Поступки говорят громче слов

Утро. Воскресенье.

Голова раскалывается будто вчера я всю ночь бухал. На телефоне несколько пропущенных от Эйда. Боже, вот как теперь с ним общатся, сначала обманул, потом силой меня усадил по приказу того типа. Надеваю домашнюю одежду .

На кухне пусто, видимо, все ещё спят. Готовлю незамысловатый завтрак. Блинчики самое то. Несколько яиц в миску сахар, соль, все движения уже механические. Ну вот и всё, завтрак почти готов, осталось порезать на овощи на салат. Огурцы на удивление большие и свежие. А помидоры ярко-красного цвета... даже не знаю с чем их сравнить. Ключицу начинает неимоверно сильно сжечь, да что же там такое? На ней огромный бордовый след. Это ведь Итон сделал вчера. Лицо полыхает непонятно то ли от стыда, то ли от ярости. Да почему происходит какая-то фигня! Ладно, спокойно нужно с ним поговорить. Только как? В его присутствии я и слова вымолвить не могу, а он то дичь какую-то творит, то высокомерно на меня смотрит. Что это вообще за поступки такие? Подразнить хочет или же издевается?

- С добрым,- он стоит на кухне босиком, в домашней футболке, не каждый день его таким видишь.

- И тебе того же,- я отворачиваюсь к плите. Черт, что делать? Как у него спросить? Чувствую что он ставит руки на столешницу по бокам от меня, дыша в затылок.

- У тебя всё нормально?- он будто бы произносит это, касаясь губами моей шеи. Я отпрыгиваю от него. Он что совсем с ума сошёл?

- Это я у тебя хочу спросить, что вчера такое было?- я часто дышу и не могу унять быстро бьющееся сердце.

- А что вчера было?- он наклоняет голову на бок, делая вид, будто не понимает что произошло.

Три быстрых шага к нему. И открываю ключицу.

- Вот что было!- он осматривает красное пятно,- Как ты это обьяснишь?

- Мне нравится,- Да он... Он! Я просто задыхаюсь от возмущения.

Он пальцами дотрагивается до засоса, у меня по телу пробегают миллионы мурашек. Пытаюсь убрать его руку, но он нежные и аккуратные прикосновения сменил на жесткую руку, которая буквально держит мою левую ключицу. От этой боли меня ломает на пополам. Этого я и боялся! Нельзя предугадать его действий, то они нежные и легкие будто он обращается не с братом, а с любимой игрушкой. То они резкие грубые и самовольные, можно от него ожидать удара, а он подходит и обнимает или наоборот. Не могу стоять на ногах и просто плюхаюсь на колени. Он продолжает сжимать мою кость. Он мне точно её сломает!

- Никак не могу понять,- он склоняется надо мной,- Что мне нравится больше. Твоё раскраснённое лицо от смущения или гримаса страха и боли.

Как же он мне надоел со своими закидонами. Не могу больше терпеть и кусаю его за предплечье он резко выдёргивает руку и с ненависть в глазах смотрит на меня. Ощупываю ключицу, ничего не сломал? По-моему нет, но она всё равно болит.

- Не то, не другое,- зыркаю я на него,- Просто оставь меня в покое.

Он вопросительно смотрит.

- Как тогда в первый день нашего знакомства, когда ты игнорировал меня,- пытаюсь напомнить я ему.

- Ну что ты мой милый,- его губы расползаются в улыбке. Он подходит ближе, гладя меня по голове, я так же сижу на полу, приложа руку к кости. Он подходит ко мне до тех пор, пока я не чувствую беспомощность своего положения, ведь сейчас его пах и моя голова на одном уровне,- Это слишком скучно.

Пытаюсь отвести взгляд, но он вцепился пальцами в мои волосы.

- Что мне сделать что бы ты отстал?- со вздохом произношу я отпуская глаза в пол.

- Ты знаешь,- он улыбается, тянет мои волосы. Больно! Заставляет смотреть ему в глаза,- Отсоси мне.

