9

9

Не забывай светить.

В кафеКафе оказалось неожиданно уютным. На первый взгляд — обычное заведение возле школы, но стоило войти внутрь, как Кирилл почувствовал, будто попал в другой мир. Стены были выкрашены в тёплый бежевый, в углах стояли живые растения, а от стойки пахло корицей и ванилью. Где-то на фоне играла негромкая инструментальная музыка, придавая атмосфере почти камерный уют.Кирилл подошёл к столику у окна и осторожно опустился на стул, сразу втянув голову в плечи. Он не жаловался, но было явно видно — ему холодно. Мурашки покрыли его руки, которые он спрятал под стол. Куртку он снял при входе — не хотелось выглядеть жалким, сидя в одежде, когда Рома был в одной худи. Но, блин, в этом кафе и правда можно было замёрзнуть.Рома, устроившийся напротив, сразу это заметил. Он даже не стал спрашивать — просто молча снял с себя толстовку и перекинул через стол, аккуратно накинув её на плечи Кирилла.— Чего ты... — Кирилл замер, вцепившись в ткань, как в спасательный круг. Её тепло резко контрастировало с ледяным воздухом, и ему стало почти стыдно.— Не строй из себя героя, — отмахнулся Рома и закатил глаза. — Видно же, что ты трясёшься. Сейчас бы заболел, и что мне потом с тобой делать?— Я не трясусь, — буркнул Кирилл, но не стал снимать толстовку. Он уткнулся взглядом в столешницу, будто изучал текстуру дерева. — Спасибо.Рома усмехнулся, облокотившись на стол:— Ладно. Давай ближе к делу. Надо хоть что-то друг о друге узнать, пока никто не видит. Иначе нас быстро раскроют. Начнём с банального. Любимый цвет?Кирилл фыркнул, будто вопрос был слишком глупый.— Голубой.— Как и ты, — пробормотал Рома с невинной улыбкой.— Что?— Ничего, — быстро ответил тот, скрывая ухмылку в чашке с чаем. — А у меня — розовый.Кирилл моргнул. У него, наверное, и бровь дёрнулась.— Ты шутишь?— С чего бы? — Рома пожал плечами. — Нежно-розовый. Как зефир. Это мило.Кирилл перевёл взгляд в окно, словно окружающий мир поможет ему осознать происходящее. Он мысленно повторял: это просто фейковые отношения. Фейковые. Ты не обязан понимать его. Или восхищаться. Или удивляться...— Ладно, — вздохнул он. — А еда?— Я вегетарианец, — спокойно сказал Рома, поправляя волосы. — Не по этическим причинам, просто вкус мяса мне противен.Кирилл кивнул, а потом вдруг поджал губы:— Ты серьёзно? Ты же на физре всех с ног валишь. Чем ты питаешься? Воздухом?— Макаронами, — Рома усмехнулся. — А ещё — кофе и булками с корицей. А ты?— Я... — Кирилл замялся. — Я придирчивый. Не люблю почти всё. Но... иногда могу зациклиться на чём-то. Типа пельменей. Или сыра.Рома тихо хмыкнул и тут же что-то записал в телефоне. Кирилл прищурился:— Ты что, анкету заполняешь?— Да. Чтобы потом не перепутать твой любимый цвет с моей нелюбимой едой. Представь, если нас спросят одновременно, а мы ответим разное? Палимся сразу.— Ага, — буркнул Кирилл. — Шпионская подготовка. Что дальше?— День рождения.— Ты серьёзно не знаешь?— Я хочу услышать это от тебя, — Рома посмотрел на него в упор.— Первое июня.— А у меня — двадцать восьмое октября.— Ты... скорпион? — Кирилл почти отодвинулся. — Да вы же злые и мстительные. Теперь многое объясняется.— А ты, значит, близнец? — Рома усмехнулся. — Хитрый, скользкий и вечно нервный.— Хитрый?! — Кирилл фыркнул. — Я просто... наблюдательный.— Ага, ага, — кивнул Рома. — Завтра стрим же, да?Кирилл вздрогнул. Как будто его ударили током. Он совсем забыл. Завтра — первый совместный эфир. Первый шаг к тому, чтобы все поверили в их «роман». И первая возможность — облажаться.— Не бойся, — вдруг сказал Рома. Тихо, уверенно. — Я не подставлю тебя.Кирилл перевёл взгляд на него. И тут что-то щёлкнуло. Он хотел что-то сказать, но вместо этого произнёс:— Ты ночуешь у меня?Рома кивнул, будто это уже было решено заранее:— Зайду домой, возьму рюкзак. Буду через пару часов.Кирилл молча смотрел, как Рома поднимается из-за стола и направляется к выходу. Чёрная куртка, рюкзак перекинут через одно плечо, шаги уверенные. Словно он не идёт ночевать к врагу, а просто к другу — или, хуже, к парню.Он не попрощался. И Кирилл остался один. С чашкой остывшего чая, запахом корицы и чужой тёплой толстовкой на плечах.

Тем временем. Рома.Рома буквально влетел в квартиру, не разуваясь, и навалился спиной на дверь. Он зажмурился и медленно выдохнул.— Что за хрень я творю?.. — прошептал он в темноту.Он стоял там несколько минут, просто чувствуя, как бешено колотится сердце. Мало того, что он согласился на весь этот цирк, так теперь ещё и ночёвки. Серьёзно? Он что, совсем с ума сошёл?Он сполз вниз по двери и схватился за голову.— Я же даже не переношу его... — прошептал он. — Он бесит. Его голос, его самодовольная рожа, его тупые шуточки...Рома резко встал. Пошёл собирать рюкзак. Всё происходило автоматически: футболка, носки, зубная щётка, зарядка. Положил всё в старый рюкзак и застегнул его.— Ладно. Если уж ввязался, то иди до конца, — пробормотал он и посмотрел на часы.Он шагнул на улицу. Прохладный вечерний воздух немного отрезвил. Свет фонарей отражался от асфальта, а внутри всё ещё кипело.— Стрим. Завтра стрим, — напомнил себе Рома. — И я буду в кадре. С ним. Притворяться, что он мне... нравится.Он даже не заметил, как сжал лямку рюкзака так сильно, что побелели костяшки пальцев.— Отлично, просто гениально... — пробормотал он, направляясь к дому Кирилла.