ГЛАВА 2: Рай под заказ

(Музыка: The Rolling Stones - «Beast of Burden» )

Дорога течёт под колёсами. Тёплая, гладкая, как старая кожаная куртка. Импала урчит, за окном - бесконечные холмы. Солнце садится, не торопясь, будто ему нравится здесь, на этой дороге.

Дин за рулём. Улыбается.

- Ну, Бобби, рассказывай, как там без нас?

Бобби сидит рядом. Живой. Целый. Даже кепка старая, с пятном от виски.

- А чего рассказывать? - Бобби щурится. - Вы тут пропадали, а я порядок наводил. Ты бы видел, что эти демоны в библиотеке устроили. Словно стадо бизонов.

- И как, навёл?

- Пришлось пару душ спасать. Обычное дело.

Дин смеётся. Легко, свободно. Без надрыва, без горечи.

- Бобби, ты лучший.

- Сам знаю.

Холмы за окном сменяют друг друга. Свет солнца льётся в салон, золотистый, тягучий, как мёд.

Дин перебирает в памяти - Сэм обещал подъехать. Они встретятся у мотеля, закажут пиццу. Кас, наверное, тоже приедет. Скажет что-нибудь про ангельскую благодать и попросит без перца.

Дин улыбается.

«Наконец-то. Всё закончилось. Мы победили».

Мысль согревает лучше любого солнца.

Чак смотрит на экран. Доволен.

- Хороший кадр, - бормочет он. - Улыбается. Расслаблен. Наконец-то.

Он делает пометку в сценарии: «Дин Винчестер обретает покой. Сцена 42, дубль... какой уже? Неважно. Главное - красиво».

Чак не замечает, что улыбка Дина не касается глаз. Он не видит, как Дин иногда смотрит в зеркало заднего вида чуть дольше, чем нужно. Не слышит тишины между его словами.

- Всё у тебя хорошо, Дин, - говорит Чак экрану. - Я же лучший автор. Я знаю, что тебе нужно. Семья, дорога, Бобби. Скоро Сэма подкину. Будет полный комплект.

Он откидывается в кресле. Кофе горячий, экран яркий.

Идеально.

Кроме одного: Дин не смеётся той улыбкой, которую Чак запомнил. Потому что Чак помнит только внешность. А душу - никогда не умел копировать.

---

- ...Дин...

Дин вздрагирует. Смотрит по сторонам. На пассажирском - Бобби. В зеркалах - пустота. Мотор урчит.

- Ты слышал? - спрашивает Дин.

- Что? - Бобби даже не поворачивается.

- Голос. Как будто...

- Тебе показалось.

- Нет, не показалось.

Дин сбавляет скорость. Всматривается вперёд, в золотистую дымку заката. Тишина. Только мотор.

И вдруг - снова.

- ...Дин... ты здесь...

- Да! - вырывается у Дина. - Здесь! Я здесь! Кто ты?

Бобби молчит. Не шевелится. Даже не моргает.

- Бобби?

Ничего. Тишина. И голос - уже ближе:

- Это не рай, Дин. Это клетка. Ты не умер. Ты просто спишь. Сто сорок семь раз. Чак усыплял тебя. Сто сорок семь раз я тебя терял.

Дин хватается за руль. Пальцы ледяные. Сердце колотится где-то в горле.

- Джек? - шепчет он. - Джек, это ты?

- Я. Я искал тебя. Каждый раз, когда ты просыпался, я тянулся к тебе. Но Чак забирал твою память. Снова и снова.

- А сейчас?

- Сейчас - всё. Я не отпущу.

Дин переводит взгляд на Бобби. Тот сидит, как кукла. Даже не дышит.

- Бобби? - снова зовёт Дин. Голос ломается.

- Он не настоящий, - тихо говорит Джек. - Чак склеил его из старых записей. Ты знал это. Всегда знал. Просто не хотел верить.

Дин смотрит на свои руки. На пальцах - золотая пыль. Светится, переливается. Живая.

- Что это? - спрашивает он шёпотом.