- Да я лучше сдохну!- выплёвываю я.

- Ну убить я тебя не могу,- он задумывается,- Но могу сделать тебе жизнь такую, что ты позавидуешь мёртвым,- он одним рывком меня поднимает и садит на столешницу. Все его движения собственнические, раздвигает ноги и устраивается между ними. Мы почти на одном уровне сейчас.

- И почему ты такой гордый? Проще было бы отсосать мне, от этого ты грязнее не станешь,- он начинает поглаживать мой торс сквозь футболку.

- Прекрати,- пытаюсь остановить, но он не намерен этого делать,- За тобой же много кто бегает попроси что бы они тебе и сделали минет.

- Мне их внимание без надобности. Я хочу что бы это сделал именно ты,- он продолжает везде щупать меня, словно я шлюха. Не хочу! Мне неприятно! Стараюсь скинуть его руки с себя,- Да сиди ты спокойно!

Его резкий голос водит меня в шок, но лишь на пару секунд. Ну вот ещё, он будет лапать меня, а я должен сидеть как бревно. Пытаюсь слезть, но это не так просто. Его глаза загораются. Слышу звук рвущейся одежды, он рвёт на мне футболку, умело быстро не с целью снять её с меня, а с целью увидеть в моих глазах страх. Он быстро ловить мои руки завязывает их за спиной обрывками футболки, боль в запястье и опять воспоминания о ночи. Громкий гогат парней, боль во всём теле. В глазах темнеет, по телу слабость, я сейчас в обморок упаду? Чувствую его руку у себя на спине.

- Не падай,- он шепчет мне на ухо.

Голова кружится, внутри всё в комок сжимается. Смотрю в его глаза, он не прикасается ко мне лишь рукой держит мою спину, что бы я не упал и изучающем взглядом смотрит на моё тело, сквозь лоскутки порванной одежды, от этого становится ещё более неловко

- Не нужно,- стараюсь прийти в себя.

- Ну как это не нужно,- он касается губами моей шеи, от неожиданности я вскрикиваю,- Ты ведь отказался выполнять мою просьбу.

Он начинает кусаться, больно с агрессией, словно куски плоти от меня отрывает.

- Заткнись!- его злое шипение, а потом на рот опускается большая ладонь. Он продолжает свои пытки искусав всю мою шею, движется вниз, на ключицу, а потом на грудную клетку. Крики от боли невозможно сдержать, но из-за его ладони, выходит какое-то мычание.

- Знаешь твои приглушены крики, больше напоминают стоны,- он говорит отрывисто, продолжая кусать меня,- Прям как вчера в машине.

Чувствую себя шлюхой. Самой последней, грязной и использованной. Которую пускают даже не по кругу, а по спирали. Но в безысходность бросает то, что я связан. Он спускается всё ниже.

- Знаешь свои чувствительные места?- о нет, он задумал что-то плохое. Я не знаю, что дальше от него ожидать. Он убирает ладонь и начинает обеими руками поглаживать грудь, время от времени касаясь сосков. Он меня так в могилу отправит. Ненавижу его! В глазах предательский скапливаются слёзы. Не хватить и одного слова, что бы описать то как мне противно на душе,- А теперь самое интересное.

Я чувствую как что-то мокрое и тёплое касается соска. Не могу сдержать крик. Мне противно всей душой. Вот, вот сейчас польются слёзы, это унижает сильнее чем избиения и обзывательства.

- Почему именно я?- голос дрожит, в глазах мутнеет,- Что я такого сделал?

Он молчит, начиная покусывать сильнее. Не могу, не хочу! И когда он берёт в рот второй сосок, я срываюсь на крик, но выходит какой-то вздох. Из глаз начинают капать слезинки. Мне ужасно стыдно. Стыдно за свою безпомощность, упрямство, за то что в таком положении я оказался из-за собственной никчемности. Итон замечает, останавливается смотря на меня. Не могу их сдержать.

