Глава 62. [18+] Хороший муж

Внимание! Глава содержит сцену 18+ в жанре "яой". Для прочтения цензурной версии этой главы перейдите на следующую главу.

~~~

Четыре заклинателя в простых холщовых одеждах очнулись в темнице. Тусклый свет, проникавший с коридора сквозь ничтожно маленькое окошко едва освещал грязные сырые стены. Не произнося ни слова, пленники лишь переглянулись и решительно кивнули друг другу, прежде чем замертво рухнуть на холодный пол, оросив его кровью, хлынувшей из их ртов.

- Как это - мертвы? - яростно ударив кулаком по столу, Генерал тёмной ночи вскочил и быстрым шагом направился в сторону темницы, пугая своим свирепым видом всех встреченных на пути подчинённых.

- Мертвы, - развёл руками охранник, впустив Ху Тэнфэя в камеру. - Мы ничего не трогали до вашего прихода.

- Выясни, как они умерли, - скомандовал мужчина, и страж тут же бросился к ближайшему трупу, осматривая его.

Проверив тела, охранник сделал вывод:

- Все четверо откусили свои языки.

Ху Тэнфэй нахмурился. Ему ещё не доводилось сталкиваться с тем, чтобы кто-то использовал их же тактику. Обычно это воины тёмной ночи подобным образом расставались с жизнью, попадая в плен.

- Генерал, я могу ошибаться, но... - на мгновение охранник задумался, однако всё же решился сказать. - Мне кажется, что они выглядели совсем не так, когда их сюда привели.

- Что ты имеешь в виду? - холодный взгляд тёмных, как ночь, глаз Ху Тэнфэя буквально пронизывал стража насквозь.

- Их лица, такое впечатление, что после смерти они изменились.

Руки Генерала тёмной ночи затряслись, до того он был взбешён. Кто бы ещё мог применить подобную уловку, если не потомок семьи, владеющей техникой изменения внешности?

- Ужесточить контроль западной границы и доложить о местоположении главы ордена Шуй! Я хочу знать, успел ли он покинуть наши территории. И немедленно вызовите в столицу командующего отрядом, что направил к нам этих пленников! - собрав в приёмном зале своих советников, распорядился Ху Тэнфэй.

В последнее время мужчина был одержим идеей заполучить Линь Сюя в качестве пленника. Помимо необходимости в выполнении приказа Владыки тёмной ночи, заключавшегося в поимке сына Линь Хуана, Генерала тёмной ночи подстёгивало стремление свести личные счёты с этим юношей, ведь, если бы не он, его родной брат не оказался бы в плену у ордена Линь.

К большому везению Мин Тяня, во время его путешествия никто так и не догадался, что Ху Синъюнь, посещавший дворец тёмной ночи, на самом деле был поддельным.

Позднее Генерала тёмной ночи уведомили о произошедшем в Юаньдине, и тогда он понял, что его брата никогда бы не отпустили просто так, а его "появление" в северном дворце стало возможным благодаря той самой запрещённой технике семьи Линь - слишком уж хорошо он был с ней знаком. К тому же, будь это действительно его брат, он бы в первую очередь навестил Ху Тэнфэя в столице по пути на север и уж точно не стал бы возвращаться обратно в орден Линь.

Когда Ху Тэнфэй услышал о появлении на восточной границе странной повозки, пугающей воинов тёмной ночи, то сразу же воскресил в памяти тот день, когда Линь Сюю удалось сбежать из столицы. Тогда одна из дворцовых комнат была защищена отпугивающим баръером, производившим аналогичный эффект.

После столкновения с техникой Мин Юаня, всех воинов тёмной ночи уведомили о принципе её работы и обязали впредь не поддаваться её устрашающему эффекту. Но подчинённые Ху Тэнфэя никогда не были особенно расторопными. И тогда, и сейчас, чего он мог ожидать от этих идиотов, из которых состоял практически весь орден тёмной ночи?

