Глава 14. Неожиданный учитель

Всё, что я делала - это спала и ела. Что-то внутри меня надломилось. Тот самый внутренний стержень, что помогал держаться все это время, словно растворился, исчез без следа.После смерти дедушки моя вера в будущее дала трещину, а теперь... я и вовсе не уверена, что это будущее у меня есть.Я больше не люблю сказки. Я их боюсь. До дрожи в коленях.Я боюсь саму себя.Человек ли я вообще?..Лежа, уставившись в белый потолок, я бесконечно прокручивала в голове всё, что произошло со мной за последние месяцы. Казалось, я просто застряла - где-то между прошлым и настоящим, и каждый день сливался с предыдущим.- Знаешь, мне уже надоело. Со стеной и то приятнее разговаривать, чем с тобой! - не выдержал Никель. Он приходил каждый день, часами сидел со мной, говорил, рассказывал что-то, надеялся. Но сейчас сорвался. Его кулак с грохотом опустился на прикроватную тумбочку.Я моргнула, перевела взгляд на него. Он выглядел ужасно, бледный, с тенью усталости под глазами, щёки впали, и теперь кровь медленно стекала по его рукам - те ещё не зажили после железных колов. Он до сих пор не восстановился... А всё равно приходил.- Вставай! - резко дёрнул он меня за руку, ставя на ноги. Но стоило ступням коснуться холодного пола, как я безвольно осела, словно марионетка, у которой перерезали ниточки.- Что вы творите?! Ей нужен покой! - в палату влетел дежурный врач.- Не лезь! - рявкнул Никель, подхватил меня на руки и выбежал из отделения. - Я не позволю ей угаснуть!Мы поднимались по винтовой лестнице, и на каждом шагу я чувствовала, как дрожит его тело - не от страха, от ярости и боли. Наконец мы оказались на вершине - на смотровой площадке, откуда открывался вид на всё Отделение, на океан и небо.- Если ты не очнёшься, не вернёшься, ты перегоришь, - его голос дрожал. - Ты понимаешь это? Почему ты душишь свою магию? Почему отказываешься от самой себя?Он поставил меня на гладкий камень, босые ноги сразу ощутили его ледяную шероховатость. Никель встал передо мной, развернул лицом к себе, встряхнул за плечи.- Что заставило тебя так глубоко упасть во тьму? Тия... скажи хоть что-нибудь!- Я боюсь себя... - хрипло прошептала я. Голос прозвучал неожиданно даже для меня - впервые за месяц.- Чего именно ты боишься? - тихо, но настойчиво спросил Никель, крепко придерживая меня за плечи чтобы я не рухнула на бетон. - Своей магии? Или того, что ты - Хранитель Грёз?Я сглотнула, и слова, словно прорвав плотину, полились сами.- Всего... Я боюсь, что в самый важный момент не справлюсь. Что подведу вас. Боюсь, что моя сила выйдет из-под контроля. Что... из-за меня кто-то пострадает. Тогда я просто стояла. Смотрела, как тебя и Фрею чуть не убили. Я не могла пошевелиться. И если в следующий раз...Я не закончила. Слёзы хлынули, и я не успела сдержаться. Никель мягко притянул меня к себе, прижав мою голову к своей груди.- Говори, - прошептал он, поглаживая меня по волосам. - Говори всё. Выпусти. Так станет легче. Не сдерживайся...Я говорила. О своих страхах. О боли утраты. О разочаровании в самой себе. О том, как тяжело носить внутри силу, которая словно не твоя.А он просто молчал и слушал. Не перебивал. Только гладил по голове и обнимал крепко - так, что впервые за долгое время я почувствовала себя в безопасности.Спустя час.- Тебе легче? - тихо спросил он, когда я выдохлась, уставшая и немного облегчённая. Слёзы больше не текли, и внутри стало тише.- Спасибо... Никель, прости...- Ник. Просто Ник, - усмехнулся он. - И не извиняйся. Лучше встань. Идём. Пора отпустить то, что тебя держит.Он подвёл меня к самому краю смотровой площадки. Порыв ветра ударил в лицо, и я инстинктивно взвизгнула, отступив на полшага.- Чувствуешь? - голос Никеля стал почти шёпотом. - Чистоту неба. Свободу ветра. Тепло солнца...