1 серия. Растраченный потенциал

POV Кейси.

Прошло ещё немного времени. Достаточно, чтобы шрамы от битв затянулись, а воспоминания о тьме перестали быть такими острыми. Я часто думаю о том, как много изменилось с тех пор, как я впервые ступила на эту землю, потерянная и напуганная, уверенная, что для меня всё кончено. Как же я ошибалась.

После того как Гармадон вернулся на светлую сторону, после того как его память и его суть были исцелены — не магией, а любовью и прощением — он не ушёл в изгнание. Он остался. Присоединился к ниндзя. Поначалу это было странно — видеть Тёмного Лорда, сидящего с чашкой чая в компании тех, кого он когда-то хотел уничтожить. Но время и общее дело творят чудеса. Он сражался рядом с нами, плечом к плечу, и каждый его поступок доказывал, что чудо возможно.

Мастер Ву тоже обрёл свой настоящий возраст не сразу. Мы искали способ, перебирали древние свитки, советовались с Сайрусом Боргом. В итоге помогло не одно, а всё сразу — магия времени, которую мы смогли направить в нужное русло, и, конечно, помощь Гармадона. Братья воссоединились. Ву снова стал мудрым, седым старцем, но в его глазах теперь горела ещё более глубокая благодарность за подаренные ему годы.

Мы думали, что самое страшное позади. Но я, зная, чем всё должно было кончиться по канону, всё равно надеялась, что нам удастся избежать битвы с Они. Я ошиблась. Равновесие — тонкая штука. Когда Гармадон стал добрым, чаша весов качнулась слишком сильно. Тьма, почувствовав это, потянулась к миру живых, чтобы заполнить пустоту. И Они пришли.

Это была не та битва, которую я ожидала. Не долгая и изнурительная. Наша команда — ниндзя, Гармадон, я и даже маленький, но уже окрепший духом Ву — встретила тьму на границе миров, в первом мире Они и Драконов, куда мы всё-таки попали, хотя очень на это не рассчитывали. Мы сражались единым целым. И когда тьма почти поглотила нас, мы соединили наши силы в одном ослепительном торнадо — кружитцу творения, к которому присоединилась даже моя вселенская энергия. Мы не уничтожили тьму. Мы заставили её отступить.

И в тот самый момент, когда портал схлопнулся, Ллойд… он чуть не ушёл с ним. Я видела, как его силуэт замерцал на грани. Как из серебряной дымки возникла фигура Первого Мастера Кружитцу, нашего далёкого предка, и протянул ему руку. Ллойд почти коснулся её. Я знала: если он сделает это — он отправится в иной мир, в вечный покой, которого заслуживал, но который был бы для нас всех невосполнимой потерей.

— Ему нужно ещё жить! — крикнула я, и мой голос, усиленный силой вселенной, прозвучал как приказ самой реальности. — Наступают новые времена, Первый Мастер! Он нужен здесь!

И Первый Мастер услышал. Его мудрые глаза, похожие на звёзды, посмотрели на меня, на Ллойда, на наших друзей. Он улыбнулся — той улыбкой, что дарует благословение — и растворился в свете, унося с собой портал. Ллойд рухнул на колени, живой, дышащий. Наш.

После этого наступило затишье. Настоящее, долгожданное. Никаких пророчеств, никаких армий на горизонте, никаких масок, зовущих из темноты. Только бескрайнее небо над Ниндзяго, только смех, доносящийся из бара Дарета, только тренировки по утрам и долгие вечера, когда мы просто сидим все вместе и никуда не спешим.

Я стою на палубе «Дара Судьбы», который снова парит над облаками, и смотрю, как Джей пытается научить Коула играть на гитаре (безуспешно), как Ния и Кай спорят о том, чей сегодня черёд мыть палубу, а Зейн с присущей ему педантичностью составляет график уборки на месяц вперёд. Ллойд подходит ко мне сзади и обнимает за плечи, утыкаясь носом в мои волосы. Маленький Ву, теперь уже не малыш, но всё ещё помнящий то время, когда его носили на руках, сидит на коленях у Гармадона, и они о чём-то тихо беседуют. Мисако принесла чай.

Всё хорошо. Всё наконец-то хорошо.