- Я касаюсь тебя. Сквозь все сны, сквозь все петли. Я здесь, Дин. Ты не один.

- А Сэм?

- Сэм думает, что ты умер. Он ждёт в своём раю, в своём одиночестве. Я вытащу его.

- А Кас?

- Кас в Пустоте. И его верну.

Дин молчит. В груди - тепло. Не от солнца, не от заката. Живое. Настоящее.

Он смотрит на золотую пыль. Потом - в зеркало заднего вида. Там - пустота. Не холмы. Не закат. Пустота, в которой прячется правда.

- Значит, это не рай, - говорит Дин.

- Нет.

- И Бобби - не Бобби.

- Нет.

- И Чак...

- Жив. Он жив. И он переписал вашу победу. Ты единственный, кто начал вспоминать.

Дин закрывает глаза. Несколько секунд. Тишина. Импала урчит, но теперь этот звук звучит иначе. Не успокаивает. Толкает вперёд.

Он открывает глаза. В них больше нет дымки. Только свет. Только решение.

- Вытащи меня, Джек, - говорит Дин.

- Ты готов?

- Я готов.

Золотая пыль вспыхивает ярко. Ослепительно. Заливает салон, дорогу, небо. Бобби исчезает - без крика, без сожаления. Просто становится тише.

Дин делает вдох. Глубокий, полный. Как ныряльщик, который слишком долго был под водой.

Он открыл глаза.

Бункер. Серые стены. Пыль на полу. Лампы горят тускло, но для Дина они кажутся ярче солнца.

Джек сидит рядом на корточках. Молодой, уставший. В глазах - золотые искры.

- Привет, - говорит Джек.

- Привет, - Дин силится улыбнуться. Губы дрожат. - Ты... ты пришёл.

- Я обещал.

Дин садится. Смотрит на свои руки. Чистые. Живые. Без золотой пыли.

- Я помню, - говорит он. - Дорогу. Закат. Бобби. Сто сорок семь раз, да?

- Сто сорок семь. Я считал.

- Молодец.

Они молчат. В бункере тихо. Настоящая тишина - не та, которую Чак склеил из пауз между шутками.

Дин встаёт. Ноги трясутся. Он делает шаг, второй - и идёт к стене с оружием. Проводит пальцами по кольту. Холодный металл - настоящий.

- Сколько нас? - спрашивает Дин, не оборачиваясь.

- Сейчас - ты и я.

- А Сэм?

- Старый. Один. Ждёт в своём раю, которого не существует.

- А Кас?

- В Пустоте. Чак запер его там, в петле фальшивых признаний.

- Кто ещё? - Дин поворачивается. Глаза сухие, спокойные. Такие, когда решение уже принято, и назад дороги нет.

Джек поднимается.

- Бобби. Руфус. Чарли. Кевин. Памела. Ровена. Гавриил. Кроули. Мег. Эллен. Джо. Эш. Бен. Клэр. - Он перечисляет медленно, будто зачитывает имена на памятнике. - Все, кого Чак стёр или запер. Все, кого мы потеряли.

- Всех вернём, - Дин кивает. Не вопрос. Приказ.

- Всех, - соглашается Джек.

Дин подходит к Импале. Снимает чехол. Машина блестит в тусклом свете.

- Чак думал, что победил, - говорит Дин, не глядя на Джека. - Думал, что запер меня в своём дешёвом раю с кукольным Бобби и шутками, которые никто не понял.

Он открывает дверь. Садится за руль.

- Он ошибался.

Джек садится рядом.

Дин заводит двигатель. Импала оживает - тихо, ровно. Не как хищник. Как дом.

Дин сжимает руль. Смотрит вперёд, на выезд из бункера.

- Поехали, - говорит он. - Сначала - Сэм. Потом - Кас. Потом - все остальные. А потом - мы найдём этого мудака и покажем ему, что такое настоящий финал.

Джек кивает.

- Без сценария, - говорит он.

- Без сценария, - Дин выжимает газ.

Импала вылетает из бункера в сумерки. Впереди - дорога. Не та, которую нарисовал Чак. Настоящая.