Имея близкого, цени его присутствие

Ты сейчас тоже за свой кривой базар отхватишь, на пару с этим фриком. – в метре от них пригрожает парень. Кристина кулаки сжимает на него глядя.

Лиза стоит с опущенной головой, шмыгает носом и снова начинает вырываться из хватки Киры, но та берет её сильнее, отводя назад.

– ненавижу! – кричит девушка. – всех вас ненавижу.

Кристина отводит взгляд, сжав челюсть. А Дэну казалось абсолютно плевать, единственная вызванная у него реакция - злорадственная насмешка.

– бедная. Никогда со своей мамашей не общалась, а когда она умерла, так вспомнила о ней. Через несколько дней после похорон причем, дочь года. – говорит тот, доставая сигарету из кармана.

Кристина с Кирой резко переглядываются. Лиза ударяет девушку в ребро локтем и почти вырывается на парня, но Кира полностью обхватывает её руками и отворачивает от него, закрывая собой.

– приколов не понимаешь, фрик. Клоуна нарисовали, большая трагедия. Сейчас я и тебе клоуна нарисую, кулаками. Ещё раз сюда припрёшься - живого места не оставлю, сука ебаная. – уже переходит с насмешки на агрессию.

Кира дерзит что-то в ответ, но её голос перебивается криком Лизы. – попробуй! Ублюдок. – выплёвывает Андрющенко и рыпается на встречу к уже взбешённому парню, он замахивается правой рукой, её перехватывает уже наловченая Кира. Захарова подбегает к брату, отгораживая девушек от него и с концами убирая его руку. Они смотрят друг другу в глаза.

– Сука. Не на ту сторону встала. – Дэн крепко ухватывает её запястье. Прожигает взглядом парень, доводя до мурашек от своего тона, ведь этот тон Кристине хорошо знаком.

Медведева, что есть силы держит девушку, подводя к ступенькам вниз, периодически шыкая на ухо. Забрать Лизу и уйти, а Кристину здесь просто так оставить с ним, Кира не может. Стоит тихо и вслушивается в их диалог, ждёт. Андрющенко стоит глядя в одну точку, успокаивание Медведевой перевело её в неподвижное, временно спокойное состояние. В глазах разбитое стекло, что капает чистыми слезами на Кирину куртку. В голове тысяча на жуть грядущих мыслей, внутри будто бы опустошение.

– хватит устраивать в нашем подъезде херню. Она уже уходит. – отвечает ему Кристина четким, но пониженным тоном. Она стоит пробивая его глазами насквозь, в ответ на его злой, пьяный взор.

– завались, здесь не ты решаешь, а я. И я сейчас разобью ей ебальник. Раз у неё смелости хватило в мой район припереться. – парень махом отталкивает Кристину и идёт к ним, Кира не думая о дальнейшем понимает, что сейчас нужно убрать Лизу.

– только попробуй, конченный. – выплёвывает Кира через плечо и быстро выводит Лизу по ступенькам. Та начинает опираться, тогда девушка толкает её, почти самостоятельно вынося из подъезда. Захарова загораживает путь, до последнего давая возможность девушкам выйти, на что видит злую физиономию брата. Медведева закрывает за собой металлические двери и спирается на них спиной, берет девушку перед собой за плечи. – всё, ты туда не зайдешь.

Лиза опустив голову смотрит на неё исподлобья мертвыми глазами. Кира пропускает по телу волну мурашек от всего происходящего, но контакт зрительный держит в ответ. Андрющенко ёрзает зубами, со рвением что-то гадкое ответить, однако так ничего и не произносит, эмоции снова волю берут и она опускает голову в землю.

– Потом с этим гандоном разберемся, поверь, я тоже хочу начистить ему ебало. – подаёт голос Медведева, слегка сжимая при этом плечи девушки.

Индиго всматривается в отсыревший асфальт под ногами, левее от её промокших ботинок. Каждая трещина и многолетний след на нём она обводит глазами, тяжело дыша. Всё в глазах будто под виньеткой, четко она видит лишь центральную область.

– ненавижу. – всё что выплёвывает она вскользь, не поднимая головы.

Медведева хватает её за запястье и быстрыми шагами уводит из района, в одночасье со всем понимая, что они по-прежнему на этом районе и кроме Дэна здесь шляются сопутствующие проблемы. Девушка пересекается неровным взглядом с проходящей навстречу компанией.

– ну вот надо было тебе сюда приебаться. – рычит себе под нос Кира, что едва слышно. Лиза плетётся за ней, с брызгами наступая на образованные погодой лужи, не обходя и не переступая их. Она всматривается на собственные грязные ботинки и черные массивные берцы, спешно идущие рядом. По твердым шагам несётся уверенность от походки и её обладателя в целом. От Лизиных же неуклюжих шагов позади несёт немощностью.