***

- Я даже завидую клану Линь, - признался Шуй Тао спустя какое-то время, проведённое в пути в компании заклинателей в чёрном. - Заклинание изменения облика открывает большие возможности тому, кто его освоит.

- А также оно входит в список запрещённых, - добавил Линь Сюй. - Если бы не крайняя необходимость, я бы не стал им пользоваться.

- Тот список - чистая формальность, - Шуй Тао рассуждал так, будто они говорили о чём-то несущественном. - В центральном государстве не предусмотрено наказания за использование упомянутых в нём техник, да и некому следить за применением запрещённых заклинаний.

- В ордене Линь меня наказали за использование "Возвращения к жизни", - возразил Ван Куан, вспомнив то время, что он провёл с деревянным мечом.

- Каждый орден сам решает, какие техники являются неприемлемыми, да и очевидно, что заклинания изменения внешности и воскрешения кардинально отличаются по степени опасности для того, кто их применяет, - Шуй Тао задумался, а затем решил поинтересоваться:

- Если не секрет, кого вы пытались воскресить?

Ван Куан не ответил, но бросил быстрый взгляд на человека, сидевшего рядом с ним, который, в свою очередь, улыбнулся главе ордена Шуй и приветственно помахал рукой. Из-за чужой внешности Шуй Тао не мог сразу сориентироваться кто есть кто, но различал спутников по голосу.

- Надо же, не думал, что у вас получилось! - восхищённо воскликнул мужчина, а затем обратился к восставшему из мёртвых:

- А вы...

- Сяо Лян собственной персоной, - послышался звонкий голос, не сочетавшийся с грубой и заурядной наружностью адепта тёмной ночи.

- Ах, господин Сяо, должно быть, вы очень важный человек в жизни господина Вана.

- Разумеется, кто может быть важнее супруга? - невозмутимо ответил Сяо Лян, повергнув в шок главу ордена Шуй своими словами.

- Не смотрите на меня, моя возлюбленная - девушка, - заметив на себе любопытный взгляд Шуй Тао, поспешил уточнить Мин Юань.

Мужчина несколько смутился из-за своей реакции, поскольку не хотел, чтобы его спутники подумали, что он имел что-то против однополой любви. Он взял себя в руки и объяснил:

- Прошу прощения за моё поведение, просто я не ожидал, что вы все окажетесь...

Шуй Тао запнулся, потому что едва не произнёс фразу, которая могла бы показаться оскорбительной, однако, к его удивлению, Сяо Лян сказал это за него:

- Обрезанными рукавами? Не переживайте, я сам поначалу удивлялся, ведь я был первым, кто осознал, что меня влечёт к мужчинам и не думал, что в моём окружении окажется так много представителей моей команды.

Глава ордена Шуй про себя облегчённо вздохнул, сумев с помощью Сяо Ляна избежать неловкости, а затем быстро перевёл тему:

- Господин Линь, насколько мне известно, навык изменять внешность требует присутствия человека, с которого можно скопировать черты лица. Как вы сумели создать тем адептам четыре совершенно разных образа, не похожих ни на кого из вас?

- Я тоже так думал, однако, чем усерднее я в этом совершенствовался, тем легче мне становилось применять эту технику. После некоторой практики я научился комбинировать черты лица, которые отложились в моей памяти, - пояснил Линь Сюй. - Чем больше лиц я запоминаю, тем больше разных вариантов внешности могу создавать.

- Линь-Гэ перещупал лица практически всех адептов и учеников в горах Тяньцзи, - засмеялся Сяо Лян. - На месте Белых одежд я бы даже приревновал.

-  А ты спроси у Ван Куана, ревнует ли он, когда ты применяешь свой порошок и заставляешь людей пускать на тебя слюнки? - не остался в долгу Линь Сюй.

Сяо Лян испуганно посмотрел на своего супруга, который ничего не сказал, а лишь слегка сдвинул брови. Мин Юаня передёрнуло от воспоминаний о Сяо Ляне в развратном образе Юэ Маньсюэ.

