29

Влад сидел на кровати, всё ещё держа Дарину в своих объятиях, чувствуя, как её дыхание постепенно выравнивается. Он гладил её по спине, касался губами её волос и терпеливо ждал, пока она немного успокоится.

— Слушай меня, — сказал он, мягко приподнимая её лицо за подбородок, чтобы их взгляды встретились. — Мы едем за одеждой. Сейчас. Я не хочу откладывать это ни на минуту. Ты можешь выбрать, хочешь поехать одна, с Миленой или со мной. Но я просто хочу знать — что тебе будет лучше?

Дарина шмыгнула носом, вытерла глаза тыльной стороной ладони и посмотрела на него. В её взгляде ещё блестели слёзы, но в них уже появлялся тот самый тёплый свет, который он так любил.

— С тобой, — тихо ответила она. — Я хочу с тобой.

Влад улыбнулся, наклонился и поцеловал её в лоб, затем в щёку, затем в губы — легко, невесомо, но так, чтобы она чувствовала его тепло.

— Хорошо, — сказал он. — Тогда вставай, одевайся. Мы едем.

Дарина улыбнулась сквозь ещё мокрые ресницы и кивнула. Она выскользнула из его рук, подошла к шкафу и начала доставать вещи. Влад встал рядом, застегнул молнию на её куртке, поправил волосы, поцеловал в висок.

— Если хочешь, заедем за тем самым купальником, — сказал он.

— Я хочу, — ответила она, прижимаясь к нему.

Они собрались быстро, смеясь и целуясь в перерывах между носками и выбором сумки. Влад держал её за руку в машине, иногда сжимал ладонь и улыбался, чувствуя, как она расслабляется, как её плечи больше не напряжены, как она дышит ровнее.

Он посмотрел на её лицо, отражавшееся в стекле, и понял, что этот день станет началом чего-то нового. Они больше не будут прятаться друг от друга.

Они зашли в торговый центр, и Дарина сразу почувствовала, как Влад переключился в режим «решил всё исправить». Он держал её за руку, вёл по магазинам, и его глаза горели таким азартом, будто он сам собирался покупать, а не просто сопровождать.

— Начнём с того самого купальника, — сказал он, уверенно направляясь в первый же бутик с пляжной одеждой. — Мы его берём сразу.

Дарина хотела возразить, что можно посмотреть что-то ещё, но Влад уже снимал с вешалки тот самый белый купальник, который она мерила тогда с девочками.

— Иди меряй, — сказал он, протягивая его ей.

Она зашла в примерочную, и через минуту Влад уже постучал в дверь:

— Можно?

— Влад, тут же... — начала она, но он уже приоткрыл шторку и зашёл внутрь.

Маленькая кабинка стала их миром на ближайший час. Дарина переодевалась, а Влад сидел на маленьком пуфике и смотрел на неё так, будто она была единственным человеком на свете. Он помогал застегнуть лямки, поправлял ткань, оценивал каждый образ коротким «вау» или «это точно берём». В примерочной он помогал ей завязывать купальник, но каждый раз делал это так медленно, что Дарина начинала смеяться.

— Случайно, — говорил он, когда лифчик падал вниз, и они оба начинали смеяться, пока он снова завязывал его, уже чуть крепче, чем нужно. Но когда дело доходило до трусов от купальника, Влад завязывал их с таким видом, будто это было искусство.

— Посильнее или послабее? — спрашивал он, ловко затягивая узелок на боку, и его руки скользили по её талии чуть дольше, чем требовалось.

— Влад, ты специально, — хохотала Дарина, чувствуя, как его пальцы касаются её кожи.

— Ничего я не специально, — отвечал он с невинным видом, но в глазах плясали чёртики.

Затем они зашли в «Золотое Яблоко». Влад буквально затащил её внутрь и сказал:

— Бери всё, что хочешь. Духи, кремы, кисти, помады. Всё. Не думай о ценах.

— Влад, я же не могу всё это... — начала Дарина, но он перебил:

— Можешь. Я сказал — бери. Я хочу, чтобы ты выбрала то, что тебе нравится, а не то, что дешевле.

