеюсь, они удовлетворят свое любопытство и мне не придется еще раз им все рассказывать. Не вижу необходимости во встрече в среду, раз уж все складывается именно таким образом. Если честно — мне уже надоело всем что-то объяснять. Чувствую себя чуть ли не преступником, вынужденным оправдываться, а не тем, кто избавил магический мир от Темного Лорда.

— Пока, Гарри. Не хандри! Я обязательно приду и передам ребятам твое приглашение, — заверил Рон, тепло улыбнувшись. Он удивлялся, как это его друг выдержал такой напор от Грейнджер и ни разу не сорвался?

— Пока, — подала голос Гермиона, все еще недовольно зыркавшая на Поттера, отказавшегося делиться с ней подробностями.

Гарри махнул на прощание и заторопился к границе поляны под внимательным взглядом Рона, наблюдавшим за ним через распахнутую дверь.

Когда издали раздался хлопок аппарации, Гермиона не удержалась от замечания:

— Он стал слишком высокомерным! Не удивительно, что ему теперь комфортно с Малфоем, а не с нами!

— Ты не права. Гарри проделал огромную работу, чтобы справиться с Волдемортом. Ты даже не представляешь, как все было просчитано. До секунды! Мы с ребятами получили четкие инструкции, Гарри поговорил с каждым из нас отдельно, по несколько раз повторив, что нам предстоит сделать. Он не скрывал, чем все может обернуться, и что, возможно, придется вступить в открытый бой. Гарри просил всех хорошенько подумать, перед тем как соглашаться на риск.

— А кто из наших участвовал? Ну, кроме тебя, разумеется, — перебила Гермиона, жутко жалея, что приходится узнавать обо всем из рассказов.

— Невилл, Дин, Шеймус, Фред и Джордж, братья Криви, Смит, Корнер, Макмиллан и Голдстейн. Я был с Гарри, а остальные обеспечили создание купола. Они такие штучки волшебные вроде коротких палок расставляли по кругу, а Малфой-старший и Снейп потом наколдовали что-то, словно включили их. Здорово смотрелось. Я хоть и не мог особо отвлекаться, но все же успел увидеть. А потом наши ребята вместе с людьми Кингсли задержали Пожирателей, которые пришли с Волдемортом.

— Гарри не имел права оставлять меня в стороне! — надула губы Гермиона, еще сильнее жалея, что пропустила столь важное событие. К тому же все на поверку оказалось не таким уж и опасным. Ее имя с первого курса связывали с Поттером, и нужно же было такому случиться, что теперь, когда тот выступил против Волдеморта, она оказалась словно ни при чем. А ведь это был такой отличный шанс получить легкий доступ на работу в Министерстве без всяких протекций. — Но он выбрал Малфоя! Теперь понятно, о чем они секретничали. Я ведь умею планировать не хуже других, ты же в курсе! Так почему он не обратился ко мне?

— Не скажи. Про Малфоя не знаю, а со Снейпом тебе не тягаться. Он наверняка намного лучше разбирается во всяких интригах, так что тут я Гарри понимаю. И, между прочим, с Драко оказалось довольно легко общаться, если говорить по делу. Мы с ним вчера буквально за десять минут согласовали свои действия, ведь до того я лишь с Гарри обсуждал, что и как нам следует провернуть. В итоге мы с Драко сработали на отлично. Все получилось очень слаженно и без сбоев даже без предварительной тренировки, — Рон не скрывал, как его радовало участие в таком грандиозном проекте, и даже не заметил, что называл Малфоя по имени. Он достаточно подробно пересказал, что происходило в Атриуме Министерства магии с момента появления Волдеморта и до того, как младший Малфой отправился с аврорами проводить обыск в собственном доме, а его отец вместе с Гарри и Снейпом ушли на совещание при министре магии. — Драко принес тебе волшебную палочку, а мог бы и не заморачиваться, если бы действительно был такой заразой, какой всегда старался казаться. Я уже не говорю о твоем спасении. Кстати, ты не слишком распространяйся в Аврорате, каким именно путем вышла из Малфой-мэнора. Не стоит говорить о чужих секретах.

— Если меня спросят, я врать не стану, — упрямо бросила Гермиона, а Рон лишь покачал головой и подумал, что нужно предупредить об этом Драко — пусть скроет тайный проход понадежнее. — Я благодарна Малфою за спасение, но это не искупает его поведения на протяжении семи лет.

— Да что он тебе сделал, кроме того, что обзывался? Уж как бурно я на него всегда реагировал и то понял, что пора взглянуть на все по-взрослому. Ты хоть представляешь, на что он решился, когда открыто поддержал Гарри? Если бы что-то сорвалось, и он, и его отец однозначно были бы трупами!