- Ну что случилось, маленький?-наигранно нежным голосом. Он дотрагиваетя до моей щеки и его лицо становится неприлично близко.

- Пожалуйста хватит, брат,- голос тихий дрожащий, как осиновый лист на ветру.

Итон смотрит на меня, а потом на щеку опускается его тяжелая рука со звонким ударом и злое шипение: "Я тебе не брат". Это на секунды выводит из моего беспомощного состояния. Щека горит. Его рука опускается место удара, но теперь в виде поглаживания.

- Прости милый, сорвался,- это прости не как раскаяние, а как издёвка. С ним невозможно разговаривать! Он меня попросту не слышит. Хорошо хоть, что слёзы остановились. Его рука поглаживает место удара. Отворачиваю голову. Когда это закончится?

- Думаю с тебя хватит,- он ставит меня на пол. Ну хоть что-то.

- Чем вы тут занимаетесь?- округлённые глаза Леи и лицо на котором читается недоумение.

- Сестрёнка,- нежный голос Итона.

На кухне появляются родители.

- Ник, что это за вид!- лицо мамы в недоумении, она всегда взглядом умела выражать целую гамму эмоций и сейчас смотря на мою изорванную футболку она мягко сказать недовольна.

- Это Виктория,- слышу за спиной спокойный голос брата,- Сейчас мода пошла такая на порванные вещи.

- Да футболка прикольная,- подхватывает Леа,- Только Ник, ты перестарался с порвоностями,- хихикает она.

- А это я сделал,- снова голос за спиной,- Мы играли с братишкой,- он обнимает меня. Меня! При родителях и сестре! Я, блять, просто выпадаю из своего тела,- И нечаянно порвал футболку.

- Руки ты ему по той же причине завязал?- холодный взгляд отца.

Только сейчас понимаю, что мои запястья свободны. И я могу вытащить руки из-за спины. Итон довольно улыбается говоря: "Ты о чём?". Не могу больше терпеть подобное. И просто убегаю. Сколько можно? Когда ему уже надоест издеватся надо мной? Опускаюсь в ванну с головой, сейчас бы натирал себя мочалкой до крови, лишь бы избавиться от позорного клейма, которые поставлял Итон. В воде они начинают гореть словно в огне. Словно он их оставлял не пальцами и ртом, а раскалённым железом пытаясь пометить меня и сделать вещью. На душе противно словно на меня вылили ведро с помоями. Глаза закрываются, я устал. Просыпаюсь от сильных судорог. Холодно. Вода уже остыла, выхожу из ванной, кутаясь в полотенце, совсем не хочется смотреть в зеркало. Чего я там не видел? Худощавого тела с засосами и отпечатками пальцев? Что-то мне это уже напоминает...

Выхожу из ванной.

- Ник, там вещи привезли,- с интересом говорит Леа.

Мы спускается на первый этаж там висит чехол, как я догадываюсь с школьной формой и стопка учебников.

- Форма классная,- замечает Леа.

- Какая-то она простенькая,- Только две рубашки и брюки, даже не брюки, а чёрные чуть узкие джинсы.

- Такую форму носит 3 сорт,- за спиной голос брата. Он скоро мне в кошмарах снится будет,- Те, кто приходят в нашу школу выиграв какие нибудь конкурсы и всякую подобную чушь.

- А разве так можно?-интересуется Леа,- Это ведь разделение учеников.

- Можно. Так директор думает что у нас к ним "особое" отношение будет,- он ухмыляется,- И мы действительно с ними "по другому" обращаемся.

Не нравится мне это, по его интонации не трудно понять, что в 33 я буду белой вороной и надо мной будут издеватся. Я то ладно, уже привык, интересно, а с Эйдом так же будет? Он ведь гордый, не позволит так с собой обращатся.

