28 глава

Я сидела на стуле и смотрела на двух амбалов перед собой. Верёвки уже натёрли запястья, но я старалась не показывать, что мне больно. В комнате пахло сыростью и сигаретами, а лампа под потолком неприятно мигала, делая всё вокруг ещё более нервным.

Один из них подошёл ближе. Высокий, лет двадцати пяти, с наглой ухмылкой на лице.

— Я Колик.

Он протянул мне руку, будто мы были на какой-то встрече, а не в чёрт знает каком помещении.

Я посмотрела на его ладонь, потом на него.

— Ну вы конченые, не? Сами связали, сами руки тянете.

Он усмехнулся, не убирая руки.

— Дерзкая. Мне такие нравятся.

Я прищурилась.

— Я с Турбо хожу.

Ухмылка на его лице стала шире.

— Знаем мы, что не ходишь. Если он старшего уработал, не значит, что вы теперь можете тут устраивать пиздец.

Я не сразу поняла, о чём он говорит.

— Если бы мы не ходили, он бы не впрягался за меня.

Сказала я с кривой, почти злой улыбкой. Колик наклонился чуть ближе.

— А как он на это отреагирует?

Он опустился на корточки, и в этот момент его рука потянулась к моим коленям. Реакция была мгновенной. Я дёрнула ногой и ударила его прямо в подбородок. Он отлетел назад, ударившись плечом о стену, но сознание не потерял. Я тяжело выдохнула, пытаясь восстановить дыхание. И в этот момент в комнату резко вошёл второй. Он остановился, увидев происходящее, и уставился на Колика.

— Колик, ты конченый?

Я тут же опустилась ниже, стараясь не привлекать внимания, и сделала вид, что мне всё равно, хотя сердце колотилось так, что казалось — его слышно в комнате. Я лежала на полу, едва дыша, и понимала только одно: ситуация начинает выходить из-под контроля. Колик медленно поднялся, держась за челюсть. В глазах у него уже не было той наглости, только злость и боль, которую он старался скрыть.

— Ты вообще нормальная? — процедил он, сплёвывая кровь в сторону.

Второй амбал перевёл взгляд на меня, потом снова на него.

— Тебе же сказали просто сидеть и ждать. Ты что устроил?

Колик сжал кулаки, но отвечать не стал. Он сделал шаг ко мне, потом остановился, будто передумал. Я лежала на холодном полу и пыталась восстановить дыхание. Верёвки на руках впивались всё сильнее, но я не шевелилась. Любое движение сейчас могло стать ошибкой.

— Давай без самодеятельности, — холодно сказал второй. — Малине это не понравится.

При этом имени внутри у меня всё сжалось. Малина. Значит, он здесь главный. Колик фыркнул и вытер кровь с губы рукавом.

— Да мне пофиг.

— Тебе может и пофиг, а ему нет.

В комнате снова повисла тяжёлая тишина. Я осторожно подняла голову. Старалась смотреть так, будто я просто устала, а не собираюсь запоминать каждую деталь. Их двое. Один ранен. Второй напряжён. Это уже лучше, чем было минуту назад.

За дверью послышались шаги. Сначала тихие. Потом ближе. Амбалы сразу замолчали и переглянулись. Дверь открылась. И в комнату вошёл ещё один. Не спеша. Спокойно. Как будто пришёл не на разборки, а проверить, как идёт обычная работа. Я напряглась всем телом. Потому что по одному его взгляду стало ясно — он здесь не просто так. Он здесь решает.

Дверь открылась шире, и в комнату вошёл Малина. Я сразу его узнала. Он выглядел иначе, чем в прошлый раз. Спокойствие всё ещё было на месте, но теперь оно было с трещинами. Под носом у него тянулась тонкая полоска крови, он время от времени морщился, будто удар пришёлся недавно и до сих пор отдавался болью.

В комнате стало тише. Даже те двое амбалов сразу напряглись. Я всё ещё лежала на полу, стараясь не двигаться лишний раз. Верёвки впивались в запястья, дыхание было тяжёлым, но я заставила себя смотреть прямо на него. Малина перевёл взгляд вниз. Увидел меня. На секунду его лицо застыло. Потом выражение резко поменялось.

