2

Вокзал в три часа ночи жил своей странной, полусонной жизнью. Запах антисептика, дешевого кофе и холодного металла бил в ноздри. Т/и шла к рядам автоматических ячеек, чувствуя, как каждый шаг отдается звоном в ушах. Ярик шел на полшага позади, его присутствие ощущалось как тяжелая, но надежная тень

Она остановилась перед секцией. Пальцы, испачканные уже подсохшей кровью, дрожали, когда она подносила карту к сканеру. Раздался механический щелчок, и дверца ячейки №1905 приоткрылась

Внутри лежала небольшая кожаная папка. Т/и вытянула ее, словно это были раскаленные угли

- 19 мая... — прошептала она- Это не просто мой день рождения. В тот день умерла моя мама. Дед всегда говорил, что это была авария

Она открыла папку. Первое, что бросилось в глаза — медицинское заключение. Но не её. Документ был датирован десятилетней давностью. В графе «причина смерти» значилось вовсе не ДТП

Ярик заглянул через её плечо, его челюсть сжалась. - Мама не погибла в аварии.. Здесь написано... «Острая интоксикация. Химическое отравление компонентами группы Б»

Т/и почувствовала, как пол уходит из-под ног. Она вспомнила заводы деда, его «чистую» империю, на которой он выстроил их благополучие - Она хотела закрыть его производство — осознание ударило под дых сильнее, чем болезнь- Она знала, что фильтры не работают, что люди в городе травятся. И он... он убрал её. А теперь... теперь я

Очередной приступ кашля скрутил её пополам. Она упала на колени, не в силах сдерживаться. Плотный платок мгновенно промок насквозь

Ярик опустился рядом с ней прямо на грязный пол вокзала. Он не отшатнулся. Он обхватил её лицо ладонями, заставляя смотреть на него. Его ледяные глаза сейчас горели каким-то неистовым, темным пламенем

- Слушай меня — его голос был низким и резким- Твой дед — монстр, который скормил собственную семью своей жадности. Твой отец — трус. Но ты... ты не умрешь в этой тишине

- У меня нет времени, Ярик — прохрипела она, вытирая губы- Рак не ждет, пока я восстановлю справедливость

- Значит, мы заставим время работать на нас — он рывком поднял её на руки, прижимая к себе- Я не буду отвозить тебя домой, тебе нужно отдохнуть

Т/и прижалась лбом к его плечу. Ей было страшно, больно и холодно, но впервые за долгое время она не чувствовала себя одинокой в этой темноте

Ярик вез её не к ней домой и даже не в больницу. Он привез её в свою квартиру — холодную, минималистичную, на верхнем этаже высотки, где за окнами расстилался ночной город, похожий на рассыпанные угли

Он буквально внес её внутрь на руках. Т/и пыталась протестовать, слабо перебирая ногами, но он лишь крепче прижал её к своей груди. Сквозь плотную ткань его куртки она чувствовала, как бешено и ритмично стучит его сердце. Оно не было ледяным. Оно горело

Он аккуратно опустил её на широкий кожаный диван. Т/и откинула голову, тяжело дыша, и закрыла глаза. Ей казалось, что она рассыпается на части, но вдруг почувствовала что-то теплое на своем лице

Ярик сидел перед ней на корточках. В его руке было влажное полотенце. Он осторожно, почти невесомо, стирал капли крови с её подбородка и губ. Его пальцы случайно коснулись её кожи, и по телу Т/и пробежал электрический разряд, заставив её распахнуть глаза

- Зачем ты это делаешь? — прошептала она- Я же... я же уже почти все... Ты сам видел

Ярик замер. Его взгляд, обычно колючий и отстраненный, теперь был наполнен такой невыносимой нежностью, что у неё перехватило дыхание. Он отложил полотенце и, не раздумывая, накрыл её ладонь своей — огромной, горячей и надежной

- Знаешь, почему я не боюсь смотреть в темноту, Т/и? — его голос стал совсем низким, вибрирующим где-то под ребрами- Потому что в темноте лучше всего видно звезды. Ты не «сломанная». Ты — единственное живое, что я встретил в этом мертвом городе за последние годы

- Ярик, в этом то и дело, я не буду уже прежней, я не вылечу рак как бы я сильно не старалась, и ты должен это понимать — тихо говорила она- Передо мной сидит сильный и смелый человек, как я могу в тебе сомневаться?- Ты должен понимать, что рано или поздно это произойдет, я не выдержу, и как бы сильно я не ценила нашу дружбу я не в силах это исправить

Ярик сжал её ладонь сильнее, поднимаясь с корточек. Его взгляд не отпускал её, будто пытаясь удержать на этом тонком, зыбком краю, где страх смешивался с отчаянной надеждой. Он больше не видел перед собой девушку, умирающую от болезни, он видел ту, что бросила вызов монстру, который разрушил её семью