Медведева сжимает тощее запястье, вторую руку в кулаке держит, думая о том что сейчас происходит с Кристиной. Взглядом уже высверлен маршрут на выход из этого паршивого района, но ноги так и норовят развернуться назад за ней.

Наконец они выходят на знакомую улицу, сторона слева напоминает привычную дорогу к ним домой.

– иди домой. – отсекает Кира и уже сворачивает обратно.

– не указывай. – Кира останавливается и поворачивается на девушку с недовольным лицом.

– домой я сказала. – не желая слышать перечень её словам повторяет та грубым тоном. Лиза на удивление опускает голову и разворачивается в нужном направлении. Их дом и лавочка уже видны на горизонте. Кире только и на руку такое быстрое соглашение, она спокойно возвращает своё направление назад к Кристине, кидая руки в карманы. Но проходит буквально несколько шагов и оборачивается назад проверки ради, как тут же вынимая руки с карманов срывается к Лизе, которая на глазах падает на землю.

– Сука! – подбегает к девушке, не успев толком схватить её. Она смотрит на закрытые глаза и красное от холода лицо. – Подъем, Индиго, ну. – толкает её та, но тщетно. Девушка глубоко вздыхает, обернувшись на поворот, что ведёт к Захаровой и берет девушку на руки. – черт тебя дери, Индиго.

Кира доносит её до подъезда и поднимает на их этаж. Кладет на подоконник и роется по карманам в поисках ключа. – только попробуй мне сказать, что ты его на кладбище проебала. – Кира цокает самой себе. – ну да, прямо сейчас мне что-то и скажешь. – саркастически с раздражением говорит. Проверяет задние карманы джинсов и с облегчением находит нужное. Быстро проворачивается ключ в замочной скважине, татуированная рука нетерпеливо пытается овладеть трухлявым замком, нервно дёргаясь при этом и понимая что может сломать его к хуям. Кира наклоняется присматриваясь и правым коленом придавливает дверь во время открытия. Лёгким выдохом она распахивает двери и заносит Лизу. Та никак не двигается до сих пор. Тело остаётся на кровати, Кира покидает квартиру и бежит к Кристине. По пути набирает Вилку и в двух словах объясняет ситуацию. Малышенко перепуганная и недовольная тем, что её посвятили только сейчас, вылетает к Лизе. Куртка и шапка напяленные впопыхах и грязные кроссовки, с плохо завязанными шнурками, сейчас не к вниманию.

Все ощущения заторможены в бегу, только тяжёлое сбитое дыхание. Но стоит остановиться и боль в сердце и в боку, слабость и ломка в ногах резко дают о себе знать. Знает, что когда остановится, то боль аукнется, потому не останавливается. Бежит через серые и холодные улицы к ней. Телефон крепко сжат в руке, дабы не выронить в бегу.

Кира быстрыми шагами мчится к Захаровой на район. Второй раз она здесь, снова эти угрызённые рожи на встречу. Аж воротит вписать им эту бутылку по ебалу, что б меньше ею размахивали по дороге. Неужели она с боку по пьяне выглядит так же никчёмно, или это негодует её коренная неприязнь к данным лицам?

Девушка поднимается на этаж и вскидывает бровями. На бетоне следы крови, но никого нет. Она поднимает глаза на старые тёмно-коричневые двери блекло зелёной стены, которая уже много лет обсыпается краской до видимости шпаклёвки под ней.

С первых минут никто не отвечает, лишь позже поспешно открывает двери Жанна, явно не сразу услышавшая стук. Выражение лица у неё скрыто несчастное. На люди она конечно никогда не бывает хмурой или расстроенной, но уставшее лицо и шуганный взгляд говорят за себя. То что она уже дома, а их след простыл, значит одно: она их разборки к сожалению застала и они свалили.

– здравствуйте, а не знаете, где Кристина? – с некой опаской спрашивает та в лоб и видит как слабо, но уже знакомо ей, меняется лицо женщины, хотя она и понимала изначально за чем пришла Медведева. Догадки подтверждаются, что-то произошло.

Кира выведывает что они оба ушли по разным направлениям, матами прощаясь. А больше она и не стала ковырять подробности у Жанны, и без того насмотревшейся на ужасы своих же детей.

Кристина с третьего раза всё-таки берет от кента трубку и говорит что находится у кладбища. Туда девушка и несётся следующим делом.

Металлическая калитка с неприятным выдающимся скрипом пропускает Медведеву на территорию. Она осторожно через могилы петляет по территории, пока не видит стоящую со склоненной головой Кристину. Тихо подходит к ней и становится слева от неё, немного позади. Девушка замечает её присутствие, но не реагирует, всё минорно глядя на стелу. Сама стоит с руками в карманах и кепкой, криво сидящей на голове.