- Куан, я обещаю применять его реже, - заверил его Сяо Лян и потянулся к его щеке, чтобы поцеловать, но вовремя спохватился, вспомнив о Шуй Тао, сидевшем напротив. Ван Куан же ответил:

- Если этот порошок помогает тебе в бою, то нет ничего страшного в его использовании, тем более, что твои противники видят кого угодно, кроме тебя.

- Сяо-сюн, а ты применял порошок на Ван-сюне? - тут же полюбопытствовал Мин Юань.

- Я и так могу раздеться, когда он пожелает, зачем тратить на него порошок? - не раздумывая ответил Сяо Лян.

Шуй Тао не выдержал и негромким кашлем напомнил о своём присутствии.

Остаток пути они преодолели, не касаясь неловких тем.

***

- Генерал, согласно сведениям с западной границы, повозка главы ордена Шуй уже успела пересечь её. Адепты тёмной ночи, сопровождавшие его, отправились в его владения вместе с ним.

- Неужели ты ещё не понял, что они не были адептами нашего ордена? - раздражённо спросил Ху Тэнфэй у своего подчинённого, озвучившего ему неблагоприятные новости. - В этой голове есть хоть капля мозгов?

Генерал тёмной ночи прекрасно понимал, почему подавляющее большинство воинов тёмной ночи не блестали умом и сообразительностью. В глазах Владыки тёмной ночи они были лишь пушечным мясом, а вкладываться в расходный материал он не считал целесообразным. К тому же, они не задавались лишними вопросами и были исключительно преданными солдатами, которым не ведом был страх смерти.

Но в случае с четвёркой пленных, что блестяще выполнили свой долг перед орденом тёмной ночи, расставшись с жизнью, едва попали в плен, получилось так, что их преданность сыграла с Ху Тэнфэем злую шутку. Единственные свидетели, которые могли хоть что-нибудь рассказать о сопровождавших главу ордена Шуй заклинателях, отправились к праотцам.

Не смотря на то, что Генерал тёмной ночи сразу всё понял, командующего отрядом, проворонившим вражеских заклинателей, всё равно привезли во дворец и велели подтвердить личность несостоявшихся пленников. В качестве наказания за ошибку, его понизили в должности и велели в одиночку позаботиться о захоронении тел своих бывших подчинённых.

- Отправьте письмо во дворец Сюин с изложением последних событий, - распорядился Ху Тэнфэй после некоторых раздумий, - а также подайте запрос по поводу начала ведения военных действий против ордена Шуй.

***

- Никому не следует знать, что вы прибыли вместе со мной, - сказал Шуй Тао, когда повозка остановилась неподалёку от города Фанъюй, в самом сердце которого находился дворец Шуй, где обитал глава ордена и вся его семья.

Попрощавшись с Шуй Тао, четвёрка заклинателей, вернув себе настоящий облик, отправилась на поиски постоялого двора в небольшом городке, возле которого их высадили.

- Я не хочу, чтобы эти двое жили в соседней комнате, - категорично заявил Мин Юань, упрашивая Линь Сюя взять комнаты хотя бы через одну. - Стены слишком тонкие, а я намерен спать, а не слушать, как они проводят время, предназначенное для сна.

- Завидовать нехорошо, - одарил его улыбкой Сяо Лян. - Честно говоря, я и сам так устал, что с удовольствием бы поспал.

- Всё равно из двухместных остались только две соседние комнаты в конце коридора, - Линь Сюй жестом призвал своих спутников следовать за ним.

Разместившись и приведя себя в порядок после долгого пути, заклинатели встретились за ужином.

- После того, как мы с Мин Юанем прибудем в Фанъюй, я передам письмо для главы семьи Шуй с просьбой об официальной встрече, - рассказывал Линь Сюй. Затем он обратился к Сяо Ляну:

- Я уже подготовил аналогичное письмо для главы семейства Хо.

Приняв из рук шисюна официальное письмо, написанное на роскошной бумаге, Сяо Лян тут же бережно спрятал его у себя в рукаве.