Я не знаю, что ждёт нас впереди. Знаю только, что какие бы бури ни грянули, мы встретим их вместе. А пока — можно просто дышать. И быть счастливой.

***

Харуми так и осталась за решёткой. После того как её поймали во второй раз, я не собиралась рисковать снова. Никаких побегов, никаких «случайных» освобождений. Я дождалась, пока шум вокруг её ареста утих, и нанесла визит начальнику тюрьмы Криптариум. Разговор был коротким и предельно ясным.

— Я знаю место, где она точно не сбежит, — сказала я, глядя ему прямо в глаза. — И это не ваша тюрьма.

Он не стал спорить. Наверное, понял по моему взгляду, что это не просьба. И я перевезла Харуми в единственное место, где она больше никогда не увидит света — в темницы под моим замком, в моём родном мире, в моём королевстве Бесконечность. Там, глубоко под землёй, где даже звёздный свет не проникает сквозь магию веков, находятся камеры для самых опасных преступников. Но главное — не стены и не цепи. Главное — сама магия вселенной и магия равновесия, которые обитают в этих стенах. Они не просто заключают тело. Они заключают суть, намерение, саму волю к побегу. Харуми больше не вырвется. Никогда. Я позаботилась об этом.

И после этого… наступило затишье.

Настоящее, долгое, почти невыносимо спокойное затишье. Оно длилось почти год. Ни битв, ни вторжений, ни пророчеств о конце света. Ничего. Только бескрайнее небо над монастырём, только редкие облака, проплывающие над головой, и тишина, в которой можно было услышать, как растёт трава.

И ниндзя… расслабились. Слишком сильно. Я смотрела на них и не узнавала тех, кто когда-то сражался плечом к плечу с богами и демонами.

Джей и Кай окопались в гостиной перед огромным экраном. Они играли в видеоигры с утра до ночи, перекрикиваясь и обзывая друг друга, а между раундами поглощали горы чипсов и пиццы. Коул, который всегда был самым выносливым, теперь проводил дни на диване, лениво переключая каналы и потягивая газировку. Ния забросила тренировки и часами зависала в социальных сетях, лишь изредка поднимая голову, чтобы огрызнуться на брата. Даже Зейн — наш идеальный, дисциплинированный Зейн — стал позволять себе «режим ожидания», застывая в кресле на несколько часов подряд с закрытыми глазами. Он говорил, что «оптимизирует энергопотребление», но мы-то видели — он просто дрейфует.

Только мы с Ллойдом остались верны себе. Каждое утро, пока остальные досматривали сны или доедали вчерашние остатки, мы выходили на тренировочную площадку. Мы тренировались, спарринговали, оттачивали приёмы. А после — просто гуляли, держась за руки, по окрестностям монастыря, разговаривали ни о чём и обо всём сразу.

Да, мы уже давно не скрывали наших отношений. Официально. Открыто. Я больше не была «девушкой Ллойда, о которой все догадываются, но никто не спрашивает». Я была его девушкой. Его партнёром. И каждый раз, когда он смотрел на меня, я видела в его глазах не только любовь, но и благодарность за то, что я осталась.

Я была счастлива, что наконец рассказала ниндзя всю правду о себе. Страх, годами сидевший во мне, растворился, как утренний туман. Я познакомила их со своей семьёй — с братом, который оказался выше меня на голову и обладал заразительным смехом, с сестрой, чья мудрость соперничала с мудростью Ву, с родителями — Королём и Королевой Вселенной, которые приняли моих новых друзей с таким теплом, будто знали их всю жизнь.

Каори, моя верная кошка-ниндзя, больше не была нужна как телохранитель. Я сама стала достаточно сильной, чтобы защитить себя. И мы обе это понимали. Она ушла — в свой родной мир, в свой измерение, к своим обязанностям. Но перед уходом она долго тёрлась о мои ноги, мурлыча что-то на языке, понятном только нам двоим. А потом посмотрела на меня своими изумрудными глазами и мысленно произнесла:

— «Я буду навещать тебя, хозяйка. Ты всегда будешь моей подругой».

Я погладила её напоследок и улыбнулась. Всё было правильно. Всё шло своим чередом.

