ЭКСТРА 12: СОН, КОТОРЫЙ НЕ ЗАБЫВАЕТСЯ

Музыка: Max Richter - «On the Nature of Daylight» (тихо, тревожно, как дыхание перед рассветом)

Сэм проснулся от того, что сердце колотилось где-то в горле. Он не помнил, что ему снилось, - только ощущение: липкое, холодное, чужое. Будто кто-то стоял рядом и дышал в затылок.

Он сел на кровати. Рядом спала Джессика - спокойно, ровно дыша. Её волосы разметались по подушке, рука лежала на его плече. Настоящая. Тёплая.

Сэм перевёл дух.

- Тебе приснился кошмар? - спросила Джессика, не открывая глаз.

- Нет.

- Врёшь.

- Немного.

Она открыла глаза - сонные, но внимательные.

- Чак?

- Не знаю. Просто... темнота. И голос. Я не понял слов.

- Это был он?

- Не уверен.

Джессика села, обняла его.

- Ты дрожишь.

- Это от холода.

- В спальне тепло.

- Тогда от страха.

Он не любил признаваться в страхе. Даже ей. Но сегодня не мог сдержаться.

- Иногда мне кажется, что Чак не ушёл. Что он где-то там, в Пустоте, наблюдает. И ждёт, когда мы ошибёмся.

- А мы не ошибёмся, - сказала Джессика.

- Откуда ты знаешь?

- Потому что мы вместе.

- Этого мало.

- Этого достаточно.

Сэм хотел возразить, но не нашёл слов. Просто сидел, смотрел в стену.

Джессика встала.

- Идём.

- Куда?

- Проверим детей.

Они вышли в коридор. Комната маленького Дина была открыта. Мальчик спал, разметавшись, и во сне улыбался - будто видел что-то хорошее.

- Он не боится, - сказала Джессика.

- Потому что не знает.

- Потому что знает, что мы рядом.

Сэм закрыл дверь. Прошёл к комнате Мэри. Девочка лежала на боку, обнимая плюшевого единорога.

- Папа? - спросила она, не открывая глаз.

- Спи, дочка.

- А ты спи?

- Сейчас.

- Обещаешь?

- Обещаю.

- Тогда спокойной ночи.

- Спокойной ночи.

Сэм вернулся в спальню. Лёг. Джессика снова обняла его.

- Всё хорошо? - спросила она.

- Всё хорошо. Я просто... проверял.

- Ты хороший отец, Сэм.

- Я стараюсь.

- У тебя получается.

- Ты помогаешь.

- Мы помогаем друг другу.

Он закрыл глаза. Долго не мог уснуть. Прислушивался к дыханию Джессики, к тишине в коридоре, к тому, как за окном шумит ветер.

Чак не приходил. Ни в эту ночь, ни в следующую.

Но Сэм не забыл.

---

На следующее утро он пришёл к Дину. Тот жарил яичницу в бункере, Кас резал помидоры.

- Рано ты, - сказал Дин. - Дети где?

- У Джессики.

- А ты?

- А я пришёл проверить.

- Что?

- Что ты жив.

Дин отложил лопатку.

- Сэм, ты бледный. Что случилось?

- Кошмар приснился.

- О чём?

- О Чаке.

Дин подошёл, положил руку на плечо.

- Чака нет. Мы его заперли.

- А если он вернётся?

- Тогда мы его снова запрём.

- А если не сможем?

- Сэм, - Дин вздохнул. - Я не умею говорить длинных речей. Но я скажу так. Мы пережили всё. Ад, Рай, Пустоту, его самого. Он не страшнее того, что мы уже видели.

- А что страшнее?

- Потерять тех, кого любишь. Поэтому мы не дадим ему вернуться.

- Ты думаешь, это так просто?

- Нет. Но я знаю, что мы справимся. Потому что у нас есть ты, я, Кас, Сэм, - Дин кивнул на брата, - и все остальные идиоты, которые не умеют сдаваться.

Сэм усмехнулся.

- Ты стал философом, Дин.

- Я всегда был философом. Ты просто не слушал.

- Не слушал.

Они обнялись. Кас подошёл, положил руку на плечо Сэму.

- Чак не вернётся, - сказал Кас.

- Откуда ты знаешь?

- Потому что я был в Пустоте. Там нет выхода. Только если тебя выпустят.

- А кто его выпустит?

- Никто.

Сэм выдохнул. Не облегчённо - просто выдохнул.

- Ладно, - сказал он. - Я пошёл.