Все расходятся по своим комнатам, завтра в школу. Кушать особо не хочу поэтому, наверное, пропущу обед и ужин. Учебников много, несколько новых предметов. Ну как сказать несколько... Если физика, астрономия, химия, геометрия, две истории и две литературы это несколько, то мне наверное проще действительно убиться головой об стену, чем всё это пытается догнать. Я ведь в седьмом классе, а не в одиннадцатом.

Школьная форма не замысловата, у остальных она отличается, интересно чем? Но моя состоит из черных джинс, потому что ткань именно такая. И двух рубашек одной чёрной, а второй белой. А так же посеребренная, железная, тонкая пластинка с гравировкой школы. С булавкой на обратной стороне, гравировка такая выпуклая, школу самолично я никогда не видел, но судя по гравировки это какое-то слишком богатое здание.

Примеряю форму. Да честно сказать выгляжу я как пидр! Джинсы хоть не плотно, но прилегают к ногам, черная рубашка тоже, может лучше рукава закатать? Нет, так ещё хуже. Звонок телефона, на дисплее высвечивается "Эйд", пошёл он! Трубку я не беру. Но постоянная мелодия телефона, уже начинает бесить.

- Привет,- его немного хриплый голос и абсолютная тишина вокруг. Не знаю, зачем он это говорит, но молчу, дожидаясь чего-то более вразумимельного,- Почему трубку не брал?- как-то аккуратно интересуется он.

- Не хотел,- грубо, резко.

- Отвлекаю?

- Нет.

- Обижаешься?

- Нет, что ты как я могу обижаться, ты ведь всего лишь меня через столик перекинул, по приказу того типа...

- Это был не приказ!- кричит Эйд,- А просьба,- уже тише.

- А если бы просьба была изнасиловать меня?- как же он меня бесит.

- Не преувеличивай.

- Да пошёл ты! Можешь хоть объяснить мне причину твоего больного поведения?

Долгое молчание, слышно лишь тихое дыхание Эйда.

- Я... Прости меня,- чувствуется сожаление в голосе. Может и правда я слишком сильно преувеличиваю.

- Но, Ник,- снова раздаётся голос парня,- Я буду делать всё что он скажет, даже если во вред себе.

- Ты долбанулся?- что с ним?

- Я задолжал,- его голос становится тихим,- Нам лучше не общатся...

Не успеваю произнести и звука как слышны гудки. Серьёзно? С ним невозможно разговаривать, где-то в голове проносится уже сказанная другом фраза. Он действительно со мной не хочет общаться. Но почему? Новость о его долге вообще вводит в ступор, если бы он со мной делился чаще всем что с ним происходит, то таких бы проблем не возникло. Но в груди неприятно сжимается в комок, наверное это душа, не хочу ссорится с единственным другом. Нужно завтра с ним поговорить.

Складываю учебники в портфель, время от времени поглядывал не расписание, каждый день по 6 уроков. Устав ещё написали, тут всё банально, не пить, не курить, ходить всегда в форме, уроки не прогуливать без весомой на то причине, школьный совет тут ещё прописан, мне он точно в ближайшее время не пригодится. Ибо я буду догонять программу. Так же тут прилагается небольшая карта территории школы, пять корпусов. Два стадиона? Зачем им столько? Бассейн, сад, сквер, этой школе только личного аэродрома и острова не хватает. Так, завтра первым алгебра в 3 корпусе. Ложусь очень рано в 7. Но ещё два часа ворочаюсь в кровати, выбирая удобную позу. За всё время что я здесь сплю кровать никогда не была такой не удобной.

Утро. Понедельник.

Встаю просто спрыгивая с кровати будто опаздываю. Душ, завтрак, глаженная с вечера форма и портфель. Внизу меня уже ждёт брат одетый в бежевое пальто и постоянно поглядывает на наручные часы. Окидывает меня гневным взглядом, подмечая внешний вид.

- Выглядишь как пидр,- жесткая усмешка.

- Без тебя знаю, неужто у вас, как ты выразился "третий сорт" всегда так выглядят?