Затишье… оно было благословением. Но где-то глубоко в душе я знала — ничто не длится вечно. Даже мир. И когда ветер снова переменится, мы должны быть готовы. Я — буду готова. А остальные? Посмотрим, успеют ли они оторвать свои задницы от диванов, когда настанет час.

***

Сегодня был один из тех дней, когда время словно застыло. Солнце лениво катилось по небу, и даже ветер, казалось, задремал в кронах деревьев. В гостиной монастыря царил привычный уже уютный хаос.

Кай, Ния и я с Ллойдом расположились на диване, наблюдая за тем, как Коул штурмует очередной уровень в игре, где его персонаж — здоровенный варвар — крушил всё на своём пути. Пальцы Коула двигались по контроллеру с неожиданной для такой махины лёгкостью.

— Ещё немного… ещё чуть-чуть… — бормотал он, подаваясь вперёд.

На экране загорелась надпись: «Новый рекорд!»

— ДА! — Коул вскинул руки, чуть не отправив контроллер в полёт. — Я сделал это! Я побил рекорд Зейна!

Джей, который до этого валялся на другом диване, подскочил как ошпаренный.

— Зейн! Зейн, ты должен это видеть! — закричал он и выбежал из комнаты. Через минуту он вернулся, таща за собой мастера льда, который с невозмутимым видом нёс книгу.

— Я был в процессе изучения исторических хроник, — спокойно заметил Зейн. — Что случилось?

— Твой рекорд! Коул его побил! — Джей тыкал пальцем в экран.

Зейн подошёл, изучил цифры на экране, затем перевёл взгляд на Коула. В его глазах мелькнуло что-то вроде уважения.

— Впечатляюще. Поздравляю, Коул.

Коул расплылся в довольной улыбке.

— Что ж, после такой победы нужно отдохнуть по-королевски. Джакузи, народ! Кто со мной?

Кай тут же вскочил.

— Я! После трёх часов сидения у меня спина затекла.

Ния вздохнула, но тоже поднялась.

— Ладно, почему бы и нет.

Джей уже натягивал куртку.

— Бегом!

Я переглянулась с Ллойдом. Он едва заметно покачал головой. Я понимала его без слов.

— Мы, пожалуй, пас, — сказал Ллойд. — Вы идите.

— Что? — Кай уставился на нас. — Вы чего, боитесь воды?

— Не воды, — спокойно ответила я. — Мы боимся того, что будет, когда два сенсея увидят, как вы превратили священный колокол в гидромассажную ванну.

Кай отмахнулся.

— Да ладно, они же в городе! Не узнают!

Мы с Ллойдом переглянулись и синхронно вздохнули. Но спорить не стали. Ниндзя, галдя и толкаясь, вывалились из гостиной, а мы направились на кухню.

Я открыла морозилку и достала два стаканчика мороженого — ванильное для Ллойда и шоколадное для себя. Мы уселись за стол и прислушались. Тишина. А потом…

— ЧТО ВЫ ДЕЛАЕТЕ?! — голос Ву прозвучал так, что, казалось, стёкла задрожали.

— ЭТО ЖЕ СВЯЩЕННЫЙ КОЛОКОЛ! — присоединился Гармадон, и его голос был полон такого праведного гнева, что мы с Ллойдом замерли с ложками на полпути ко рту.

Из коридора донеслись возмущённые возгласы ниндзя.

— Ну сенсей, мы просто расслабляемся!

— Вода чистая, мы ничего не повредили!

— Ну подумаешь, колокол, он же древний!

— ТИШИНА! — рявкнул Гармадон. И это уже был не голос старого мудреца. Это был голос того, кто когда-то был Тёмным Лордом. Голос, заставляющий кровь стынуть в жилах.

Раздался глухой, мощный гул. Колокол содрогнулся — я почувствовала вибрацию даже на кухне. Ллойд, с мороженым в руке, подошёл к окну и выглянул. Я встала рядом.

Внизу, у джакузи, стоял Гармадон. Его глаза ещё горели остаточным свечением силы разрушения, а кончики пальцев дымились. Ву, чуть поодаль, смотрел на брата с выражением гордости и одобрения. Ниндзя, мокрые и перепуганные, вылезли из колокола и стояли, вжав головы в плечи.