- Куда?

- Домой. Дети ждут.

- И Джессика?

- И Джессика.

- Тогда иди. И, Сэм?

- Да?

- Если снова приснится кошмар - звони. В любое время.

- Хорошо.

- И не пиши «всё нормально», если не нормально.

- Не буду.

- Врёшь.

- Немного.

Дин засмеялся. Сэм улыбнулся. Кас помахал рукой.

Сэм вышел из бункера. Завел машину. Поехал домой.

По дороге он думал о Чаке, о Пустоте, о том, что страх не исчезает - он просто затихает. И что иногда тишина страшнее крика.

Дома его ждали. Джессика сварила кофе, маленький Дин рисовал монстров, Мэри читала книжку.

- Папа! - крикнул маленький Дин. - Я нарисовал демона!

- Покажи.

Ребёнок показал. Демон был зелёным, с одним глазом и улыбкой.

- Он... добрый?

- Он просто уставший, - сказал мальчик.

- Уставший?

- Как ты иногда.

Сэм замолчал. Потом обнял сына.

- Я люблю тебя, - сказал он.

- Я знаю.

- Не зазнавайся.

- Не зазнаюсь.

Джессика смотрела на них, улыбалась.

- Кофе готов, - сказала она.

- Иду.

Сэм сел за стол. Взял кружку. Посмотрел на детей, на жену, на дом, который они построили.

- Всё хорошо? - спросила Джессика.

- Всё хорошо, - ответил Сэм.

И в этот раз он не врал.Вот исправленный финал экстры 25 с чёткой связью с Дином и лёгкой мистикой (без перегруза).

Я заменил эпилог и добавил небольшую сцену после пробуждения Сэма. Остальной текст остаётся без изменений - он сильный.

Ночью ему снова приснился Чак. Но не страшный - просто фигура в белом, которая сидела на стуле и смотрела в пустоту.

- Чего ты хочешь? - спросил Сэм.

- Ничего, - ответил Чак. - Я просто смотрю.

- На что?

- На то, как ты живёшь. Как вы все .

- А ты?

- А я - нет.

Чак исчез. Сэм проснулся.

Джессика спала рядом. За окном светало. Сэм долго лежал, глядя в потолок. Потом осторожно встал, чтобы не разбудить жену, вышел на кухню. Налил воды. Посмотрел на телефон.

«Не звони ему в пять утра. Он захочет спать».

Но рука уже набирала номер.

- Алло? - голос Дина был хриплым, но не сонным. Как будто он тоже не спал.

- Дин, это я.

- Я знаю. Что случилось?

- Мне приснился Чак.

- Опять? - Дин вздохнул. - В прошлый раз ты говорил, что он смотрел на тебя.

- Он сказал: «Я просто смотрю».

Сэм услышал шорох - Дин сел на кровати. Кас что-то пробормотал на заднем плане.

- Слушай, Сэм. Чака нет. Мы его заперли. Я сам закрывал дверь. Это твой страх. Не дай ему управлять тобой.

- А если это не страх?

- Тогда скажи ему, чтобы позвонил мне. Я с ним поговорю.

Сэм усмехнулся. Не потому, что было смешно - потому что Дин оставался Дином.

- Ты не умеешь разговаривать.

- А ты умеешь?

- Немного.

- Тогда научимся вместе. И, Сэм?

- Что?

- Если он придёт снова - запиши, что говорит. Может, это не Чак. Может, что-то другое.

- Что?

- Не знаю. Может, Пустота играет с тобой. Может, это просто стресс. Но мы разберёмся. Мы всегда разбирались.

Сэм замолчал. Посмотрел на чайник, который закипал на плите.

- Ладно, - сказал он. - Я позвоню, если что-то изменится.

- Позвони. И, Сэм... не бойся. Я здесь.

- Я знаю.

- Тогда спи.

- Хорошо.

- Врёшь.

- Немного.

Дин отключился. Сэм постоял у окна, глядя на серое утро. Чайник выключил. Налил себе чашку. Вернулся в спальню.

Джессика спала. Сэм лёг рядом, обнял её. Закрыл глаза.

Чак больше не приходил. Но Сэм иногда смотрел на пустой стул в углу спальни и думал: «Откуда он знал про стул? Я никогда ему не говорил».

Лампочка над кроватью мигнула - раз, другой, и зажглась ровно.

Будто кто-то невидимый сказал: «Я рядом. Но не бойся. Я не вернусь».

Сэм не стал проверять. Он просто спал.