38

Вечером, когда Ева уже закрылась в своей комнате, Влад и Дарина сидели на кухне, пили чай и обсуждали последние события. Влад выглядел задумчивым, но на лице его блуждала гордая улыбка.

— Ты не представляешь, что она вытворяет, — сказал он, отпивая из кружки. — Я дал ей простое задание — свести пару таблиц, проверить контакты. Она сделала это за час. Я думал, она где-то ошиблась, перепроверил — всё идеально. Потом дал ей немного сложнее — она разобралась и сделала с пояснениями, на которые я даже не намекал. Дарина, она не просто выполняет — она понимает логику процессов, видит структуру.

Дарина улыбнулась, но в её глазах читалось удивление:

— Ты серьёзно? Она ведь никогда не училась бизнесу.

— Я знаю. Но она просто берёт и делает. Я уже ей доверяю небольшие расчёты, переписки с партнёрами по мелочам, она сама предлагает варианты решений. И знаешь, что самое смешное? Она говорит: «Пап, я всё поняла, дай пару минут, я сделаю». И правда делает. Я даже не успеваю объяснять, она уже догадывается.

Дарина покачала головой, чувствуя, как внутри поднимается гордость за дочь, смешанная с лёгкой тревогой:

— Но ведь скоро экзамены. Ей нужно готовиться, а она, получается, работает чуть ли не на полставки.

— Я тоже об этом думал, — серьёзно кивнул Влад. — Спрашивал её пару раз, не мешает ли ей работа, не отвлекает ли. Она сказала, что наоборот — помогает структурировать мысли. Говорит, что после работы ей легче садиться за учёбу, потому что она чувствует себя занятой и собранной.

Дарина задумалась, провела пальцем по краю кружки, потом подняла глаза на мужа:

— Влад, скоро выпускные экзамены, а потом — выбор профессии. Она необычная девочка. У неё есть явные способности, и нам нужно подумать, куда её направлять. Может, она и правда пойдёт в бизнес, но ей нужно дать выбор, а не просто закинуть в нашу компанию.

Влад кивнул, чувствуя, что она говорит правильно:

— Я согласен. Я не буду давить. Но мы должны обсудить это с ней. Не как с ребёнком, а как с почти взрослым человеком. Ей нужно понять, что мир открыт, и она может выбрать. Но я не хочу, чтобы она думала, что её единственный путь — продолжать моё дело.

— Давай поговорим с ней в выходные, — предложила Дарина. — Без напряга, просто посидим, пообщаемся.

Влад улыбнулся, взял её за руку и поцеловал пальцы:

— Мы вырастили удивительную девочку, — сказал он. — Она невероятная.

— Это потому что у неё был хороший пример, — ответила Дарина, сжимая его ладонь.

Они ещё немного посидели в тишине, слушая, как за окном шуршит ветер, а в комнате дочери тихо играет музыка. И оба знали — впереди важный разговор, от которого зависит то, как Ева увидит своё будущее. Но они были готовы поддержать её в любом выборе.

Субботний вечер наступил быстрее, чем Ева ожидала. Она вернулась домой с прогулки, когда за окном уже смеркалось. В прихожей её встретила тишина — необычная для их дома. Ева насторожилась, но, сняв кроссовки, прошла на кухню и увидела родителей, которые сидели за столом. На столе стояли чашки с чаем, и всё выглядело так, будто они ждали её специально.

— Садись, — сказал Влад, кивая на свободный стул.

Ева почувствовала, как внутри ёкнуло. Она быстро перебрала в голове всё, что могла натворить за последнюю неделю, но ничего серьёзного не пришло на ум. Она села, и Дарина начала разговор спокойно и мягко:

— Ев, ты заканчиваешь девятый класс. Мы хотим понять, какие у тебя планы. Ты идёшь в десятый или хочешь уйти после девятого?

Ева выдохнула, успокаиваясь, и ответила уверенно:

— В десятый, конечно. Я хочу закончить школу.

— Хорошо, — кивнула Дарина. — Тогда что ты планируешь сдавать? И что вообще хочешь делать дальше?

Ева пожала плечами, но в её голосе чувствовалась лёгкая гордость:

— Мам, пап, не парьтесь. Я всё держу под контролем. Сдаю английский и обществознание.

— Ты уверена, что репетиторы не нужны? — спросил Влад, внимательно глядя на неё.

— Ну, я оплатила пару курсов по обществознанию, а по матему и русскому мне пофиг — это же ОГЭ, — ответила она с лёгкой улыбкой.

— Хорошо, — продолжил Влад. — Значит, ты идёшь в десятый. А что сдаёшь в одиннадцатом?

— Ну, я думала профильную математику, английский и русский, — ответила Ева уже увереннее.

— А куда собираешься поступать? — спросила Дарина, чуть наклоняясь вперёд.

Ева замялась на мгновение, её взгляд стал чуть более серьёзным:

— Честно? Я не знаю. Мне очень нравится работать у папы, мне там реально интересно, — она смущённо улыбнулась. — Но на такое, наверное, не учатся, да?

— Почему не учатся? — удивился Влад. — Можно поступить на что-то приближённое: экономика, управление, бизнес-информатика. Ты бы в какой вуз хотела?

Ева задумалась, потом ответила почти шёпотом, как будто боялась сглазить:

— Ну, вообще круто было бы в МГУ или Вышку...

Дарина не сдержала улыбки:

— Ну, губа не дура, Евка. Да, это серьёзные вузы.

— Я знаю, что это затратно и сложно с бюджетом, — быстро добавила Ева. — Лучше рассмотреть что-то попроще, наверное.

Влад переглянулся с Дариной, потом посмотрел на дочь и сказал твёрдо:

— Нет, Евунь. Если ты хочешь туда — мы будем целиться туда. Деньги на обучение не проблема, мы оплатим без вопросов.

Ева расплылась в счастливой улыбке, но родители ещё не закончили.

— Ев, мы хотим, чтобы ты знала, — продолжила Дарина. — Если работа начнёт мешать учёбе, если ты устанешь, не будешь успевать или просто не захочешь — ты подходишь и говоришь. Мы сделаем. Мы не переломимся. Учёба сейчас — на первом месте.

— Хорошо, — серьёзно кивнула Ева. — Я поняла. А потом, когда я отучусь, я могу работать у нас?

Влад улыбнулся и ответил с теплотой:

— Конечно, Ева. Ты всегда будешь частью нашего дела. Если тебе что-то интересно, есть идеи — мы всегда готовы услышать. Мы тебя не отстраняем.

Ева встала, подошла к родителям и крепко обняла их сначала по отдельности, а потом обоих вместе.

— Спасибо, — сказала она. — Вы лучшие.

Она ушла в свою комнату, лёгкая и счастливая. А Влад и Дарина остались сидеть за столом, чувствуя, что их дочь растёт не просто умной и красивой — она становится человеком, который знает, чего хочет. И они были готовы идти за ней и поддерживать на любом пути.