Глава 7. Старый каток

У старого катка она не была два года.

Муниципальная арена в спальном районе, где когда-то тренировалась её детская команда. Обшарпанные стены, вечно текущие краны в раздевалках, лёд, который заливали кое-как. Но здесь пахло домом.

Джейден ждал у входа. Без формы, в обычной толстовке и джинсах.

- Ты хотел показать мне это? - спросила Эмилия.

- Я хотел, чтобы ты увидела, где я начинал.

Он провёл её внутрь. Арена была пуста - воскресное утро, только уборщик возил машинку по бортам.

- Я приехал сюда в четырнадцать, - сказал Джейден. - После того, как Остин попал в аварию. Денег на платную секцию не было. Здесь занимались бесплатно, если помогал заливать лёд.

Он остановился у борта.

- Тренером был дядька лет шестидесяти, бывший монтёр. Он сказал: «Коньки у тебя паршивые, катаешься как пингвин, но шайбу чуешь. Оставайся».

- И ты остался.

- И я остался. Три года. Каждое утро в пять утра, пока отец был на смене. Я заливал лёд, потом тренировался, потом бежал в школу. - Он усмехнулся. - Думал, что если буду достаточно хорош, смогу вытащить нас.

- Ты вытащил.

- Не до конца. Остину нужна ещё операция. И мне нужно попасть в основной состав после выпуска, чтобы потянуть лечение.

Эмилия смотрела на него и понимала: вот она, настоящая причина. Не слава, не деньги, не место в сборной. Просто любовь к брату.

- Ты справишься, - сказала она.

- Откуда такая уверенность?

- Потому что ты Джейден Хосслер. Ты тащишь с пяти утра с четырнадцати лет. Ты не умеешь сдаваться.

Он повернулся к ней.

- А ты? Ты сдалась?

Она замерла.

- Когда я порвала кресты, врач сказал: год восстановления. Я думала - год, потом вернусь. Но каждый день без хоккея был как нож. Я смотрела на коньки и чувствовала только боль. Не физическую. Другую.

- И ты перестала смотреть.

- Я перестала жить. Просто существовала. Училась, работала в газете, делала вид, что мне всё равно. - Её голос дрогнул. - А потом появился ты. И я не смогла делать вид.

Джейден шагнул ближе.

- Я не замена тебе, Эмилия. Я никогда не смогу занять твоё место.

- Я знаю. Теперь знаю.

- Тогда что ты будешь делать?

Она посмотрела на лёд. Пустой, залитый, ждущий.

- Я не знаю, буду ли когда-нибудь снова играть. Но я хочу быть здесь. В хоккее. Не на трибуне, не за объективом. Внутри.

- Ты уже внутри.

- Я хочу тренировать. - Она сказала это и выдохнула. - Я хочу учить детей тому, что умею. Хочу, чтобы они не боялись ошибаться. Хочу быть тем тренером, которого у меня самой никогда не было.

Джейден смотрел на неё так, будто она только что сделала самый красивый гол в его жизни.

- Тогда тренируй.

- Это страшно.

- Я знаю.

- А если не получится?

- Получится. - Он взял её за руку. - Потому что ты Эмилия Грейс. Ты не сдаёшься. Ты просто забыла.

Она сжала его пальцы.

- Когда ты стал так хорошо меня знать?

- С того момента, как ты бросила мне шайбу прямо в клюшку. Я тогда подумал: эта девушка видит меня насквозь. И я захотел увидеть её.

- Увидел?

- Нет. - Он улыбнулся. - Ты слишком сложная. Но я продолжаю пытаться.

Она не выдержала. Потянулась к нему сама.

Поцелуй на пустой арене, под светом старых прожекторов, пахнул льдом и надеждой.

---Конец седьмой главы