Кира смотрит на плитку и видит фотографию матери Индиго. В горле собирается ком, от осознания смерти знакомого человека, которой ещё ведь являлся кому-то близким, как бы оно там между ними ни было. На изображении остались мазки краски, о которой очевидно шла речь, как и о том клоуне. Кира отрицательно кивает головой, словно отказываюсь верить происходящему так же как и подписи рядом с этим уродованием. Они стоят в гробовой тишине, под шумом осеннего морозного ветра и мерзкого скрипа старой калитки.

Кира тихо подаёт голос.

– почему не сотрёшь?

Кристина с замедлением отвечает. – хотела тебе показать. – будто выплёвывает со злостью Захарова, а затем вынимает из мыслей отвращение к собственному брату. – этот... – Кристина запинается, перебирая языком в выборе подходящего слова. – это он сделать блять. – потухшим голосом, полным разочарования, продолжает Кристина, так и не подобрав слова. У неё в голове не укладывается и отрицается этот очевидный факт. Её брат сотворил такую звериную хуйню, которую она считает чрезмерно аморальной и гнилой и ей всегда казалось что Дэну тоже. Ей казалось что Дэн ей и давал такой жизненный урок, человеческих понятий и ценностей. Она была просто уверенна, что не взирая ни на что, он имеет крайние рамки человечности и некие поступки ему не подвергаются по моральным ценностям. Но он изуродовал плиту мертвого человека, который являлся матерью девушки. И не важно какой, и не важны их отношения, не важна сама она. Человек мертв, а с мертвым так не делают...

Но в этот вечер рухнула вся идеализация её брата. Он конченое животное.

И если по дороге она была готова ему просить его "ошибки", то увидев всё в глаза и совместив с его противными словами к Лизе, она берется за голову от разочарования.

– меняй подпись, говорю снова. Он и его грехи, это не ты. Не бери на себя все грехи вашей мужской линии. – говорит в который раз ей Кира, пытаясь изолировать кента от проблем её бати и брата. Она хлопает её по плечу, подходя ближе и замечает с боку, что лицо потрёпанное, но не придает значения. – ты, это ты. Ты - не они. Будь выше, родная.

Кристина проворачивает на неё голову с некой ухмылкой. Тогда она видит её лицо, побитое, в крови. Заёбаное, но сейчас на нем ухмылка и взгляд хитрый. Вероятно это её реакция на такое обращение к ней. Кира редко так говорит, из-за своей неприязни к сентиментальности. Да и Захарова тоже отрицает всё подобное, и тем не менее, слышать такое раз в сто лет от Киры очень тепло. Кира улыбается в ответ и ещё раз хлопает её по плечу.

– слышала меня? – переспрашивает Кира, сохраняя серьезное лицо, но Кристина всё так же лыбу давит, глядя на неё. Мысленно ещё на том обращении осталась. "Родная".

Она кивает с довольным выражением лица. – слышала. – перепнувшись со стороны в сторону она добавляет. – спасибо тебе. – Кристина прислоняется лбом к её и они начинают смеяться, но так и стоят.

– стираем эту хуету и идём бухать, как тебе? – предлагает Кира и ехидно облизывает губы змеиным языком. Кристина лыбится в ответ и соглашается.

– а давай! – махает рукой.

Вдвоем они избавляются от этой дряной каракули и уходят.

Виолетта забегает в открытую квартиру, с лёту шмыгает в комнату, не разуваясь. Она выдыхает с относительным облегчением и падает у кровати, закрывая глаза. Глаза мокнут, но она мигом их вытирает, так и не позволив слезам выбрать слабость наружу.

Она тяжело и громко дышит, держа Лизу за руку.

– умеешь же ты напугать Лизок... – кивает отчаянно подруга, прямо сидя на коленях и снимая курточку вместе с шапкой. – полы я помою, извини Лизок. – смеётся Вилка, оглядываясь на болотные следы позади, увидев которые, чистоплотная Лиза может снова упасть в обморок.

Малышенко сидит так ещё несколько тихих минут, глядя на лежащую Лизу. Даже не смотря ей в глаза, она видит по лицу сколько она сегодня натерпелась. А затем встаёт, теперь уже на носочках проходит в прихожую и развивается, а затем полы после себя моет и ставит чайник, время от времени на подругу поглядывая. В здравом уме, Виолетта бы от такого падения ни с того ни с сего, вызвала бы ей скорую. Но однажды Лиза попросила её не переживать о таких ситуациях и не вызвать скорую помощь при таких "мелочах", хотя Виолетта ещё долгое время с этим не соглашалась. И даже сейчас, при виде неподвижной Андрющенко, хочет поступить по-своему. Вилка достает из внутреннего кармана куртки пачку и выходит покурить.