Она ещё немного поломалась, но Влад был слишком настойчив. Он подходил к полкам, брал в руки духи, протягивал ей, говорил, что ему нравится этот аромат, и складывал в корзину. Кремы, сыворотки, помады — он хотел, чтобы она взяла всё, что ей приглянется.

Дарина сначала не решалась, но потом её понесло. Она начала выбирать, улыбаться, показывать ему баночки и обсуждать текстуры. Влад стоял рядом, смотрел на неё, как она оживает, и чувствовал, что это — лучшее, что он мог сделать. Он не просто покупал вещи. Он возвращал ей радость. И в этом была его главная победа.

Они вышли из торгового центра с таким количеством пакетов, что Влад едва удерживал их в руках, а Дарина держала несколько сумок, улыбаясь до ушей.

Всю дорогу до дома они сидели, прижавшись друг к другу, смеялись и иногда переглядывались с тем особым теплом, которое появляется только между людьми, которые всё выяснили и снова стали близкими.

Когда они зашли в квартиру, Влад аккуратно поставил все пакеты на пол в прихожей и уже хотел разуться, как вдруг Дарина подошла к нему и крепко обняла. Она уткнулась лицом ему в грудь и замерла на мгновение, чувствуя, как он обнимает её в ответ.

— Спасибо, — тихо сказала она. — За всё. За то, что не бросил, что решил разобраться, за то, что купил всё это... но самое главное — за то, что просто рядом.

Влад обнял её крепче, поцеловал в макушку и прошептал:

— Ты ни за что не должна благодарить меня за то, что я делаю для тебя, Дарин. Я буду делать это, пока ты позволяешь. Ты моя жизнь. И если тебе что-то нужно, ты просто скажи. Я всегда с тобой.

Дарина приподняла голову и посмотрела на него, и в её глазах блестели слёзы — но на этот раз от счастья.

— Я люблю тебя, — сказала она.

— Я тебя больше, — улыбнулся он и поцеловал её.

Они ещё долго стояли в прихожей в объятиях, а затем отправились на кухню пить чай и рассматривать покупки. Но главное — они снова чувствовали друг друга. И это было дороже любых вещей.

В один из очередных поцелуев Влад на мгновение отстранился, но всё ещё держал её за руки. Он посмотрел ей в глаза с той серьёзностью, которая появлялась у него только в самые важные моменты. Затем он взял свой кошелёк, достал оттуда карту — чёрную, металлическую, — и аккуратно вложил её в ладонь Дарины.

— Держи, — сказал он просто. — Пин-код: 2310. Запомни. Это твоя карта теперь. Пользуйся, не думай ни о чём, не спрашивай разрешения. Трать на себя, на продукты, на такси, на что хочешь. Мне не нужно отчётов. Я хочу, чтобы ты чувствовала себя свободно и не переживала из-за этих мелочей.

Дарина посмотрела на карту, потом на него, потом снова на карту. Она открыла рот, чтобы возразить, но Влад мягко накрыл её пальцы своими, сжимая их вместе с картой.

— Никаких «но». Ты — моя девушка, моя женщина, мой человек. Я хочу, чтобы тебе было хорошо. Это не благотворительность и не попытка купить тебя, это — про заботу, про доверие, про то, что у нас всё по-настоящему. Просто прими это. Пожалуйста.

Дарина почувствовала, как к горлу подступает ком, но на этот раз — от тепла. Она сжала карту в ладони, кивнула, и голос её чуть дрогнул:

— Я не знаю, что сказать.

— Ничего не говори, — улыбнулся Влад и поцеловал её в лоб. — Просто знай, что я рядом. Всегда. И теперь у тебя есть всё, что нужно, чтобы не думать о деньгах, а думать только о нас.

Она улыбнулась сквозь слёзы и обняла его, прижимаясь всем телом, чувствуя, что этот человек даёт ей не просто карту — он даёт ей уверенность в завтрашнем дне.