- Нет, на них она более мужественно смотрится. Обувайся быстрее.

Надеваю кроссовки, теперь я даже на расстояние метра боюсь присаживатся. Только сейчас замечаю. что его форма кардинально отличается, у него белая рубашка по верх пиджак, на отвороте которого виднеется три тонкие вставки золотой полоски и такие же на галстуке и по боку брюк. Честно сказать выглядит очень дорого и стильно, только я себя не комфортно чувствую, между нами не просто пропасть, между нами целая вселенная.

- Скажи Итон,- он переводит взгляд с экрана смартфона на меня,- Неужто я и правда такой жалкий.

Он усмехается.

- Только дошло? Да ты правда жалкий, удивлён что сам до этого дошёл. Но всё таки, с чего такие выводы?

- Даже наша форма, так кардинально отличается, хотя это просто кусок ткани ничего не показывающий,- почему то захотелось забиться в угол.

- Если не хочешь проблем в школе, держись рядом со мной.

- Может мне ещё и поводок надеть?

- Если надо наденешь,- он кидает мне верхнюю одежду.

Выходим на улицу, возле дома стоит серый джип. Стоп! Вроде в прошлый раз иномарка была? Зачем столько денег? Хотя ответ напрашивается сам собой, что бы машины каждый день покупать.

- Поехали,- машина помигивает стоит только нажать брату на кнопку разблокировки.

- Нет, я пешком,- резко разворачиваюсь и быстрым шагом ухожу, не обращая внимание на голос брата за спиной.

Через некоторое время мимо меня проезжает брат на полной скорости. Боже! У этого парня вообще нет скромности.

Дорога длинная, затем ещё и непривычный автобус и маршрут. Но вот я уже стою возле ворот здания под названием моя школа. На парковке одни крутые тачки, старшеклассники с сигаретами во рту показывают свои супер навороченные телефоны. Прохожу мимо, форма действительно отличается, можно разделить её на три типа. Первый тип я видел только у Итона, а вот второй тут часто встречается как парни так и девушки, у них кстати гардероб по разнообразнее и юбки разного вида и длины, но всё придерживаются одного стиля. Серебряные полосы не слишком толстые поэтому если не приглядываться, то можно их и не заметить. Так же можно и не заметить их количество у кого то по две а у кого и одна, реже встречаются персоны с тремя. У Итона были вроде три, но они были ещё и золотыми. Слишком сложно.

Никто на меня внимания не обращает, это и к лучшему. Я неважно себя чувствую с самого утра, неимоверно сильно клонит в сон, а всё что я съел с утра просится наружу. За спиной слышно шептание учеников, мне так дискомфортно, что хочется сквозь землю провалится.

Вокруг очень красиво, деревья, поют птицы, слышен смех ребят. Все корпуса сделаны в одном стиле, всё богато, роскошно. Так мне в третий корпус. Такую чистоту я ещё нигде не видел. Что ещё говорить это же самая дорогая школа. Захожу в класс, чувствую на себе глаз 10 учеников. Ещё одна особенность, это раздельные парты, иду куда-то в конец класса, руки мелко дрожат, слух обострился.

- Ещё один,- кто-то произносит за спиной.

- Когда они уже все сдохнут,- отвечает ему голос.

Сейчас в груди начинает что-то покалывать, я ускоряю шаг и сажусь за последнюю парту. Звенит звонок, никак в нашей школе, он тише в раза два и не трезвонит, а слегка позванивает. В класс заходит учительница, у неё форма чём то похожа на нашу. Очки, высокая прическа и яркая красная помада, такая же яркая как и туфли. Так, алгебра. Из моего учебника по математике, я уже выучил формулы сокращенного умножения.

Но это что такое? На доске появляется тема урока "Определение синуса, косинуса, тангенса и котангенса". Такое я слышал только на геометрии, от сложных и непонятных слов уши готовы свернуться в трубочку.

