13

Утром я проснулась вся хмурая и совсем без настроения. Ночью долго не могла уснуть, потому что слова и действия Тима не давали мне покоя. Я ворочалась, пытаясь найти подходящую позу, за что Полина переодически била меня подушкой, потому что моя персона мешала ее сну. Так что была раздавлена в буквальном и переносом смысле. Уснула только под утро, но выспаться мне все равно не удалось, потому что где то в часов семь за мной пришли мои родители.— Давай вставай, а то твои родители сейчас начнут обыск. — Поля треплет меня за плечо, голос у нее хоть и сонный, но кажется она бодрой, раз так сильно трясет меня из стороны в сторону. — Ну можно еще немного...— А вот надо было спать ложиться раньше вчера! Вертелась как юла. — фыркает Полина и наклоняется ко мне ближе. — Или ты была так взбудоражена от проведенного времени с Тимом? Что же он мог такого там тебе сделать...От ее двусмысленных намеков, я моментально открываю глаза и сажусь в постели, чуть не ударившись лбом об нос Поли. Да что она такое несет! Я наверно опять красная как помидор, потому что чувствую, насколько сильно горят мои щеки.Полина присвистывает от моей реакции и потирает ладони, как большая муха, видимо в ожидании моего рассказа.— Ничего такого не было, о чем могли подумать твои грязные мыслишки. — отмахиваюсь, похлопывая себя по щекам, приказывая им вернуться в естественный вид. Я так не краснею даже от постельных сцен в книгах! — Да и вообще, знаешь...Рассказать все что вчера случилось после ухода подруги, я не успеваю, потому что в комнату бесцеремонно вламывается мой папа, вместе с мамой и вид у них очень не добрый. Сзади вижу виноватое лицо Тима, он пожимает плечами и разводит руками. Видимо пытался задержать подольше, но ничего не вышло. А с моими родителями бы никакой трюк не прокатил, они очень пекутся обо мне и порой эта гиперопека безумно меня раздражает. Такое чувство, что она перекрывает мне горло и не дает свободно дышать.Щеки, которые вроде только что успели принять прежний оттенок, снова становятся пунцовыми, только от стыда и смущения. Меня сейчас будут отчитывать перед моими друзьями, ну просто класс!— Домой давай собирайся, а не спи! — приказывает папа, и мама начинает собирать мои вещи в рюкзак. Скидывает туда и косметику, и наушники, и фотоаппарат, а мне остается лишь тяжело вздохнуть и подняться с кровати.— Пап...— Дома поговорим, юная леди о вашем поведении! — одаривает меня строгим взглядом мужчина, и я сникаю. — Мы успели разочароваться в тебе еще вчера, так что сейчас не нужно оправданий.— Дядь Миша... — начинает Полина, но мужская поднятая рука сразу заставляет ее умолкнуть.— Никаких слов, Полина, выслушивать я не собираюсь.Поля хмурит брови и покрепче сжимает зубы. Видно, что это ей совсем не нравится. Не только, что с ней обращаются вот так, а то что со мной говорят в таком тоне, что даже слово не дают вставить. Это вызывает у меня слабую улыбку, от такого просто факта и настоящей дружбы.— Дядя Миша, это все была моя затея! — вдруг вваливается в комнату Тим, а я округляю глаза. Боже мой, парень, что ты делаешь!? — Арина не хотела идти, но я пообещал, что все будет хорошо и никто не узнают. Я подтолкнул ее на обман, она и Полина тут вообще не при чем.Я качаю головой и хочу подойти к другу, но мама перехватывает меня, всовывая в руки рюкзак и не давая, спасти Тима, сказать правду о том, что на самом деле зачинщиком была я! Просто подставляю друга из за своей глупости, так не должно быть! Друзья так не поступают...— Да, Тимофей, я был о тебе лучшего мнения. Молодец, что решил сознаться, но раз ты так плохо влияешь на мою дочь, то думаю, вы больше не можете общаться.Слова отца повисают в воздухе, заставляя всех замолчать. Кажется, что даже никто не дышит, обдумывая сказанное, и когда наконец смысл доходит все лопается, как мыльный пузырь.— Что!? Папа!? Но это не так! Тим врет! Это я во всем была виновата! — ору я, дергаю друга за плечо, но тот не двигается, а лишь сильнее сжимает кулаки.— Вы не в праве запрещать ей общаться с тем, с кем она хочет! Ей уже не десять лет! — кричит Тим, явно не ожидавший, что его «помощь» завернет не в ту сторону.— Милый, думаю, что тебе нужно успокоиться, не надо делать поспешных вывод. Все были детьми, всякое бывает. — это уже говорит моя мама, но даже ее папа слушать не собирается.— Тим очень хороший парень, да и к тому же дорог Арине! Неужели вы хотите, чтобы ваша дочь грустила и была несчастна!? — вставляет свои слова и Поля, но отец просто разворачивается и уходит, намекая, что разговор окончен и его слова не принадлежат обсуждению.Я ошарашено перевожу взгляд со спины отца на Тима, на Полю и мне становится тяжело дышать. Неужели моя глупость послужила концом нашей дружбы!? Неужели мои глупые мечты, воздушные замки, стали крепкой стеной между нашим пониманием!? Я испортила абсолютно все. Я всегда всем и везде все порчу. Надо было действительно послушаться Тима и устроить традиционную ночевку, но нет, мне нужно было каких- то новых ощущений, докатилась!Чувствую, как истерика подступает к горлу, а глаза уже на мокром месте. Стараюсь сдержать этот порыв, но я всегда была слишком эмоциональная и никогда не могла контролировать свои эмоции. Первый всхлип вырывается очень тихо, но второй и третий уже просто невозможно не заметить.Мама толкает меня вперед, а я даже не успеваю взглянуть на своих друзей, потому что из за пелены слез не вижу их лиц. Как мы спустились вниз и как дошли до дома, я уже не помню. Единственное, что врезалось мне в памяти, как отец отчитывал меня, говоря, что слезами уже тут не поможешь и все это послужит мне жизненным уроком. Мама гладила меня по спине, но мне было ужасно больно от этого всего. Я чувствовала себя не понятой и оскорбленной.Так что зайдя домой, я не осталась на кухне для «серьезного разговора», сразу побежала наверх к себе в комнату и заперлась там. Родители стучались ко мне, папа пытался вскрыть замок, но все обошлось, потому что вышла бабушка и сказала оставить меня в покое.— Дайте девчонке пожить свою молодость, хватит уже держать ее при себе. — защищала она меня. — Сами себе вспомните ее в возрасте!— Да я в ее возрасте...— начал отец, но бабушка его перебила.— Ты – это ты, а Арина совсем другой человек! Идите спите, а девочке дайте выплакаться и поспать. А то вы сейчас всех тут разбудите в доме.Как только я услышала звук отдаляющихся шагов, наконец смогла расслабиться. Упав на свою кровать, я свернулась комочком и обняла плюшевого миньона, которого мне подарила Полина на один из дней рождений. А потом притянула еще одну игрушку, белого зайчика, которого мне уже подарил Тим. Он еще тогда сказал, что как только увидел эту игрушку, то сразу вспомнил меня. Это тронуло до глубины моей души.Мысли вертелись, но сон победил, и я заснула, обнимая игрушки и думая о своих друзьях. А во сне мне снился прекрасный сон, где мы все вместе катаемся на велосипедах и едим малину. Это вроде даже не просто фантазия, а реальное прошлое. Такое было года два или три назад. Хорошее было время.