Глава 19.Опасные связи

—  Асакура-сан… — Широгане  задумчиво  покрутил  в  руках  пустой  бокал,  словно  взвешивая  каждое  слово.   — Он  играет  в  опасную  игру,  Рё-кун.  Игру,  в  которой  на  кону  не  только  деньги  и  власть,  но  и…  жизни.   —  он  бросил  на  Рё  быстрый  взгляд,  словно  оценивая  его  реакцию.  —   И  ты…   ты  стал  одной  из  фигур  на  его  доске.

Рё  молчал,  чувствуя,  как  в  груди  разрастается  холодный  ком.  Он  догадывался  об  этом  и  раньше,  но  слова  Широгане,  произнесенные  вслух,  прозвучали  приговором,  осуждающим  его  на  жизнь  в  постоянном  страхе  и  неопределенности.

—  Ты…  ты  знаешь,  кто  он  такой?   —  хрипло  спросил  он,  не  в  силах  бороться  с  дрожью  в  голосе. Широгане  усмехнулся.

—  А  ты?   —  он  наклонился  вперёд,  словно  желая  разглядеть  в  его  глазах  ответ.  —  Ты  хоть  раз  задумывался,  откуда  у  него  такая  власть?   Такое  влияние? 

Рё  отвернулся,  не  желая  встречаться  с  ним  взглядом.   Он  не  хотел  ничего  знать  о  прошлом  Асакуры,  о  том,  какими  путями  он  пришел  к  власти,  сколько  жизней  он  загубил  на  своем  пути.   Он  боялся,  что  правда  окажется  слишком  страшной,  слишком…  отвратительной. 

—  Неважно,  —  пробормотал  он,  сжимая  в  кулаках  подлокотники  кресла.   —  Это…  это  не  моё  дело. 

—  Ошибаешься,  Рё-кун,  —  резко  произнёс  Широгане,  и  в  его  голосе  впервые  послышались  металлические  нотки.  —   Это  уже  давно  твое  дело.   Ты  сам  этого  не  понимаешь,  но…  ты  уже  в  игре.   И  ставки  в  ней…  слишком  высоки. 

Он  встал  с  кресла  и  начал  неторопливо  прохаживаться  по  комнате,  словно  хищник,  загоняющий  жертву  в  угол. 

—  Послушай  меня  внимательно,  Рё-кун,  —  продолжал  он,  остановившись  у  камина  и  бросив  в  огонь  несколько  поленьев.  —  Мир,  в  который  ты  попал,  жесток  и  беспощаден.  Здесь  нет  места  слабости,  сомнениям,  сожалениям.   Здесь  выживают  сильнейшие.  Те,  кто  готов  идти  по  головам,  кто  не  боится  запачкать  руки  кровью.

Рё  молчал,  чувствуя,  как  его  сердце  уходит  в  пятки.  Он  не  хотел  быть  частью  этого  мира,  не  хотел  становиться  таким,  как  Асакура  —  холодным,  расчётливым,  жестоким. 

—  Но…  у  тебя  есть  выбор,  —  продолжал  Широгане,  словно  читая  его  мысли.   —  Ты  не  обязан  становиться  таким,  как  он.   У  тебя…  есть  талант,  Рё-кун.  Ты  умен,  наблюдателен,  у  тебя  феноменальная  память.  Ты  можешь  добиться  всего,  чего  захочешь…   но  не  рядом  с  Асакурой.   Он  сломает  тебя,  Рё-кун.   Превратит  в  своего  послушного  пса. 

Он  подошёл  к  Рё  и,  наклонившись,  прошептал  ему  на  ухо:

—  Не  дай  ему  себя  уничтожить.  Уйди,  пока  не  поздно.  Рё  вздрогнул,  ощущая  на  своей  шее  его  горячее  дыхание.   Слова  Широгане  были  словно  яд  —  сладкий  и  отравляющий  одновременно.  Он  не  знал,  верить  ему  или  нет,  но…   какая-то  часть  его  души  откликалась  на  его  слова,  словно  видя  в  них  свою  собственную  боль,  свой  собственный  страх.