- Так, Николас,- голос учителя звучит как гром, среди ясного неба,- Выходи к доске.

Ноги стали ватными, а живот неприятно закрутило.

- Я дам тебе задачу попроще. Пиши,- я беру мел и стараюсь писать, но рука предательски дрожит,- Дано: t= пи делённое на два. Найти: cos 2t.

Я стою опустив голову вниз, ждя звонка, который меня спасёт. Но на подсознательном уровне понимаю, что урок только начался. Учительница меня садит на место, прощая на первый раз ахинею, что я написал. Одноклассники ржут, снимая на камеры дорогих игрушек. Остальные три урока проходят так же. Надеваю пальто и иду в столовую, краем глаза замечая Эйда, он стоит, разговаривая с какой-то группой парней, того светлого не вижу, мне становится легче.

- Эйден!- иду я к нему сверля взглядом, я сейчас не в том положении, поэтому все вокруг начинают заливатся от смеха,- Поговорить надо.

Он бросает на меня свой взгляд и нехотя отходит от своей толпы.

- Я думал, что уже всё тебе объяснил,- его венка на лбу выдаёт его нервозность, а в глазах читается злость.

- Не объяснил,- злость я меняю на печаль,- Я помогу вернуть тебе долг, не надо ради этого друзей бросать.

- Каких друзей? А! Ты про себя что ли,- он хватает своей тяжелой рукой меня за затылок,- Ты мне нужен был только что бы конкурс выиграть. А иначе бы с таким пидаром, как ты я бы и близко не стоял. Меня от тебя тошнит. Тогда этим парням надо было тебя до смерти затрахать.

Мир вокруг рушится, это не нож в спину и не плевок в душу. Это контрольный в висок. Убегаю, щеки горят, фантазия начинает работать и представлять всё то чего мне пожелал мой "друг". Меня рвёт, словно желудок выворачивается на изнанку. Так вот значит как! И Эйд оказался не таким уж и другом, каким я представлял. Сижу на лавочке, надо сходить за водой. Мой мир уже дал первые трещины. Ну и пошёл он! Расставатся с людьми мне сложно. Но Эйден не человек, а последняя скотина. На душе отлегло, вот что делают с человеком власть и деньги. Захожу в столовую, цены тут запредельные, в автомат бросаю несколько монет, обычная вода. Уже собираюсь уходить как чувствую, что вокруг столпились люди. Они всё шепчутся, показывая мой позор снятый на уроках.

- Эй, Ник,- слышу знакомый голос, вся толпа замолкает,- Ты где был? Пошли...

Итон стоит весь идеальный, с равнодушным взглядом.

- Хах! Это новая шлюха президента,- в толпе слышен шопот.

- А он наверное решил завести питомца,- шепот начинает нарастать.

- Правильно! Неандертальцев надо манерам учить.

Вот такая одна медаль с двумя сторонами. Либо я посмешище над которым всё издеваются. Либо я хожу рядом с Итоном и меня никто не трогает, но зато я прославлюсь как личная шлюха этого урода. Не хочу!

- Простите?- включаю дурочка обращаясь к брату, которой терпеливо ждёт,- Вы наверное обознались.

Его губы раскрываются в улыбке, такой знакомой. Он подходит ближе.

- Видимо и правда обознался,- он разворачивается щелкая пальцами,- Ребята он ваш!

Ко мне подходят два парня хватают меня за локти и тащит куда-то. Приволакивают они меня в спортзал. Тут ни единой души, привязывают меня на крюку руками вверх, сопротивляться не вижу смысла, так только больше изобьют, а получать по синякам больнее.

- И чего вам надо?- интересуюсь я в них.

- Нам ничего,- отвечает один, голос кажется знакомым.

- А вот Итону что-то нужно мы будем тебя пытать до тех пор пока ты это не отдашь,- отвечает второй. Минет ему нужен, вот пусть сам себе его и делает. А я не буду маратся.

