61

Сложнее оказалось принять не то, что ученики прекрасно распознали под его высокомерным видом мягкую сердцевину, а то, что всё приключение в соседнем городе заняло практически неделю.

Невольно Фая нагнали мысли о том, почему нельзя было отмотать время за простой повседневностью до самого финала книги, чтобы он увидел, как всё прекрасно у главных героев и жил бы себе преспокойно в лесу дальше?

Но нет. Так было нельзя. Хотя бы потому, что в финале книги любовный интерес самого Фая вообще-то был женат непонятно на ком. Потому попасть сразу в расстараивающий его момент было бы жестоко.

Фай почувствовал, как его снова подёргали за рукава сразу с двух сторон. Это были близнецы Ши, которые уж очень невежливо пробудили своего наставника от зависания прямо посреди первой домашней совместной трапезы.

– Учитель Фай, вы же не выдумываете новые нотации?

– Учитель Фай, мы ведь уже увидели, что вы не такой...

Фай поджал дрогнувшие губы, чтобы не выглядеть совсем уж развеселившимся. Кашлянул и сильнее выпрямил спину, пытаясь изобразить совсем полного достоинства наставника. А потом всё же взглядом обвёл павильон, обычно отведённый для классных занятий, но сейчас занятый столами с торопливо собранным праздничным ужином. Ученики расстарались и набились за широкие столы так тесно, что едва не сидели друг у друга на коленях, и всё же чувствовали себя рядом дружно и удобно. Фая это всерьёз порадовало.

Он покачал головой и мягким тоном спросил:

– Как вы проводили время в наше отсутствие? Не приключилось ничего особенного?

Повисла недолгая тишина. Но это было не проявлением неловкости перед недостижимым учителем или испуганного почтения перед пугающим наставником. Скорее уж его воспитанники поглядывали друг на друга в то хитрой манере, когда первому заговорить - дело смущающее, зато дальше слова польются у всех, как поток в бурной горной реке. Это всеобщее нетерпеливое ожидание, когда некоторые толкали друг друга локтями, совершенно невежливо подталкивая к первому шагу, только веселило Фая. Оказалось так несложно добиться, чтобы ученики не ходили перед ним по струнке, готовые внимать его высокопарным словам. Всего-то немного заботы и мягкости в голосе, которые он теперь мог не скрывать.

Пока ученики проводили свой небольшой шутливый бой без слов, Фай с его смягчившимся сердцем принялся подкладывать еду в плошку с рисом каждого из детей и подростков. Каждому, до кого он мог дотянуться, по паре кусочков из ближайших к нему блюд. Конечно, он не мог угадать всеобщих предпочтений, но надеялся, что его ученики или всеядные, или смогут порадоваться хотя бы одному из двух его попыток угодить им. Когда пришлось тянуться через стол дальше, Фай аккуратным жестом закатал рукава накидки и заметил, как дети с весельем или робостью в глазах протягивали ему свои плошки навстречу.

Это ощущалось уютно. Большим семейным застольем, где ты пусть не знаешь многих людей, но принимаешь, что они тебе всё равно близки. Пусть не по крови, и пусть ему самому было совершенно непривычно находиться в роли главы этой разношёрстной семьи, но в этот момент он хотел попытаться.

В итоге первой подала голос взявшая себя в руки старшая ученица, которая вероятно с первых секунд появления в ордене успела войти в курс дела. Такую деловую хватку Фай не мог не оценить, потому наконец добрался и до тарелки Хуан Мин с поощряющими вкусностями. Теперь он знал, что всё в школе было в порядке, бытовые задания все исправно выполняли, способности тренировали... она немного замялась, и речь перехватил другой голос взрослой ученицы:

– А когда большой котёл сломался, приходили на помощь старшие ученики наставника Фаэра. Смешные такие, всё спорили как лучше сделать, и гадали, захочет ли наставник переехать сюда уже скоро.

За столом раздалось несколько возмущённых вздохов и в несколько раз больше сдавленных смешков. Фай вспомнил, как ещё до отъезда и настоящего своего знакомства с Фаэром - нахваливал его перед учениками. Возможно он сам зародил зерно каких-то слухов. Возможно и ученики Фаэра, зная его привязчивость и заинтересованность, подлили масла в этот огонь.

В любом случае, Фай коротко тряхнул головой, почувствовав, как у него начали гореть щёки.

– Такие глупости, никто ничего подобного не обсуждал... - с сожалением отверг идею Фай.

– Даже если ученики наставника Фаэра отправятся в путешествие, и он останется почти один? - раздался удивлённый детский голос с самого края стола.

Ах вот оно в чём было дело. Если ученики Фаэра успели поделиться с другими своими планами о скором уходе из ордена и правда готовились отправиться в гастрономическое приключение, чтобы открыть дело всей своей жизни... не сидеть же Фаэру в четырёх стенах ордена с одной мелкой ученицей, которая и так самостоятельно постоянно лезет сюда, как оказалось.

– Если его ученики в самом деле уедут... возможно это и правда неплохой вариант, - негромко и осторожно проговорил Фай. Он прикусил губу и почувствовал, как у него снова печёт кончики ушей, благо что они прикрыты волосами. Если бы Фай позволил себе замечтаться, то тут же начал бы планировать совершенно невыносимое, но приятное совместное будущее. А ему не стоило этого делать, по крайней мере прямо посреди воссоединения с учениками. Так что он мягко ответил. - Но такие решения не принимаются быстро и в одиночку. К тому же, я не хотел бы мешать вашему обычному обучению такими спонтанными идеями.

Он услышал, как кто-то протянул "как жааааль", и тут же послышалось ойканье, будто этого любителя суеты предупреждающе ткнули в бок. Но, по крайней мере, Фай теперь знал, что к Фаэру в его землях относились доброжелательно или снисходительно. Поэтому вряд ли кто-то будет воинственно возмущён, если наставник Фаэр раз-другой без предупреждения наведается к ним в гости.

А в том, что Фаэр скоро снова появится поблизости, Фай почему-то был уверен, без тени сомнения и стыда.