—  Но…  что  же  мне  делать?  —  тихо  спросил  он,  поднимая  на  Широгане  глаза,  полные  отчаяния.   —  Куда  мне  идти? Широгане  ещё  шире  улыбнулся,  и  в  его  глазах  вспыхнул  хищный  огонёк.

—  Я  могу  тебе  помочь,  —  прошептал  он,  и  его  голос  прозвучал  как  обещание. —  Нет,  —  Рё  покачал  головой,  и  его  голос,  хоть  и  тихий,  звучал  уверенно.   —  Я…  я  не  уйду  от  Асакуры-сан.  

Широгане  приподнял  бровь,  словно  удивлённый  его  ответом.   Он  несколько  секунд  молча  смотрел  на  Рё,  словно  пытаясь  прочитать  его  мысли,  а  затем  кивнул,  словно  сам  себе.

—  Это  твой  выбор,  —  протянул  он,  и  тень  разочарования  скользнула  по  его  лицу.  —  Я  не  в  праве  тебя  осуждать.   Но…  помни,  Рё-кун…  —  он  сделал  шаг  навстречу  и  положил  руку  ему  на  плечо,  —  …если  тебе  понадобится  помощь…   если  ты  захочешь…  уйти…  —  он  на  мгновение  замялся,  словно  подбирая  слова,  —  …ты  знаешь,  где  меня  найти. 

Рё  кивнул,  не  в  силах  оторвать  глаз  от  его  пронизывающего  взгляда.  Он  не  понимал,  почему  Широгане  так  старается  ему  помочь,  зачем  раскрывает  перед  ним  карты,  рискуя  навлечь  на  себя  гнев  Асакуры…  Но  какой-то  внутренний  голос  подсказывал  ему,  что  это  не  случайность,  что  в  этой  игре  ещё  не  все  фигуры  расставлены  на  своих  местах.

—  Ну  что  ж,  —  Широгане  хлопнул  в  ладоши,  возвращаясь  к  своему  привычному,  игривому  тону,  —  кажется,  нам  пора  заканчивать  нашу…  душеспасительную  беседу.   Асакура-сан  не  любит,  когда  его  ждут.

Он  проводил  Рё  до  дверей  библиотеки  и,  остановившись  на  пороге,  протянул  ему  небольшую  плоскую  коробочку,  завёрнутую  в  серебристую  бумагу.

—  Вот,  —  сказал  он,  —  передай  это  Асакуре-сан.   Скажи…  это  маленький  подарок.  В  знак…  нашей  дружбы. 

Рё  нерешительно  взял  коробочку,  чувствуя,  как  у  него  снова  потеют  ладони.   Он  не  сомневался,  что  это  не  просто  подарок,  а…  послание.   Часть  той  самой  игры,  о  которой  говорил  Широгане. —  Хорошо,  —  кивнул  он,  пряча  коробочку  во  внутренний  карман  пиджака.   —  Я  передам. 

—  Отлично,  —  Широгане  довольно  улыбнулся  и,  наклонившись  к  Рё,  прошептал  ему  на  ухо:  —  И  Рё-кун…  помни…  ты  не  один. Он  ещё  раз  значительно  посмотрел  на  парня  и,  развернувшись,  скрылся  в  глубине  дома,  оставляя  Рё  наедине  с  его  мыслями  и  чувствами,  которые,  казалось,  запутались  в  этом  доме,  как  в  паутине.  Рё  вышел  на  улицу  и  глубоко  вздохнул,  жадно  вдыхая  свежий  вечерний  воздух.   Он  чувствовал  себя  так,  словно  выбрался  из  заточения,  вернулся  из  мира  теней  и  иллюзий  в  реальность.

Водитель  Асакуры  уже  ждал  его  у  ворот.