— Ждём вас в главном зале. Сейчас же, — ледяным тоном произнёс Гармадон и развернулся.

Они ушли, а ниндзя остались стоять, как нашкодившие котята.

Ллойд посмотрел на меня. Я посмотрела на него. Мороженое в моей руке начинало таять.

— Думаешь, нам туда тоже? — тихо спросил он.

Я поставила стаканчик на стол.

— Боюсь, что да. Если мы не придём, они решат, что мы тоже там были. И тогда… — я не договорила.

Ллойд кивнул и тоже отложил мороженое.

— Пошли. Но я хочу, чтобы ты знала… я предупреждал их.

— Я знаю. — Я взяла его за руку. — И я тебя люблю. Даже если сейчас нам предстоит выслушивать лекцию о святости антикварных колоколов.

Мы вышли из кухни и направились в главный зал. Впервые за долгое время затишье закончилось. И закончилось оно не битвой с монстрами, а битвой с разгневанными сенсеями. Что, честно говоря, было даже страшнее.

***

Мы с Ллойдом вошли в главный зал, и картина, представшая перед нами, была… сюрреалистичной. Ниндзя уже были там. Коул и Кай стояли в одних плавках, их мокрые волосы торчали в разные стороны. Джей, прикрываясь полотенцем, выглядел так, будто хотел провалиться сквозь землю. Зейн, к счастью, успел накинуть кимоно, а Ния, закутанная в большое махровое полотенце поверх купальника, сверкала глазами из-под мокрой чёлки.

— Всё, нам крышка, — прошептал Джей, когда шаги сенсеев раздались в коридоре.

— Да ладно, — отмахнулся Кай. — Подумаешь, искупались.

Коул кивнул.

— В конце концов, колокол цел.

Ния только закатила глаза.

Двери распахнулись, и Ву с Гармадоном вошли одновременно. Их лица были каменными. Несколько секунд они просто смотрели на своих учеников — мокрых, растрёпанных, одетых явно не для торжественной аудиенции.

— Вы… вы вообще кто такие? — начал Ву, и его голос дрожал от сдерживаемого гнева. — Вы ещё называете себя ниндзя?

— Вы обленились, — добавил Гармадон, и его голос был низким и тяжёлым. — Вы расслабились. Вы стали похожи на дряхлых стариков, которые только и ждут, когда их уволят на покой.

— Сенсей, ну хватит, — проворчал Коул. — Я не хочу слушать замечания о личных недостатках.

Ву и Гармадон переглянулись. А затем Ву сделал шаг вперёд и рявкнул так, что стёкла задребезжали:

— ЗАТКНУЛИСЬ!

Тишина стала абсолютной.

— За это время, — продолжил Гармадон, и его голос теперь звучал спокойно, отчего становилось ещё страшнее, — только двое из вас продолжали тренировки. Только двое не потеряли форму. Кейси и Ллойд. Они тоже отдыхали, но они не превратились в ленивых медуз, как вы.

Кай попытался что-то возразить, но Ву поднял руку.

— Сейчас я расскажу вам историю. О монахах, которые благодаря ежедневным тренировкам стали настоящими ниндзя. Их было пятеро, как и вас. И они тоже однажды расслабились. И тогда их сенсеи применили… первый способ.

— Что за способ? — не удержался Джей.

— Увидите, — загадочно ответил Гармадон.

Они вышли из зала и через минуту вернулись, неся большой, окованный железом ящик. Внутри что-то грохотало, гремело, а из щелей пробивался странный синий свет.

Ву и Гармадон поставили ящик в центре зала, молча развернулись и вышли, закрыв за собой двери.

— И что это? — спросила Ния.

— Не знаю, но мне не нравится, — ответил Кай.

Джей подошёл к ящику и приложил ухо.

— Тихо… вроде…

В этот момент крышка ящика с грохотом отлетела в сторону. Мы все инстинктивно отшатнулись.

На полу сидела курица. Обычная курица. С глупым взглядом и взъерошенными перьями.

На секунду воцарилась тишина. А потом все засмеялись.

— Это… это шутка? — Коул схватился за живот. — Сенсеи заперли курицу в ящике?!