- Мы с Куаном отправимся во владения ордена Хо завтра ранним утром.

Отужинав и заранее попрощавшись, заклинатели разошлись по своим комнатам.

- Хоть я и сказал шиди Юаню, что хочу спать, всё же я немного слукавил, - устроившись в объятиях своего мужа, признался Сяо Лян.

Ван Куан, который бездумно поглаживал волосы супруга, ничего не ответил, но его нижняя часть тела уже какое-то время говорила сама за себя, что, впрочем, не было чем-то из ряда вон выходящим: непосредственная близость Сяо Ляна всегда заставляла его чувствовать возбуждение.

- Но ты обещал ему, что мы не будем шуметь, - Ван Куан сильнее прижал к себе супруга, лежавшего к нему спиной, отчего его твёрдый орган оказался прижат к заду Сяо Ляна.

- Ты специально только раззадориваешь меня, - обвинил его юноша, при этом охотно подаваясь навстречу. - Ты куда это собрался?

Сяо Лян с интересом наблюдал, как Ван Куан поднялся с кровати и стал что-то искать в рукавах своих одежд. Затем он выпрямился и показал свою находку.

- Это поможет тебе вести себя тише?

Сяо Лян посмотрел на кусок чёрной ткани в руках мужа и утвердительно закивал. Получив согласие юноши, Ван Куан вернулся в прежнее положение, устроившись на кровати позади Сяо Ляна, и немедленно завязал ему рот. Это привело юношу в восторг, и он стал ёрзать в нетерпении, намекая, чтобы мужчина переходил к активным действиям.

Ван Куана не нужно было долго упрашивать: он потянулся к поясу нижних штанов Сяо Ляна и в следующий миг они были спущены до колен. Сделав то же самое со своими штанами, он какое-то время не спешил вторгаться в тело своего любимого, дразня его лёгкими поцелуями в шею. Сяо Лян не выдержал и, нащупав своей рукой член Ван Куана, принялся скользить по его влажной и горячей плоти, желая, чтобы мужчина утратил самообладание и наконец овладел им.

Конечно же, юноша знал, что это сработает. Поцелуи в шею превратились в страстные покусывания, от которых Сяо Лян возбуждался ещё сильнее, но не смел издать ни звука, лишь шумно втягивая воздух через нос. Движения его руки становились всё более порывистыми, когда наконец его запястье перехватила рука Ван Куана, заставив Сяо Ляна отпустить член мужчины.

В следующий миг желание юноши было наконец услышано: его преисполненное вожделением тело ощутило вторжение. Он тут же неосознанно издал чувственный стон, приглушённый тканью, закрывающей его рот.

- Будь послушным мальчиком, веди себя тихо, - спокойно велел Сяо Ляну Ван Куан, полностью вошедший в него, - иначе я не начну двигаться.

Сяо Лян попытался пошевелить тазом самостоятельно, но мужчина прижал его к себе, не давая сдвинуться ни на цунь, наказывая за неосторожный стон своим бездействием.

- Ммм, - тихонько отозвался юноша, имея в виду, что готов повиноваться,  и тут же ощутил всю сложность выполнения своего обещания.

Ван Куан принялся безжалостно толкаться в него, наслаждаясь попытками Сяо Ляна держать рот на замке. Юноша судорожно дышал носом, подавляя рвущиеся наружу звуки своего голоса, опасаясь в любую секунду нарушить спокойствие соседей.

- Хороший муж, - похвалил его Ван Куан. - Потерпи ещё немного.

Затем Сяо Лян ощутил, как одной рукой мужчина властно схватил его за волосы, а другой принялся уделять внимание члену юноши, при этом сзади осуществляя ещё более жёсткие толчки, чтобы окончательно свести его с ума.

Тем временем в соседней комнате Мин Юань видел десятый сон, а Линь Сюй размышлял о предстоящем визите во дворец Шуй, прежде чем усталость взяла верх и заставила его также погрузиться в сон.