- Меня кстати Мэтт зовут,- говорит шатен с идеально ровными зубами,- А это Скотт,- показывает он на другого парня с недовольным взглядом, они чем-то похожи, хоть у Скотта и светлые волосы.

Слышны шаги, неспешные, разменянные. Хоть бы это был учитель, должен был хоть кто-то увидеть, что меня силой тащат в куда-то. Но это оказывается парень, с белыми волосами. Это ведь тот самый, которого я видел в автобусе. Сейчас его выдаёт только светлые волосы, свисающими недлинными тонкими прядями. Зеленые глаза и лабретка на губе в виде серебряного кольца. На его лице сожаление.

- О, Кай,- произносит Мэтт,- Что Итон сказал?

- Сделать всё, в рамках приличного, конечно, что бы он ему кое что дал,- он походит ближе. И рассматривает моё беспомощное положение. Его Кай зовут? Но этого имени я не знаю и с самим парнем незнаком, тогда почему такое чувство, что его где-то видел, даже ещё до того как встретил в автобусе. Может у меня дежавю?

- Может по-хорошему?- он наклоняет голову на бок. В голове возникли картины, того чего хочет от меня Итон, меня начало тошнить.

- Да я лучше сдохну,- выплёвываю я.

- Хорошо, мы тебе это устроим,- он как-то печально на меня смотрит. У меня начинают затекать руки.

- Я первый,- раздаётся низкий голос Скотта.

Вижу его замах левым кулаком и чувствую острую боль в пояснице, хорошо запомнил как мне кто-то рассказывал, что удар по почкам очень болезненный.

- Ты такой кровожадный,- хихикает Мэтт, в глазах двоится, руки сильно затекли. Я сейчас в качестве груши у этого парня, ещё пару ударов по тому же месту и дыхания стало не хватать. Пытаюсь внушить себе, что я смогу, что всё будет хорошо. На удивление не хочется плакать, видимо, эта боль отбила естественные позы организма и перешёл только за защиту.

- Снимайте его,- раздаётся голос Кая, думаю что встану на ноги, но они отказываются слушатся и под весом тела я просто плюхаюсь на холодный пол.

- Ну что?- вижу нечёткое очертание беловолосого,- Может отдашь?

Доходит не сразу, потом вспоминаю. Зачем Итон им это наплёл, что не может признать, что хочет минет от парня? Я усмехаюсь.

- Ну значит теперь я,- после голоса Мэтта, чувствую удар в живот, органы будто бы разрывает. А потом ещё и ещё, о тех пор пока не начинаю кашлять кровью. Пытаюсь встать, но глаза накрывает пелена.

Глаза открываются, всё та же боль я уже не чувствую своего тела. Прихожу в себя от ледяной воды, меня крупно трясёт, воздуха не хватает. Мэтт и Скотт в отрытую ржут. Оглядываюсь вокруг, я в душевой. Пытаюсь отползти и по кафелю встать, но руку сильно тянет, я не чувствую ни единой клеточки своего тела. Лишь боль.

- Ну что пришёл в себя?- Скотт закуривает сигарету.

- Видимо, да,-подмечает Мэтт, не могу слышать их голоса от них тошнит,- Ну ладно уже поздно, пошли.

Они уходят продолжая громко смеятся, я остаюсь наедине своего тела, которое не хочет меня слушать. И под прицелом кошачьих зелёных глаз. Кай сидит на стуле положив ногу на ногу. Что ему ещё нужно? Делаю несколько попыток встать, но падаю ударяясь о кафельный пол. В конце концов приняв сидячее положение, смотрю на свои руки они мелко трясутся, всё что до запястья красное, а сама кисть тёмно фиолетового цвета. Меня бросает в ужас, я от шока и острой боль не могу пошевелить и пальцем.

- Я помогу,- вижу как руки Кая обхватывают мои пальцы. Выдёргиваю их и от боли тут же стону.