— Ни секунды не сомневаюсь, что они не рискнули бы, если бы не были уверены в успехе, — ядовито прокомментировала его слова Грейнджер. — Они покупали себе свободу и оправдание в глазах общества! Так что нечего расхваливать их смелость.

— Даже если это и так, то Гарри очень верно сделал, привлекая к операции Малфоев и некоторых других сторонников Волдеморта. Тех, кто не участвовал в нападениях и тому подобном, — Рон и сам поначалу не понимал, почему Поттер выбрал именно его и Драко в качестве главных помощников. Но когда спокойно поразмыслил, то сообразил, что это было предпринято для примирения обеих сторон противостояния. Нельзя нагнетать разобщенность и доводить дело до абсурда, начав мстить всем подряд. — Это был сложный выбор, но правильный. Я бы сказал, исключительно дипломатичный. Мне тоже не нравится, что приходится считаться с некоторыми Пожирателями, но мирная жизнь требует компромиссов.

— Да откуда ты знаешь, что Малфой-старший никого не убивал? Он столько лет служил Волдеморту!

— Он слишком большой чистоплюй для этого, — хмыкнул Рон. — Визенгамот выяснит, кто и в чем виноват. Это не наше дело.

— Тикнесса посадил в кресло министра Волдеморт, подстроивший несчастный случай Скримджеру! Неужели ты не понимаешь, что его нужно заменить и судить? А инициатива с переписью полукровок и магглорожденных? Все так и останется? Да? — Гермиона начинала закипать. Она старалась держать себя в руках, пока говорила с Поттером, на личном опыте не раз убедившись, что того не впечатляет ее горячность. Но сейчас, в присутствии более мягкого и отзывчивого Рона, она могла дать волю своим эмоциям.

— За то время, когда Тикнесс был во главе Министерства, обстановка в нашем мире значительно улучшилась. Так какие к нему претензии? Тикнесс — хороший политик. Так папа говорит, а уж он-то разбирается в подобном. Кстати, отцу предлагают стать начальником Отдела магического правопорядка.

— А что же Яксли? Он ведь вроде тоже помогал Поттеру, — насмешливо поинтересовалась Гермиона, стрельнув глазами на газету, лежавшую на столе.

— Он будет понижен в должности до заместителя начальника. Как бы там ни было — у него неплохой опыт работы, — Рон пожал плечами, не желая слишком задумываться, какие перестановки ожидают Министерство, его по большому счету сейчас интересовало только то, что касалось его семьи.

— Опыт работы Пожирателем! — презрительно выплюнула Гермиона. — А что мне теперь делать?

— У тебя же были планы пойти учиться, разве ты уже передумала?

— Да нет, но я полагала, что мне это понадобится, чтобы свергнуть Волдеморта... — Грейнджер расчетливо прищурилась. — Но ты прав, возможно, так даже лучше. Можно сосредоточиться на других задачах, которые следует решить Министерству. Так, мне пора собираться, — она принялась махать волшебной палочкой, складывая свои вещи в сумку, вытащенную из-под кровати. — У меня впереди много дел. Завтра до пресс-конференции нужно успеть подать заявление о моем похищении и узнать в Отделе образования, когда они соберут комиссию, чтобы я смогла сдать экзамены. Ты иди, Рон. Тебя, наверное, уже заждались дома.

— Угу. Спасибо, Рон, что помог мне справиться после плена и рассказал столько интересного, — насмешливо бросил Уизли и направился на выход.

— Я думала, ты и так понимаешь, что я очень благодарна тебе! Мы же друзья! Или ты уже, как и Поттер, считаешь, что это не так? — не переставая колдовать, спросила Гермиона, похоже, не слишком вникая в суть своего же вопроса.

— Даже не знаю, — на грани слышимости прошептал Рон, на миг оглянувшись, и ушел, не дожидаясь, пока Грейнджер начнет вправлять ему мозги.

Рон и впрямь не совсем понимал, что чувствует к той, кого когда-то считал своей девушкой. Его все настойчивее посещала мысль, что он зря цепляется за их детскую дружбу, потому что от нее ничего не осталось. Если Гарри, невзирая на то, что у него появилась личная жизнь семейного человека, продолжал заботиться об окружающих, в частности о самом Роне и его родных, то Гермиона, похоже, думала исключительно о себе одной. Она и с Роном общалась лишь тогда, когда нужна была его помощь или он мог снабдить ее какой-то полезной информацией. Само собой, Рон понимал, что друзья не должны считать, кто кому сколько добра сделал, но подмеченная им закономерность неприятно скребла по душе когтистыми лапами обиды и разочарования.