— Может, это символически? — предположил Зейн. — Курица как символ трусости?

— О господи, — выдохнул Кай. — Я думал, там бомба или что-то такое.

Но смех застрял у меня в горле. Я почувствовала это раньше, чем увидела. Курица… начала светиться. Сначала слабо, потом всё ярче. Синий свет залил зал, а затем из курицы ударили молнии. Настоящие, хлёсткие, болезненные молнии.

— АААА! — заорал Джей, когда разряд угодил ему в зад.

Курица с боевым клёкотом бросилась на ниндзя. Это была не птица. Это был монстр в перьях. Молнии били во все стороны, заставляя нас прыгать, уворачиваться и кататься по полу.

Я не стала полагаться только на свою силу. Моя вселенская интуиция заработала на полную мощность. Я предугадывала каждый следующий разряд, каждый бросок этой бешеной птицы, и успевала отдёргивать Ллойда в сторону за секунду до удара.

— Сюда! — крикнула я, уводя его за колонну. — Она не видит нас за ней!

Мы начали действовать как команда. Я направляла, Ллойд отвлекал, Кай и Ния заходили с флангов, а Коул и Джей, превозмогая страх, накрыли курицу сверху тяжёлым ковром. Зейн, с невозмутимым видом, надел на неё сверху ящик.

Всё закончилось так же внезапно, как и началось. Синий свет погас. Из-под ковра донеслось жалобное кудахтанье. Мы стояли, тяжело дыша, потные и израненные мелкими электрическими ожогами.

Двери открылись. Ву и Гармадон вошли, и на их лицах не было ни тени удивления.

— Что ж, — сказал Ву. — Вы справились. Быстро. Ловко.

— Но это была лишь проверка, — добавил Гармадон. — Мы придумаем способ, как вы докажете свою храбрость и полную готовность. Не расслабляйтесь.

Ниндзя переглянулись в замешательстве. Никто ничего не понял. Только я, глядя на довольные лица сенсеев, почувствовала холодок в спине.

— «Они не шутят, — поняла я. — Это только начало. Ловушки будут по всему монастырю. И мы должны быть готовы ко всему».

Я взяла Ллойда за руку и шепнула ему на ухо:

— С сегодняшнего дня спи в кимоно. И не наступай на коврики. Они определённо что-то задумали.

Ллойд посмотрел на меня с ужасом.

— Ты думаешь?

— Я знаю.

И мы ошиблись только в одном: задумано было гораздо больше, чем мы могли себе представить.

***

Весь следующий день превратился в настоящий кошмар для ниндзя. Ву и Гармадон, словно два садиста-изобретателя, усеяли монастырь ловушками. Их было невозможно предугадать. Каждый шаг, каждое движение таило опасность.

Кай, вышедший утром за чаем, провалился в люк, замаскированный под половицу. Его вытаскивали оттуда полчаса, и всё это время он ругался так, что стены дрожали. Джей, попытавшийся сократить путь через сад, получил дротиком в мягкое место и бегал по двору, пытаясь понять, откуда прилетел снаряд. Коул застрял на крыше после того, как наступил на хитрую механическую пластину — она выбросила его вверх, и он повис на флагштоке, беспомощно дрыгая ногами. Ния угодила в сеть-растяжку, спускаясь по лестнице. Даже Зейн, с его аналитическим умом, не смог избежать участи — он перешагнул через одну ловушку, но активировал другую, и его накрыло ведром с холодной водой.

Только я оставалась неуязвимой. Моя вселенская интуиция работала на пределе, позволяя чувствовать опасность за секунду до того, как она возникала. Но этого было недостаточно. Я использовала кое-что ещё. Бьякуган. Я активировала его в самые опасные моменты, и моё зрение пронзало стены, полы и потолки, позволяя видеть каждую ловушку, каждую растяжку, каждый скрытый механизм. Ву и Гармадон даже не догадывались, что их сюрпризы для меня были как на ладони.