— Какого хуя...

Он произнёс это тихо, но в голосе уже было всё — злость, раздражение и что-то опасное, сдерживаемое из последних сил. Он медленно сделал шаг вперёд, не отрывая от меня взгляда.

— Я спрашиваю, какого хуя она на полу?

Амбалы переглянулись. Колик выпрямился, всё ещё держась за челюсть.

— Она...

Но Малина резко поднял руку, обрывая его на полуслове.

— Я не тебя спрашиваю.

Голос стал холоднее. Комната будто сжалась. Я чуть приподняла голову, ловя его взгляд. И в этот момент поняла — ситуация изменилась. Не в мою пользу. И не в их тоже. Она стала хуже для всех сразу.

Малина медленно перевёл взгляд с меня на Колика. В комнате стало так тихо, что было слышно, как за стеной кто-то двигает стул.

— Я ещё раз спрашиваю, какого хуя она на полу?

Колик напрягся, вытер кровь с губы и попытался выпрямиться.

— Она ногой...

Он не успел договорить.

— Ты вообще берега попутал?

Голос Малины стал резче. Он сделал шаг вперёд, и Колик инстинктивно отступил.

Второй амбал стоял молча, явно не желая вмешиваться.

Я осторожно пошевелила руками за спиной. Верёвки всё ещё держали крепко, но узел уже начал слабеть. Маленький шанс.

Малина резко повернулся ко второму.

— Развяжи её.

Тот замешкался.

— Сейчас?

— Ты меня не расслышал?

Тон стал ледяным. Парень быстро подошёл ко мне и начал развязывать верёвки. Пальцы у него дрожали, он явно не ожидал такого поворота.

Колик смотрел на это с раздражением.

— Малин, она же...

— Закрой рот.

Одно слово — и он замолчал.

Я почувствовала, как верёвки на запястьях ослабли. Руки сразу занемели, боль прострелила до локтей. Я медленно села, не сводя глаз с Малины. Он стоял надо мной, всё ещё с той самой кровью под носом, и смотрел так, будто пытался понять, что со мной делать дальше.

Малина ещё минут пятнадцать жёстко отчитывал своих. Голос у него был спокойный, но от этого только хуже — он не повышал тон, и именно поэтому каждое слово попадало точно. Амбалы стояли, опустив головы, никто не спорил. Потом напряжение будто резко оборвалось. Всё сменилось странной тишиной, и как ни в чём не бывало им накрыли стол. Как будто ничего не происходило.

Я стояла в стороне, не понимая, что это вообще за переход.

Малина сел за стол, посмотрел на меня.

— Суворова, есть будешь?

Голос звучал так, будто он никуда не спешил. Будто всё это — просто обычный вечер.

Я даже не задумалась.

— Дома поем.

Сказала я резко, отрезая любые варианты продолжения.Малина усмехнулся и покачал головой, будто это его даже позабавило. И в этот момент я услышала шум у входа. Шаги. Быстрые. Резкие. Кто-то зашёл внутрь здания.

И меня будто сорвало.

песня для главы: Свидание- я и твой кот

Я не думала. Просто рванула вперёд. Сердце ударило так сильно, что в ушах загудело. И там, у входа, стоял Валера. С пистолетом в руках. Весь измученный, злой, напряжённый, как будто держался только на последнем усилии. Я даже не успела ничего сказать. Он резко перехватил меня за плечо и завёл себе за спину. Закрыл собой. И только тогда я увидела, как в проходе появились Малина и его люди.

— Чё, суки, продумали?

Голос Валеры прозвучал хрипло, злость в нём была почти неконтролируемая.

— Подвал под «Снежинкой» — не самое умное место, Малина.

Я стояла за его спиной и чувствовала, как он напряжён до предела. Мы начали пятиться назад. Медленно. Осторожно. Но как только тяжёлая железная дверь захлопнулась за нами, всё сорвалось. Мы побежали. Так, как не бежали никогда в жизни.

Мы буквально влетели в машину. Валера захлопнул дверь, провернул ключ зажигания, и двигатель сразу заревел. Через секунду колёса сорвались с места. Скрип резины пронёсся по пустым улицам Казани. Машину слегка занесло на снегу, но Валера тут же выровнял её и вдавил педаль газа в пол.

