9 писюн

Все ушли в столовую, шумный поток коллег заполнил пространство у кухни. Я остался в коридоре, наливая себе стакан воды из кулера, когда тихий скрип пола привлёк моё внимание.

- Феликс, - прозвучал знакомый, но сегодня чуть иной голос Сынмина. Он не просто говорил загадочно, теперь это звучало почти нарочито, с каким-то намерением, которое я не мог понять.- Сынмин? - спросил я, слегка напрягшись.- Ты... ты всегда так приходишь и говоришь странные вещи?

Он слегка улыбнулся, взгляд был внимательный и почти серьёзный:

- Не всегда. Иногда люди видят мир только снаружи. Но для тебя... мир повторяется, и память ускользает. Ты это уже заметил, не так ли?

Я почувствовал, как сердце ускорилось. В прошлые разы я почти не реагировал на его странности, списывая всё на загадочность. Но сегодня - что-то было другим. Его слова имели смысл, и я начал осознавать, что повторяющиеся дни, повторяющиеся детали и цифры - это не просто усталость.

- Я... да, - сказал я тихо, - я замечал, что всё повторяется... но почему ты приходишь и говоришь это именно сейчас?

Сынмин сделал шаг ближе, внимательно посмотрев на меня:

- Я всегда это говорил.

Каждый шаг Сынмина: как он подходит, как смотрит на меня, жест рукой, тон голоса - я записывал мысленно, фиксировал на всякий случай.

- Раньше ты был... - начал я, - не таким. Почему сейчас так?

Он слегка улыбнулся, едва заметно:

- Иногда люди должны понять сами.

И так же внезапно, как появился, он ушёл, оставив меня стоять с стаканом воды и растущей тревогой. В голове прокручивались события дня, повторяющиеся шаги коллег, свои действия, и странное поведение Сынмина.

*Почему он изменился?* - думал я. - *Почему теперь это так... настойчиво?*

Я сделал глубокий вдох.

Финальный проект требовал максимальной точности.

- У нас остаются считанные часы, - сказал Джисон, раздавая последние исправления. - Любая ошибка будет дорого стоить.

Минхо тут же предложил вариант перестановки перегородок, а я снова начал фиксировать каждую деталь.

- Феликс, - подошёл Хенджин, держа планшет с макетами фасада, - давай распределим задачи: я возьму часть фасадов, а ты проверь внутренние планировки. Мы можем ускорить процесс и избежать повторений.

Я кивнул, но в голове возникло странное чувство:

*я уже делал это сегодня, вчера, кажется, и, возможно, ещё раньше*

Каждое движение мышью, каждый взгляд на чертежи - как дежавю, которое становилось болезненным.

- Минхо, - пробормотал я, - мы уже проверяли этот угол?- Возможно, - ответил он, слегка нахмурившись, - но лучше перепроверим.

Я снова начал перепроверять всё, даже то, что делал десятки раз. Головная боль нарастала, словно каждая повторяющаяся мысль вбивала острый клин в виски. Хенджин заметил моё напряжение и тихо сказал:

- Феликс, давай сделаем паузу на пару минут, потом продолжим. Мы справимся.

Но я не мог остановиться. Каждое действие, каждая цифра, каждый шаг в проекте были важны. Всё повторялось в голове, и с каждой минутой боль в голове усиливалась, тревога росла, а чувство дежавю становилось почти невыносимым. Минхо, Джисон и Хенджин работали слаженно, обсуждали новые решения, проверяли расчёты, а я продолжал фиксировать каждую деталь, стараясь удержать контроль.

- Мы почти закончили, - сказал Хенджин, показывая последние макеты, - осталось только финальное согласование.

Я кивнул, стиснув зубы, чувствуя, как голова раскалывается от повторяющихся действий и мыслей. День продолжался, а я всё больше ощущал, что мир вокруг повторяется, и что моя память и сила постепенно истощаются.

Рабочий день приближался к концу, но напряжение было почти невыносимым. Финальный проект требовал идеальной точности, а я ощущал, что теряю контроль над каждым шагом.

- Феликс, ты опять перепроверяешь тот же угол? - резко сказал Джисон, видя, как я возвращаюсь к тем же чертежам в третий раз подряд.- Я... я просто хочу убедиться, что всё верно! - выдохнул я, ощущая, как тревога внутри меня растёт до предела. Голова болела, мысли путались, а действия казались уже не моими.

Минхо пытался вмешаться, предложить решение, но я едва слушал, фиксируясь на повторяющихся деталях.

- Феликс... - Хенджин подошёл, с тревогой в голосе, - ты слишком устал... или что-то ещё происходит.- Нет! - вырвалось у меня, - я не могу ошибиться.

В этот момент я почувствовал настоящий всплеск паники и беспомощности, всё накладывалось в голове, и я больше не мог различать, что реально, а что повторение.Хенджин схватил меня за руку, но не просто утешал, а активно действовал:

- Феликс, слушай меня. Сядь, глубоко вдохни. Давай вместе проверим шаги, один за другим. Я помогу.- Я... - едва смог вымолвить я, - голова...

Он помог мне сесть за стол, взял часть расчетов на себя, указывая, какие шаги я уже проверял, а какие - нет. Он активно включался в процесс, распределял задачи, делал расчёты параллельно, чтобы я мог восстановить контроль.

- Мы справимся, - сказал Хенджин спокойно, но решительно, - просто следуй за мной.

Я кивнул, пытаясь сфокусироваться. С каждым его словом тревога немного снижалась, но ощущение потери контроля над памятью усиливалось. Я понимал, что не могу больше полагаться только на себя.

В этот момент я впервые отчетливо осознал:

*что-то серьёзно меняется в моей памяти*

И Хенджин - единственный, кто может помочь удержаться в этом хаосе.

День подходил к финалу, а я сидел, чувствуя смешение паники, боли и усталости, и одновременно - поддержку Хенджина, который теперь не просто наблюдал, а действовал рядом, пытаясь спасти нас обоих и проект.