А Ллойд… Ллойд поступил гениально. Или, как я это называла, по-читерски. Он просто не выходил из своей комнаты. А если всё же нужно было попасть в город, он не спускался по лестнице и не шёл через двор. Он открывал окно, прыгал вниз и прямо в полёте призывал своего дракона. Несколько часов он проводил в городе — пил кофе, читал новости, просто гулял. А потом писал мне сообщение: «Я в «Кофейне у моста». Присоединишься?». И я, ловко обойдя очередную ловушку, тоже оказывалась в городе. Мы сидели вдвоём, пили латте и чувствовали себя самыми умными людьми в Ниндзяго.

К концу дня остальные ниндзя были разбиты. Физически и морально.

— Это унижение, — простонал Джей, сидя на полу в гостиной. — Я больше не могу. У меня всё тело в синяках.

— Я боюсь наступать на любую плитку, — добавила Ния, поджимая ноги в кресле.

— Мы должны что-то сделать, — сказал Кай. — Мы не можем позволить им так нас… так нас…

— Унижать, — закончил за него Коул. — Да, не можем.

Зейн, мокрый и взъерошенный, кивнул.

— Я провёл анализ. Наша текущая стратегия неэффективна. Мы слишком расслабились за последний год. Нам нужно доказать сенсеям, что мы всё ещё чего-то стоим.

***

На следующее утро мы все собрались во дворе. Ву и Гармадон стояли у старого колокола, и на их лицах не было и тени улыбки.

— Сенсеи, — начал Кай, стараясь говорить твёрдо. — Есть другие способы доказать нашу силу? Потому что эти ваши… тренировки… это просто издевательство.

Ву задумчиво погладил бороду.

— Другие способы? Хм. Хорошо. Я сделаю исключение. Вы можете сразиться со мной.

Ниндзя переглянулись. А потом засмеялись.

— Сенсей, ну серьёзно? — ухмыльнулся Кай. — Вы же… ну… немножко староваты для спарринга.

Гармадон сделал шаг вперёд, и его глаза сверкнули.

— Старость не влияет на силу. Мы по-прежнему способны на многое. Гораздо большее, чем вы думаете.

— Ладно, — пожал плечами Джей. — Но нас пятеро. Плюс Кейси и Ллойд. Семеро против одного. Это нечестно.

— Это ваши проблемы, — холодно ответил Ву. — Нападайте.

Что началось дальше, я буду помнить долго. Ву двигался как призрак. Он не атаковал — он танцевал между нами, уклоняясь от ударов, которые мы даже не замечали, как наносим. Кай выпустил стену огня — Ву прошёл сквозь неё, даже не обгорев. Джей попытался ударить молнией — Ву исчез и появился у него за спиной, легонько толкнув, отчего Джей кубарем покатился по земле. Коул обрушил на него камни — Ву просто шагнул в сторону, и камни разлетелись впустую. Ния атаковала водой — Ву рассек поток рукой и продолжил движение, как ни в чём не бывало. Зейн попытался заморозить его — Ву выскользнул за секунду до того, как лёд сомкнулся.

Ллойд и я стояли в стороне, наблюдая. Мы не вмешивались. Не потому, что не хотели. А потому, что понимали — это их битва. Их урок.

Через три минуты все пятеро лежали на земле, тяжело дыша и не веря своим глазам.

— Как… — прошептал Кай. — Как вы это сделали?

— Тренировки, — коротко ответил Ву. — Ежедневные. Многие годы. Вы же забросили их всего за один.

Он поднял руку, и из-за угла выбежала та самая курица. Синяя, сверкающая, зловещая. Она смотрела на поверженных ниндзя с явным намерением добить.

— Нет, только не она… — простонал Джей.

— Вы проиграли, — сказал Гармадон. — А за поражение полагается наказание.

Курица бросилась вперёд. Разряды молний засверкали во дворе. Крики ниндзя разнеслись по всему монастырю.

— ААААА! ОТСТАНЬ!

— НЕ НАДО! НЕ НАДО!

— Я БОЛЬШЕ ТАК НЕ БУДУ!

Ллойд взял меня за руку и тихо сказал:

— Может, вернёмся в город?

Я посмотрела на корчащихся от ударов током друзей и кивнула.

— Определённо.

Мы развернулись и ушли через заднюю калитку, пока Ву и Гармадон не заметили, что двое «учеников» сбежали с урока. Иногда быть читером — это не стыдно. Это просто… стратегически выгодно.

Продолжение следует…