Я взглянула вдаль. Голубое, бесконечно прозрачное небо простиралось над нами. Мягкое солнце ласкало кожу. Птицы скользили в потоках воздуха, океан внизу шептал свои древние песни.- Да... Я чувствую, - с глубоким вдохом выдохнула я. Легко. Чисто. Спокойно.- Это значит, что ты жива. Жива, Тия. Мы все живы - ты, я, Фрея. А раз живы - значит, мы станем сильнее. Пройдём дальше. Прошлое - не приговор. Оно - урок. А если не можешь сама справиться - проси о помощи. И тебе помогут. Мы не Алокрылые. Мы - семья. И ты больше не одна. Поняла?Я смотрела на него. На лицо, в котором читались усталость, тревога, сила и... вера. В меня. В будущее. И вдруг внутри меня что-то вспыхнуло. Словно чей-то голос внутри закричал, «Хватит прятаться! Хватит! Пора лететь!»Я шагнула вперёд.Боль пронзила лопатки. Послышался хруст - будто разрывается ткань. Но я не почувствовала боли. Только восторг. Только свободу.И в следующий миг - мои крылья расправились.Сторона НикеляЯ смотрел на неё - и чувствовал, как внутри всё сжимается.Она сидела как пустая оболочка, будто в ней больше ничего не осталось. Ни искры, ни тени той Тии, что огрызалась, спорила, сжимала кулаки, рвалась в бой. Осталась только тень. Ломкая, молчаливая. И молчание её било сильнее, чем любые слова.Каждый день я приходил. Садился рядом. Болтал о всякой ерунде - лишь бы она услышала мой голос, лишь бы вспомнила, что не одна. Что с ней рядом есть кто-то. Что ей не обязательно быть сильной - мы выдержим и за неё. Но она молчала. Даже не смотрела. И я... сгорал. Молчаливо. Медленно.Когда я ударил по тумбочке, это был не гнев - это была беспомощность. Я уже не знал, как к ней достучаться. Не знал, сколько ещё смогу смотреть, как она гаснет у меня на глазах. А она даже не дрогнула.Но когда я поднял её, когда её ноги коснулись пола - и она осела, как сломанная кукла - я испугался.Сильно.Я унёс её наверх. Наплевав на врачей, на запреты, на кровь, которая снова сочилась из не до конца заживших ран. Унёс туда, где небо было ближе, где, возможно, она сможет вспомнить, что такое - дышать.Когда я ставил её на камень, внутри бушевала буря. Сердце колотилось. Гнев, тревога, страх, отчаяние... всё смешалось. Она была рядом, и всё же - как будто уже где-то за гранью. Не Тия. Только оболочка.Я тряс её за плечи. Кричал. Молил, чтобы она вернулась. Чтобы хоть что-то сказала.И когда она, наконец, прошептала, «Я боюсь себя» - я почувствовал, как что-то щёлкнуло. Впервые за долгие недели она заговорила. Призналась. Я держал её, слушал. И понимал - она не слабая. Просто слишком многое на неё свалилось. Слишком быстро. Слишком тяжело.Я прижимал её к себе, гладил по волосам, молчал. И внутри у меня тоже что-то надломилось.Я не позволю ей исчезнуть.Когда мы стояли у края, я наблюдал, как в её глазах рождается огонёк. Как ветер играет с её волосами, как в плечах снова появляется та самая, родная Тия. И когда она сделала шаг вперёд - я затаил дыхание.Я не мог отвести взгляд.Когда Тия взмыла в небо и расправила крылья - будто весь мир замолчал, затаил дыхание, уступив место лишь ей одной.В этот миг она не казалась земной. Она была воплощением света, чуда, мечты. Как будто сама Грёза сошла с небес и решила - я буду ею.Её крылья...Золотые, как лучи утреннего солнца, полупрозрачные, точно сотканные из утреннего тумана и искрящихся капель росы.Они были похожи на крылья мотылька, только куда величественнее.Их узор - тонкий, живой, дышащий - светился в такт её дыханию. Казалось, если подойти ближе, можно услышать, как они шепчут, не бойся больше. Ты - свободна.Ветер подхватывал её, и она смеялась, впервые за долгое время - искренне, легко. В её голосе звенела свобода, а в каждом взмахе крыльев - хранилась надежда.Я смотрел, и сердце делало что-то странное.Сначала сжалось - от тревоги, от гордости, от какой-то дикой, незнакомой нежности.