—  Всё  в  порядке,  господин?  —  спросил  он,  заметив  его  бледность. 

—  Да,  —  Рё  постарался  улыбнуться,  но  губы  его  не  слушались.   —  Всё  в  порядке.  Просто…   немного  устал.

  Он  сел  в  машину  и  откинулся  на  спинку  сиденья,  закрывая  глаза.   В  голове  всё  ещё  звучали  слова  Широгане:  «Ты  не  один…  ты  не  один…». 

  Но  кто  он,  этот  таинственный  друг  в  мире,  где  царят  ложь  и  предательство?  И  какую  игру  он  ведёт,  используя  Рё  в  качестве  одной  из  своих  фигур?

Машина  доставила  его  обратно  в  поместье  Асакуры.   Рё,  поблагодарив  водителя,  вышел  наружу  и  задумался.  Ему  не  хотелось  входить  в  дом,  где  его  ждут  лишь  тень  Асакуры  и  пугающая  неизвестность.   Он  решил  прогуляться  по  саду,  насладиться  свежим  воздухом  и  тишиной,  прежде  чем  вновь  окунуться  в  атмосферу  чужих  тайн  и  опасных  игр. Ночной  сад,  освещённый  лишь  бледным  светом  луны,  казался  таинственным  и  притягательным.   Рё  медленно  брёл  по  извилистым  дорожкам,  вдыхая  аромат  ночных  цветов  и  слушая  пение  сверчков,  словно  доносившееся  из  самого  сердца  тишины. В  далеке,  на  террасе,  он  заметил  огонёк  сигареты  и  узнал  знакомую  фигуру,  сидящую  в  плетёном  кресле.  Асакура.  Он  сидел,  откинув  голову  на  спинку  кресла,  и  смотрел  куда-то  в  ночное  небо,  словно  ища  ответа  в  бесконечности  звёзд.   Рядом  с  ним  стоял  небольшой  столик,  на  котором  Рё  заметил  пустой  бокал  и  бутылку  виски.  «Он  опять  пьёт  в  одиночестве», —  подумал  Рё,  не  зная,  что  делать.  Уйти  незаметно?  Сделать  вид,  что  не  заметил  его?  Или…  подойти,  поговорить?  Он  вспомнил  слова  Широгане:  «Асакура-сан…  он  не  тот,  за  кого  себя  выдаёт…  он  играет  в  опасную  игру…».    И  всё  же…  несмотря  на  страх  и  сомнения,  что-то  тянуло  его  к  Асакуре,  словно  мотылька  к  огню.  Может  быть,  это  была  привычка  —  он  уже  не  представлял  своей  жизни  без  этого  холодного,  властного  мужчины,  который  стал  для  него  и  тюремщиком,  и…  защитником.  Рё  сделал  несколько  шагов  вперёд,  выходя  из  тени  деревьев.  —  Асакура-сан?  —  негромко  произнёс  он,  и  его  голос  в  ночной  тишине  прозвучал  слишком  громко,  словно  выстрел. Асакура  медленно  повернул  голову  и  посмотрел  на  него.   В  его  глазах,  казалось,  отражался  свет  далёких  звёзд  —  холодный  и  недосягаемый.  —  Рё,  —  без  тени  удивления  произнёс  он,  и  его  голос  в  ночной  тишине  прозвучал  ровно  и  спокойно,  словно  он  ждал  его. —  Ты  вернулся.  Рё  кивнул,  не  зная,  что  ещё  сказать.  Он  подошёл  ближе  и  остановился  у  ступенек  террасы,  не  решаясь  подняться  без  приглашения. —  У  меня…  для  вас  что-то  есть, —  Рё  достал  из  кармана  коробочку,  полученную  от  Широгане,  и  протянул  её  Асакуре.   —  Это…  от  Широгане-сан.   Сказал…  подарок.  Асакура  не  спешил  брать  подарок.  