Всю дорогу мы ехали молча.

Я сидела, вцепившись в сиденье побелевшими пальцами, и только сейчас начала осознавать, что произошло.

Меня украли. Держали взаперти. Использовали как разменную монету.

А он пришёл. Пришёл за мной.

Я повернула голову и впервые за всё это время внимательно посмотрела на Валеру.

И внутри что-то болезненно оборвалось.

Всё его лицо было разбито. Под глазом наливался огромный синяк. На скуле запеклась кровь. Разбитая губа опухла настолько, что ему было тяжело нормально говорить. Костяшки рук были содраны до мяса.

Он почти не моргал.

Будто если позволит себе хоть немного расслабиться — просто отключится.

И всё это было из-за меня. От этой мысли стало невыносимо. Хотелось плакать. Хотелось кричать. Хотелось отмотать время назад и сделать так, чтобы ничего этого не случилось. Но ничего уже нельзя было изменить.

Когда машина остановилась возле дома, я вышла первой. Ноги едва держали. Мир вокруг казался каким-то далёким и чужим. Снег медленно падал с неба, оседая на волосы и плечи.

По щеке скатилась слеза. Потом ещё одна. Я даже не пыталась их вытирать. Валера подошёл ко мне.

— Кошечка, всё хорошо?

Я посмотрела на него и почувствовала новую волну боли. Потому что человек, который сейчас едва стоял на ногах, переживал не за себя. За меня.

— Да, Валер... всё хорошо.

Голос дрогнул.

— Спасибо тебе.

Он ничего не сказал. Только осторожно притянул меня к себе. И поцеловал. Нежно. Бережно. Словно я могла рассыпаться от любого резкого движения. В этом поцелуе не было страсти. Только облегчение. Только страх потерять. Только счастье от того, что мы оба сейчас стоим здесь живые. Снег падал нам на плечи. Ветер гулял между домами. Старый фонарь освещал двор тусклым жёлтым светом. А мне впервые за весь день захотелось просто закрыть глаза и ни о чём не думать.

Но стоило открыть дверь квартиры, как это чувство исчезло. Из комнаты донёсся болезненный вскрик. Я бросилась вперёд. И замерла на пороге. У Марата всё ухо было залито кровью. Вова выглядел ещё хуже.

Я смотрела на брата и не узнавала его. Лицо было разбито настолько, что привычных черт почти не осталось.

Синяки. Рассечённая кожа. Кровь. Опухшие скулы. И этот человек ещё несколько часов назад ехал меня спасать. Что-то внутри окончательно сломалось. Слёзы потекли сами. Тихо. Без истерики. Без рыданий. Просто текли по щекам одна за другой. Потому что сил плакать уже почти не осталось.

Я смотрела на брата и понимала, что если бы сегодня что-то пошло иначе, кого-то из них мог сейчас вообще не быть дома. От этой мысли стало страшно по-настоящему.

Валера подошёл ко мне сзади. Осторожно. Будто боялся сделать больнее. Обнял за плечи. Я даже не сопротивлялась. Не могла.Он усадил меня на пуфик. Снял мокрые ботиночки. Потом куртку. Шапку.

Я делала всё машинально.

Словно тело двигалось само, а мысли остались где-то далеко. Через некоторое время Вова и Марат ушли. Мы остались вдвоём. Валера посадил меня на кровать и сел рядом. Мои холодные руки утонули в его ладонях. Тёплых. Живых. Настоящих. Я смотрела на разбитое лицо человека, которого любила. И от этого становилось только больнее.

— Я рядом, маленькая моя. Всё будет хорошо.

Я опустила взгляд. Несколько секунд просто молчала. Потом крепче сжала его пальцы.Будто боялась, что если отпущу — он исчезнет.

— Я верю тебе, Валера.

И в этот момент мне действительно хотелось верить.Потому что без этой веры пережить сегодняшний день было бы невозможно.

— Валер...Он сразу поднял на меня взгляд.

— Что, котёнок?

Я смотрела на наши переплетённые пальцы и никак не могла заставить себя посмотреть ему в глаза.