Глаза открываются лениво, тяжёлые веки ещё норовят сомкнуться обратно. Бледная виньетка в глазах и неприятный шум в ушах проходят в течение минуты. Лиза приходит в себя, медленно и устало подводясь с кровати. Потирает глаза и переносицу, зевая, аккуратно выходит на кухню по дороге выискивая руками опору в дверных проемах, лишь бы вновь не свалится. Прищурившись замечает силуэт по ту сторону стекла. На балконе Виолетта нарезает круги с сигаретой в руках. Заметив подругу она едва не подскакивает от неожиданности и моментально меняется в лице, одаряя широкой улыбкой во все 28.

Лизу вперемешку с балконной, холодной температурой, отдает душевным теплом напротив. Просыпается внутренняя радость от того, что Вилка к ней пришла, ибо момент до её падения и что перед ним происходило, она помнит. А девушка - как крепкий кофе с утра действует на Индиго. Её присутствие - как смысл жизни на сегодняшние сутки.

Сигарета пренебрежительно летит на пепельницу, оставленную здесь специально для Вилки. Малышенко заключает её в надёжные объятия и поглаживает руками по спине и голове. Они вместе выходят с холодного балкона, заходя на кухню к тёплому чаю.

У меня такое ощущение, что мое тело грузовиком переехали. – недовольно выгибаясь в спине жалуется Лиза, сидящая за столом. Вилка хмыкает, заливая кипятком чашки. – и раз так пять причем. Всё тело ломит. – хрустя костями продолжает. – спасибо большое. – благодарит, подвигая горячую кружку и согревая о неё руки.

– да не за что. – садится Виолетта напротив и дует на напиток. – тебе бы отдохнуть, полежать в тишине. – предлагает девушка, разглядывая потрёпанный вид подруги. Та, на её сожаление, отрицательно кивает. Вилка отчаянно опускает глаза, отмалчиваясь. Губы сжимаются, жаль что Лиза не даёт себе покоя, но давить на неё Виолетта не может себе позволить, от того и жаль. Она самостоятельно не может контролировать состояние своего близкого человека, а может лишь беспомощно наблюдать за тем, как быстро уходит здоровье этого человека. А за здоровьем ведь жизнь идёт. Но Виолетта едва сдерживаясь молчит, а на деле кричать во всё горло хочется от бессилия. И снова она чувствует себя бесполезной.

– спасибо, я очень рада тебя видеть сегодня. – выдавливает Лиза, как бы непривычно ни было изливать чувства. Для неё можно перешагнуть барьер личных неудобств.

Малышенко улыбается заигрывая бровями, а девушка смеётся.

– не хочу оставлять тебя наедине сегодня, поэтому тебе придется пойти со мной за Аляской и я буду ночевать с тобой, хорошо? – предлагает Вилка, постепенно вставая из-за стола. Андрющенко задумчиво смотрит в одну точку, перекидываясь какими-то мыслями на этот счёт, в итоге всё-таки положительно отвечает.

– хорошо.

Они одеваются, Вилка по пути рассказывает историю с грязными ботинками, а затем снова слушает о своей подстреленной шапке.

– уши простудишь, модница.

– мне не холодно. – оправдывается как перед мамой девушка.

– ну-ну. – Лиза закрывает двери и накидывает капюшон. Они выходят за главным другом.

Дома, с перебоями моргает лампа, которую купила и самостоятельно установила коротконогая Вилка, стоя на шатающейся табуретке, зато с оптимизмом. – всё под контролем, не ссы. – говорит она Лизе, что на всякий случай придерживает шаткую табуретку под ней. Рот у Виолетты чем-то занят и говорит она невнятно, но Лиза даже страхается проверить что та ко рту взяла, ещё больше паники за неё бесбашеную будет, будто сама не точно такая же.

– я в ахуе. – вскидывает бровями Андрющенко.

– я тоже, но тебя я на эту табуретку не пущу, ещё не хватало чтобы у тебя в голове закружились и ты грохнулась снова. Я тогда опять одна останусь. Не оставляй меня тут одну. – шутит Виолетта. Шутки у неё всегда своеобразные.

Она устанавливает лампочку и спускается с табуретки, хлопая руками. – всё сделано, не ссы в трусы. – Вилка тыкает на выключатель, выключая и включая свет. – да будет свет!

– молодец. – Аляска тоже гавкает, бегая вокруг ног. – с этим чудом и при свете можно с ног грохнуться. – с улыбкой шутит Лиза, гладя собаку.

– ооо, эт точно. Я сегодня утром из-за неё так упала. Решила своим поводком меня запутать и спать уложить, прям в лужу. Да, дорогая моя? – шкирится на собаку Виолетта, а Лиза смеётся слушая этот лай самодовольный. Аляска, казалось будто сама улыбается сейчас. Это комфорт.

Они ложатся спать вместе, снова согреваясь в холодной квартире объятиями.