Он  внимательно  смотрел  на  Рё,  и  в  его  взгляде  читалась  такая  напряженность,  что  у  парня  перехватило  дыхание.  Он  вдруг  понял,  что  совершил  ошибку,  придя  сюда.   —  Что  ты  ответил  ему?  —  медленно  произнёс  Асакура,  и  его  голос,  лишённый  привычной  иронии,  прозвучал  угрозой. — Я… Я ничего не ответил, — пробормотал Рё, невольно отступая на шаг назад.  Он  не  хотел  лгать  Асакуре,  но  и  предавать  доверие  Широгане  тоже  не  мог.— Не ответил? — Асакура  медленно  поднялся  с  кресла,  словно  грозовой  тучей,  готовой  обрушиться  на  землю  ливнем.   —  И  что  же  ты  делал  у  него  в  доме  целый  день?  Любовался  на  картины?  Дегустировал  виски? Он  сделал  шаг  навстречу,  и  Рё  почувствовал,  как  его  пригвоздило  к  месту.   Близость  Асакуры,  обычно  волнующая  и  пугающая  одновременно,  теперь  отдавала  лишь  холодом,  словно  он  превратился  в  бесчувственную  статую  из  льда.  —  Он…  мы  просто  разговаривали,  —  Рё  упрямо  поднял  голову,  встречая  его  взгляд.  —  Он  рассказывал…  о  своей  жизни.  О  том,  как…  вы  с  ним  дружили.  —  Дружили? —  хриплый  смешок  вырвался  из  груди  Асакуры,  и  тень  улыбки  промелькнула  на  его  губах,  делая  его  лицо  ещё  более  пугающим.   —  Не  лги  мне,  Рё.   Ты  ведь  не  глупый  мальчишка.  Ты  знаешь,  что  между  нами…  нет  и  не  может  быть  дружбы.  Он  наклонился  к  нему,  так  близко,  что  Рё  почувствовал  на  своих  губах  его  прерывистое  дыхание.  —  Что  он  тебе  рассказал?  —  прошептал  Асакура,  и  его  пальцы,  заключённые  в  чёрные  перчатки,  легли  на  его  шею,  словно  тиски.   —  Ничего,  —  Рё  с  трудом  проглотил  ком,  застрявший  в  горле.   —  Он…  ничего  такого  не  говорил.   —  Не  лги  мне!   —  рыкнул  Асакура,  и  Рё  вздрогнул  от  звука  его  голоса,  словно  от  удара.   —  Я  чувствую…  ты  что-то  скрываешь.   Ты…  ты  боишься  меня?  Он  приблизился  ещё  на  шаг,  и  Рё  почувствовал,  как  его  прижали  к  холодной  стене  террасы.  Он  не  мог  пошевелиться,  не  мог  дышать,  не  мог  даже  отвести  взгляда  от  темных,  пылающих  глаз  Асакуры. —  Я… —  Рё  пытался  что-то  ответить,  но  слова  застряли  в  горле.  Он  действительно  боялся.   Но  не  так,  как  обычно  боялись  Асакуру  —  до  дрожи  в  коленях,  до  липкого  холода  в  животе.  Он  боялся  тех  чувств,  которые  проснулись  в  нём  рядом  с  этим  опасным,  непредсказуемым  мужчиной.   Чувств,  которые  он  не  мог  понять,  не  мог  принять…  но  и  не  мог  больше  игнорировать.  —  Смотри  на  меня, —  приказал  Асакура,  и  его  голос,  хоть  и  был  тихим,  прозвучал  так,  словно  он  перерезал  ножом  натянутую  до  предела  струну.    Рё  поднял  голову,  встретившись  с  ним  взглядом.  И  в  этом  взгляде,  в  глубине  чёрных,  как  ночное  небо,  глаз,  он  вдруг  увидел…  не  гнев,  не  презрение,  не  холодное  безразличие,  к  которому  уже  начал  привыкать.  Он  увидел…  себя.  