— Извини меня...

Валера нахмурился.

— Ты про что сейчас вообще?

Голос стал серьёзнее. Я сглотнула ком в горле.

— Это из-за меня... Из-за меня вас так. Если бы не я...

Я не успела договорить. Валера резко притянул меня к себе и заткнул поцелуем. Не грубо. Не зло. Просто не давая договорить эту мысль до конца. Когда он отстранился, его лоб упёрся в мой. Я чувствовала его дыхание. Тяжёлое. Уставшее. Но такое родное.

— Запомни, кошка.

Голос прозвучал тихо. Но так, что спорить с ним совершенно не хотелось.

— Ты мой выбор.

Он крепче сжал мои ладони.

— И я любому голову откручу.

Я почувствовала, как снова начинают щипать глаза.

— Валер...

Он покачал головой.

— Нет. Даже не думай себя винить.

Я смотрела на его разбитое лицо. На синяки. На рассечённую губу. На кровь, которая ещё не до конца была смыта. И от этого становилось только хуже. Будто он понял, о чём я думаю. Потому что осторожно коснулся моей щеки.

— Пусть только рыпнутся.

Он сказал это спокойно. Без бравады. Без желания показаться сильным. Просто как факт. Как обещание. Я больше не смогла сдерживаться. Уткнулась лбом ему в плечо и снова заплакала. Тихо. Беззвучно. От усталости. От страха. От облегчения. От того, что он всё-таки пришёл. А Валера просто обнимал меня. Крепко. Так, словно действительно никому больше не собирался меня отдавать.

Я усадила Валеру на свою кровать и принесла аптечку аккуратно вытерся остатки крови

-Зубы то хоть целы? Улыбнись

Парень улыбнулся, зубы были на месте, уже радует

Песня для момента: Мария чайковская- красота

Парень отодвинул мои руки от своего лица и притянул к себе обняв за талию, Я чувствовала как его крепкие мужские руки сжимают мою талию. Еще чувствовала его дыхание, мои руки машинально закопались в его кудряшках. Хотелось чтоб в этот момент мир остановился и мы остались вдвоем. Я отстранилась от парня и убрав все в аптечку развернулась поставить на стол как почувствовала на своей талии крепкие мужские руки. Парень развернул меня и подойдя ближе поцеловал в лоб, потом в висок, потом в щеку, а потом он нашел губы. С каждый разом он углублял поцелуй все больше и больше. Мне оставалось только закатывать глаза

Валера сжал мою талию от чего из моего рта вылетел тихий стон, Валера отстранился, тяжело выдохнул и положил свою голову мне на плече

-Что же ты со мной творишь, кошечка?

Я подняла голову парня и впилась в его губы. Такие сухие, разбитые, но родные... Впилась со всем тем желанием которое копилось во мне очень долгое время, еще с того поцелуя на улице. Он быстро сообразил и вот я уже лежу на кровати, он нависает сверху. Между нами что-то волшебное. Страсть, любовь, возбуждение. Он опустился к шее и начал оставлять аккуратные поцелуи. Его губы скользили и изучали каждую клеточку моей шеи. Это было самое приятное за этот вечер. Мои глаза произвольно закатывались, в из уст вылетали нежные, тихие стоны. Доходя до ключиц он оттягивал кусочек платья. И оставлял багровые пятна.

-Можно?

Спросил Валера перед тем как снять мое платье. Я кивнула головой и помогла парню снять его свитер. В глазах блеснул страх, но еще в глаза бросился подкаченный торс парня и я не смогла удержаться, я провела пальцем по рельефу его пресса.

Валера делал все очень нежно, в эти минуты я влюблялась все больше и больше. Когда мы закончили он упал рядом на кровать и обнял меня. Обнял так крепкой будто я самое дорогое что есть в его жизни.

-Я люблю тебя Ася

Говорил парень с искренностью в глазах

-Я тоже тебя люблю, Валер, до луны и обратно.

______________

Не умею я такое описывать, не умею (Звездочки и комментарии не забываем!!Иллюстрации тут 👇👇👇👇👇👇👇👇👇

https://t.me/TurboandAksunua