- Я не пытаюсь тебя утешить, Т/и — сказал он- Я говорю тебе, что мы найдём способ. Даже если это займёт всё время, которое нам осталосьОн сделал шаг навстречу, его рука легла ей на щеку- Ты не одна. И пока я дышу, никто больше не посмеет тебя тронуть

Его слова, эти твердые, непоколебимые обещания, казалось, выбили почву из-под её ног, но в то же время дали ей новую опору. Впервые за долгое время, несмотря на приближающуюся тьму, она почувствовала проблеск рассвета. Не излечения, нет, но чего-то другого. Чего-то, что было сильнее болезни

- Но как? — прошептала она, её голос дрожал- Как мы можем бороться с тем, что сильнее жизни?

Ярик притянул её ближе, его губы легко коснулись её лба- Жизнь – это не только долголетие, Т/и. Это выбор, который мы делаем, даже когда кажется, что всё потеряно. Твой дед думал, что убил твою мать, заставив её замолчать. Но он лишь разбудил в тебе искру, которая теперь разгорится в пламяОн отстранился, и в его глазах читалось стальное решение

- Как нам, обычным людям, противостоять такому монстру? Он убил мою мать, сломал мою семью. И теперь он пытается убить меня. Я не могу просто так... я не могу

- Ты только что сделала это — спокойно ответил Ярик, его пальцы мягко сжали её руку- Ты открыла правду. Ты отказалась поверить в его ложь. Это уже больше, чем кто-либо другой осмелился сделать

Он внимательно посмотрел на неё, его взгляд был полон уверенности- Эта болезнь, которую он тебе передал – это не конец. Это его последнее оружие. Но это и наш шанс. Пока ты жива, есть надежда. А я сделаю всё, чтобы ты жила достаточно долго

Слова Ярика, такие искренние и полные решимости, пронзили её страх. Она знала, что путь будет долгим и опасным, но впервые за долгое время она почувствовала, что у неё есть союзник. Союзник, который видел её не как жертву, а как бойца. И это давало ей силы

Ярик не отступил. Он поставил ладонь на её колени и словно словом укрепил ту слабую нить, что держала Т/и на краю паники.

- Слушай — сказал он тихо- Сейчас не время для «я всё уже приняла»Сейчас время для планов. Даже если шанс маленький — мы его используем. По частям, по дням

Она посмотрела на него — и в этой странной, почти преступной уверенности было что‑то от обетования. Он включил ноут на тумбочке, экран светился голубым, отражался в её глазах. Сидя на диване, укутанная пледом, она чувствовала, как вокруг распрямляются грани страха: он не исчез, но стал меньше

- Первое — начал Ярик, набирая в поисковике- Мы ищем клинические исследования. Там иногда берут даже на комплексную терапию. Второе — эксперты. Тебе нужен онколог‑консилиум, не один врач. Третье — поддержка: я знаю ребят, которые могут помочь с логистикой и документами, не афишируя это

Т/и пыталась сопротивляться словам, которые звучали как шанс, но не обещание- Я не хочу становиться проектом... не хочу, чтобы вся эта всякая суета превратила мою жизнь в график процедур

- Тогда это будет не проект — ответил он, голос был мягким, но твердым- Это будет наша жизнь на ближайшее время. Я не собираюсь выставлять тебя на шоу. И никаких световых плакатов «спасите Т/и». Мне не нужны донаты, если только ты сама не захочешь. Мы всё сделаем тихо

Он открыл вкладку с базой клинических испытаний, потом — профиль нескольких клиник. Страницы мелькали, цифры, адреса, даты. Он оформлял заметки, отмечал контакты. Т/и смотрела на его пальцы: давно привыкшие держать камеру, теперь бегавшие по клавиатуре ради неё

- А если мы попробуем... маленькие радости? — вдруг проговорила она, и в её голосе проскользнула детская надежда- Я хочу увидеть рассвет над водой. И попробовать настоящий хлеб, который не горчит от лекарств. И, может, больше обычных глупостей — просто чтобы помнить, за что держаться

Ярик выключил экран и поднял глаза: в них отразилось не только решение, но и план действий - Список желаний — коротко усмехнулся он- Значит, у нас есть список

Они сделали его прямо на кухонном столе: маленькие, почти бытовые желания..

Ночь застала их на диване. Ярик надел на неё своё худи, а она — в полудреме — прижалась к нему. Для неё это было странно — спать в чужой квартире, но под его ритмом дыхания она впервые за долгое время заснула без кошмаров

Утром они начали действовать: он звонил по контактам, которые нашёл; она отвечала на короткие письма и соглашалась на первые обследования, которые назначили в небольшой частной клинике — тихо, без лишнего внимания. В их паре роли менялись: иногда он был органайзером и разведчиком, иногда — тем, кто просто держит её за руку и идёт молча по коридору, когда ей тяжело