Потом - затрепетало.Потому что это была не просто Тия.Это была она - та, чьи шаги я слышу даже сквозь шум боя. Та, о ком думаю перед сном, хоть сам себе не признаюсь. Та, ради которой я бы нырнул хоть в саму Бездну.Она парила. Летала. А я стоял, вжав пальцы в перила, и боялся даже моргнуть. Казалось, если я отвлекусь - это волшебство исчезнет.Она была красивой. Не той, на кого смотришь с восхищением. А той, за кого готов сжечь весь мир, только бы она осталась собой.- Гляди, чтоб не перелетала, а то опять отрубится, - рядом появилась Анфиса, уселась на перила и фыркнула.- Ты знала?- Подозревала. Кровь феи. И не просто феи, а сильной. Маг света, фея, Хранитель Грёз... Потрясающее сочетание. Уж не новая ли Арора у нас растёт?Я нахмурился.- Анфиса?- Хм... Что же ты задумала, Арора? Какой у тебя план?.. - кошка задумчиво уставилась в небо, а потом встряхнулась, вернувшись в привычный образ. - Лови её. Спина у малышки - в кровь. Если сейчас не поймаешь, грохнется, как лепесток после грозы.Я всмотрелся в Тию - и сердце сжалось. Крылья расправлены, но от места их роста на лопатках струилась кровь. Огромные рваные раны чертили её спину.- Чёрт... - прошептал я, и уже в следующее мгновение оттолкнулся от перил. Ветер хлестнул в лицо. Время сжалось. Был только воздух. Она. И я.Её крылья дрогнули, пропуская очередной порыв. Линия полёта стала рваной, и в следующую секунду она начала падать.Я поймал её прежде, чем она успела испугаться. Мгновенно. Почти инстинктивно. Тёплое тело - совсем лёгкое, горячее, дрожащее - прижалось к моей груди. Она пыталась что-то сказать, но язык заплетался.- Всё, всё, спокойно, - прошептал я, не разбирая, слышит она или нет. - Я с тобой. Я держу.Её ресницы дрогнули. Она открыла глаза - янтарные, затуманенные.- Но я ещё могу, честно! Я не устала, я хочу ещё! - глаза её сияли, как янтарь на солнце. Она смотрела на меня - взволнованная, живая, настоящая.- Конечно хочешь, - мягко сказал я, усаживая её обратно на площадку. Сам сел рядом, всё ещё прижимая её к себе. - Но сначала - к целителям. У тебя вся спина в крови, Тия. Я смотрел на неё - растрёпанную, измазанную в крови, но светящуюся изнутри. Такую живую. И впервые за много дней, недель, месяцев... я действительно выдохнул.Ты вернулась.И я понял - в тот миг, когда я поймал её, я поймал не только тело.Я поймал надежду.И потерять её снова... я не смогу.Сторона Титании. Мои крылья...Это было нечто большее, чем просто придатки, помогающие держаться в воздухе.Они были продолжением моей души, её проявлением, её песней.Золотые, как утреннее солнце, тонкие и почти прозрачные, они переливались всеми оттенками янтаря и меда. Структура их напоминала крылья мотылька - изящные, с тонкими прожилками, будто нарисованными тончайшей кистью небесного художника. Они были живыми, трепетали, будто чувствовали ветер лучше меня.Когда я расправляла их, они тихо шелестели - звук был похож на шорох листвы в летнем лесу или дыхание ветра в утренней тишине.От каждого движения в воздухе вокруг начинали играть блики - солнечные зайчики скакали по стенам, по воде, по лицам тех, кто стоял рядом.На свету мои крылья казались хрупкими, как стекло, но я чувствовала в них силу. Ту самую древнюю, природную, магическую силу, которой нельзя было объяснить словами. Она текла по каждой прожилке, словно жила собственной жизнью.Это не было просто частью моего тела.Это была моя сущность.Теперь я знала - я рождена не только чтобы ходить по земле.Я создана, чтобы летать.Свобода была безграничнй до того момента, пока не выяснилось, что вся моя спина - в рваных ранах от прорезавшихся крыльев.Вот тут сказка и закончилась, когда прошел адреналин.