Своё  собственное  отражение  —  испуганное,  растерянное…  и  странно  завороженное.  Асакура  резко  выпрямился,  убирая  руку  с  его  шеи. —  Иди  к  себе,  —  бросил  он,  отворачиваясь  и  делая  шаг  назад.   —  Тебе  нужен  отдых.   Завтра я поеду на встречу сам. Рё  хотел  было  спросить,  что  он  имеет  в  виду,  но  Асакура  уже  скрылся  в  доме,  оставляя  его  на  пустынной  террасе  наедине  с  ночью,  полной  загадок  и  невысказанных  слов.  Рё остался  стоять  на  террасе,  словно  пригвождённый  к  месту.   Слова  Асакуры,  его  прикосновение,  его  взгляд…  всё  это  всколыхнуло  в  нём  какую-то  непонятную,  тревожную  бурю  эмоций.   Он  чувствовал  себя  так,  словно  его  пропустили  сквозь  жернова,  перемолов  в  порошок  все  его  прежние  убеждения,  страхи,  надежды.  В  доме  его  ждала  тишина  —  тяжёлая,  настороженная,  словно  тишина  перед  бурей.   Рё  прошёл  в  столовую  и,  не  включая  свет,  подошёл  к  окну,  глядя  на  сад,  залитый  серебряным  светом  луны.   Рё  поёжился,  ощущая,  как  по  спине  пробежали  мурашки.   Он  понимал,  что  чем  глубже  он  погружается  в  мир  Асакуры,  тем  труднее  ему  будет  из  него  выбраться.   Но…  раз  ли  у  него  есть  выбор?   Он  подошёл  к  столу  и  включил  лампу.  Папка с документами,  полученная  от  Асакуры,  всё  ещё  лежала  там,  где  он  её  оставил,  словно  немой  укор  его  слабости  и  нерешительности. « Нужно  закончить  с  этим  сегодня»,  —  подумал  Рё,  садясь  за  стол  и  беря  в  руки  первый  договор.  —  Чем  быстрее  я  это  сделаю,  тем  лучше.   Он  принялся  за  работу,  стараясь  сосредоточиться  на  цифрах  и  фактах,  забыть  о  странных  словах  Широгане,  о  холодном  гневе  Асакуры,  о  тех  чувствах,  которые  он  всё  ещё  не  мог  себе  объяснить.    Время  текло  незаметно.  Тишину  нарушал  лишь  скрип ручки  по  бумаге  да  тихое  тиканье  старинных  часов  на  стене. Рё  работал  без  усталости,  словно  одержимый,  словно  пытался  убежать  в  мире  цифр  от  самого  себя.  Телефон  на  столе  завибрировал,  сообщая  о  новом  сообщении.  Рё  бросил  взгляд  на  экран  и  улыбнулся.  Мари.    «Ты  где  пропадаешь?  —  гласило  сообщение.  —  У  меня  тут  такие  новости!»    Рё  ответил,  и  они  проговорили  почти  час,  обсуждая  школьные  сплетни,  новый  фильм,  который  они  давно  хотели  посмотреть…   Всё  то,  что  ещё  недавно  казалось  Рё  таким  далеким  и  незначительным.  Разговор  с  Мари,  лёгкий  и  беззаботный,  словно  вернул  его  к  жизни,  напомнил  о  том,  что  у  него  ещё  осталось  что-то  хорошее,  светлое  в  этом  мире,  полном  теней.    Он  закончил  работать  поздно  ночью,  когда  луна  уже  скрылась  за  горизонтом,  а  в  окне  забрезжил  бледный  рассвет.   Усталости  он  не  чувствовал,  лишь  странную  пустоту  внутри,  словно  всё,  что  он  делал  в  последние  дни,  было  лишь  бессмысленной  суетой.   Рё  встал  из-за  стола  и  подошёл  к  окну,  глядя  на  рождающийся  день.   Что  принесёт  ему  этот  день?