- Руки свои убрал,- оказывается говорить тоже больно. Пытаюсь встать

- Я помочь хочу,- это что новый метод издевательства?

- Уже помог,-встать всё таки получается, но меня не хило так мотает. Хорошо, что могу облокотится о стену. Меня всего пробирает озноб я сильно замёрз. Он смотрит на меня, видеть его выше моих сил. Делаю неспешные шаги, поскальзываюсь и падаю на пол, меня будто бы оглушает. Кай повисает надо мной.

- Я же волнуюсь,- его голос тихий. Зачем это лицемерие?

- Обойдусь и без твоего сострадания.- встаю и иду вон из школы, по дороге нахожу портфель и верхнюю одежду. Охранники странно на меня смотрят. На крыльце стоит опять знакомая фигура, при виде меня он тушит сигарету.

- Я понимаю ты меня ненавидишь,- Кай идёт за мной.

- Это мягко сказано,- раздраженно отвечаю я. Надоел уже,- Просто скажи чего ты от меня хочешь?

- Отдай Итону то что ему нужно, он всё равно добьётся это, рано или поздно. Просто тебя может оставить калекой.

- Тебе то какое дело,- температура на улице упала на несколько градусов. Я промёрз будто весь до костей,- Тебе мои мучения удовольствия приносят.

- Нет, это не так,- он говори резко, касаясь моего плеча. Острая боль раздаётся по телу,- Прости я забыл. Тебе надо к врачу.

- Отстань от меня пожалуйста,-выдыхаю я, продолжая свой путь,- Мне и так плохо, а ещё ты тут.

Парень ничего не говорит, лишь молча разворачивается и уходит. Сажусь на автобус, солнце уже давно село. На негнущихся ногах дохожу до дома. На пороге меня встречает недовольный взгляд брата, он что-то возмущенно говорит, в ушах гул, я просто падаю, уже приготовясь к удару от твёрдого пола, но меня будто берут в объятья.

Прихожу в себя на большой кровати, раздетый до трусов и накрытый одеялом. По запаху комнаты догадываюсь, что это хоромы Итона. Вся она в тёмных тонах. Разглядывать её нет ни сил, ни времени. Чувствую на теле бинты и пластыри. А голова слегка влажная. И зачем это? Зачем это позёрство, с начало приказал избить, теперь помыл, раны обработал. Ненавижу его! Всей душой. Чувству как прогибается кровать, специально закрываю глаза. Большая ладонь опускается на лоб, он буквально говорит, что знает что я не сплю. Открываю глаза. На кровати сидит брат, с полотенцем на бедрах и мокрыми волосами. Позже замечаю его голой торс, отвожу взгляд.

- Как себя чувствуешь?- его голос без сострадания. Он даже не сожалеет о том что сделал,- До сих пор дуешься?

- Зачем ты меня сюда притащил? Думаешь мало издевательств?

- Ребята переборщили,- он куда то уходит и тушит свет возвращаясь ко мне и ложась рядом на кровать. Пытаюсь встать, но сил не хватает. На грудь опускается тяжелая рука.

- Куда собрался?- его шепот на ухо и горячая ладонь у меня на груди водит в ступор.

- В комнату,- сглатывая, произношу я.

- Я тебя не отпускал,- он сгребает меня в охапку самовольно погребая под себя. Стону от боли.

- Я не хочу тебе делать больно,- продолжает парень,- Но если ты не согласишься, то каждый день тебя будут избивать, а каждую ночь я буду до тебя домогаться. Тогда посмотрим сколько ты вытерпишь.

Стону про себя. Ладонь Итона начинает поглаживать грудь постепенно переходя на торс, она ползёт всё ниже. С трудом поднимаю свою руку и хватаю парня за предплечье. Он начинает опять всё сначала, но остановив его раза два, он успокаивается и я слышу тихое сопение. Кое как выползаю из кровати и выпив целую горсть таблеток ложусь спать уже в свою кровать. Ибо провести ночь с этим ублюдком я не смогу.