Боль была... адская. Каждое движение, каждый вздох отзывался жгучей вспышкой, но, к счастью, она длилась недолго. Уже через час я научилась управлять этим даром. По моему желанию крылья исчезали, прячась в татуировку на всю спину - тонкий, витиеватый рисунок крыльев. Место соединения спины и крыльев теперь было почти прозрачным, как свет - ткань не зажимала кожу, одежда ложилась ровно, не мешая.Это было... удивительно. Волшебно.Я чувствовала себя так, будто родилась заново. Легкость, которой я не знала никогда. Мир стал чище, яснее, будто вымытый дождём. Вот только сердце сжималось от одного - Фрея всё ещё была в Целительском Отделении 38. Мы все ждали, когда она придёт в себя...А девочка, которую мы спасли... оказалась вовсе не обычной. Это была сама Иггдрасиль - живое воплощение памяти и мудрости мира.- Когда я проснулась, - рассказывала она тихо, сидя рядом со мной на диване, - он уже ждал. Марс. Он хотел вытащить из меня все знания... пытками. Я не сдалась, тогда он просто запер меня.- Но зачем ты отделилась от дерева? - спросил управляющий Гирас Тигнар, нахмурившись. Он сидел в своём кресле с чашкой отвара, выжидающе глядя на нас.- Я не хотела... Он использовал Камни Душ. Насильно. - Иггдрасиль опустила взгляд. - Он вырвал мою суть, переселив в эту оболочку.- Как!? - вскочил Никель с подоконника, где до этого задумчиво глядел в окно. - Я же... Я сам уничтожил последний Камень Душ!- Он создал новый. Искусственный. Но этого было достаточно. Он задавал мне вопросы, о Пере золотого Феникса, Жемчужине семи морей, Слезе дракона и о Чаше Мотылька Харона...- Что?! - Тигнар побледнел так, будто с него ушла вся кровь. - Он... Он хочет открыть Врата Смерти...Я лишь тихо сглотнула. Имя Харона отзывалось в моей памяти чем-то древним, греческим... он перевозил души через реку в Царство Аида...Неужели Марс ищет способ сломать границу между мирами?- Тия, - мягко проговорила Иггдрасиль, повернувшись ко мне. - Ты не будешь против... стать моей ученицей? Я помогу тебе понять себя. Гримуар. Магию. Крылья. Всё.Я кивнула, не раздумывая. С того дня началась моя настоящая жизнь.Прошло полгода.Меч лежал в руке уверенно, а заклинания вылетали почти инстинктивно. Я изучала Гримуар, летала по вечерам вокруг нашей парящей цитадели под присмотром Никеля и ощущала, как страх уходит из сердца.И насчёт Вавилонской башни я оказалась права. Иггдрасиль рассказала, что раньше это здание было Вавилонской башней. Не метафора - самая настоящая башня, вырванная из прошлого и поднятая в небеса.Сегодня Фрея должна вернуться.Я нервно сидела в столовой, глядя на дверь. Пальцы сами стучали по чашке с чаем.- Успокойся и сиди нормально, - фыркнул Никель, потягивая кофе. - Ты как пятилетка, которая ждёт подарок на Новый год.- А ты? - я прищурилась. - Сам тут весь на иголках.В этот момент двери распахнулись.И я подскочила со стула.Фрея. Её волосы теперь касались бёдер - густая, шелковистая коса. Лицо стало живым, сияющим, исчезла прежняя болезненная худоба. Она больше не выглядела как призрак - она сверкала, как рассвет.- Ну наконец-то на человека стала похожа, - пробурчала тётя Маша.- Сестрен, ты в больнице лежала или на спа-курорте? - Никель расплылся в улыбке и распахнул объятия.Фрея подбежала и с радостью в них влетела.- Я скучала! - она отпустила брата и обняла меня. - Покажешь потом крылья?- Фрея, сначала - еда. Потом чудеса, - Никель строго нахмурился, и мы с Фреей прыснули в голос, усаживаясь за стол.Вечером, под восторженные восклицания Фреи, я снова летала. Ник наблюдал молча, но его глаза сияли не меньше моего золота на крыльях.Ночью мы с Фреей шептались до рассвета, делясь всем, что не могли сказать при Никеле.Именно поэтому на утро мы выглядели как варёные овощи - лохматые, зевущие и без намёка на координацию.Но нас уже ждали документы для нового задания.Новая миссия.Новые тайны, опасности... и, конечно же, новые приключения.Слово «миссия» больше не казалось простым. Внутри него скрывались целые миры.