35. Один в поле не воин

Билл уехал утром. Сказал, что нужно встретиться с тем человеком из Берлина лично, обсудить детали, передать часть документов. Элиас хотела поехать с ним, но он отказал.

- Ты нужна мне здесь, - сказал он. - В безопасности. Если что-то пойдёт не так, ты будешь знать, где искать меня.

- А если что-то пойдёт не так с тобой?

Билл усмехнулся.

- Тогда не ищи. Просто жди.

Он ушёл. Элиас осталась одна в огромной квартире.

Сначала она просто сидела на диване, пила кофе, смотрела в окно. Город жил своей жизнью - машины, люди, светофоры. Ей казалось, что она наблюдает за всем из аквариума. Стекло, бетон, тишина.

Около полудня она услышала шаги в коридоре.

Не Билл - он ушёл на несколько часов и не мог вернуться так быстро.

Элиас замерла. Шаги приближались. Тяжёлые, уверенные. Не один человек - несколько.

Она встала с дивана. Оглянулась по сторонам - куда бежать? Балкон? Слишком высоко. Дверь? Они уже у двери.

Замок щёлкнул.

Дверь открылась.

На пороге стояли трое. В чёрных куртках, без лиц - тени, которых она научилась бояться ещё в доме Гилберга. Такие же, как те, кто привёз её туда в первый раз.

- Элиас, - сказал тот, что был впереди. - Едь с нами. Без шума.

- Кто вы?

- Ты знаешь кто.

Она попятилась. Спиной упёрлась в подоконник.

- Гилберг?

- Не задавай вопросов. Идём.

- Нет.

Они переглянулись. Тот, что впереди, вздохнул - как будто она была капризным ребёнком, а не человеком, которого увозят в неизвестность.

- Не заставляй нас делать больно.

- Вы и так делаете больно.

Они двинулись к ней. Элиас рванула к двери - но они перехватили её. Схватили за руки, за плечи, прижали к стене.

- Тихо, - сказал кто-то над ухом. - Тихо, девочка.

Она не кричала. Не видела смысла - в этой квартире никто не услышит.

Один из них достал тряпку. Элиас дёрнулась, но удержали. Липкий, сладковатый запах ударил в нос. Мир поплыл.

Она успела подумать только об одном: «Билл, ты не вовремя уехал».

Потом - темнота.

Она очнулась в машине. Руки связаны за спиной - пластиковые стяжки, знакомо до боли. Рот заклеен скотчем. Рядом - двое, спереди - ещё двое. Машина ехала по трассе, за окном мелькали деревья, поля, редкие дома.

Элиас попыталась пошевелиться. Ноги не связаны - но сбежать не получится: дверцы заблокированы, скорость высокая.

- Очнулась, - сказал тот, что сидел слева. - Молодец. Быстро.

Она смотрела на него. В глаза. Тот отвёл взгляд.

- Не смотри так, - сказал он. - Мы просто выполняем работу.

Она не ответила - не могла.

Машина свернула на просёлочную дорогу. За окном - лес. Глухой, тёмный, даже днём.

Через десять минут они остановились у старого здания - похожего на склад или заброшенную ферму.

Элиас вытащили из машины, повели внутрь. В нос ударил запах плесени и сырости. Её завели в комнату без окон, с голыми бетонными стенами. Посадили на стул. Отклеили скотч.

- Воды? - спросил тот, что, видимо, был главным.

- Пошли вы, - ответила Элиас.

Он усмехнулся.

- Характерная. - Он достал телефон, набрал номер. - Она у нас. Да. Сделаем.

Коротко сбросил.

- Твой друг Билл сейчас очень занят, - сказал он. - Он не сможет тебя спасти. А Том... Том вообще не знает, где ты. Так что сиди тихо. Может быть, Гилберг решит оставить тебя в живых.

- А может быть, нет, - сказала Элиас.

- Может быть, нет, - согласился он.

Они вышли. Дверь закрылась. Щёлкнул замок.

Элиас осталась одна в темноте.

Она сжала кулаки за спиной. Стяжки не поддавались. Она попробовала тереть их о край стула - бесполезно.

«Билл, - думала она. - Возвращайся быстрее. Пожалуйста».

Но Билл не знал, где она. Никто не знал.

Кроме Гилберга.

А он не собирался её отпускать.

Она закрыла глаза. Темнота была густой, как смола.

«Том, - подумала она. - Если ты меня слышишь... я в дерьме. Приезжай».

Но Том не слышал. Или слышал, но не мог приехать. Она осталась одна. Как всегда.