Назад в Уоррингтон

— Жива, — я усмехнулась, переворачивая телефон экраном к себе. — Но, судя по всему, ненадолго.

Эмма фыркнула.

— Ну, значит, всё как обычно.

Я не смогла сдержать улыбку.

За два года Эмма почти не изменилась. Или, может быть, изменилась, но я просто не замечала этого, потому что привыкла видеть её лицо через экран. Её светлые волосы сейчас были собраны в небрежный хвост, несколько прядей выбились и падали на лицо. Она сидела где-то у себя дома, завернувшись в серую толстовку, и, судя по всему, только что вернулась с улицы.

— Ты уже собрала вещи? — спросила она.

Я посмотрела на открытый чемодан.

— Частично.

— То есть?

— То есть я собрала всё, что мне понадобится.

Эмма прищурилась.

— Анна.

— Что?

— Ты собираешься сбежать из страны с одним чемоданом и рюкзаком?

— У меня ещё будет второй чемодан.

— А-а. Ну тогда всё нормально. А я уже испугалась.

— Очень смешно.

— Я серьёзно, — она вдруг стала немного серьёзнее. — Ты точно уверена?

Я замерла.

Этот вопрос я слышала последние несколько недель слишком часто.

От мамы.От отца.От друзей.От самой себя.

Точно ли я уверена?

Да.Я была уверена.Наверное.

— Да, — сказала я после короткой паузы.

Эмма внимательно посмотрела на меня через экран.

— Хорошо.

И почему-то именно это простое «хорошо» заставило меня выдохнуть.

Не «ты уверена?».Не «а вдруг пожалеешь?».Не «может, тебе стоит остаться?».Просто хорошо.

— Я забронировала билет, — призналась я.

Эмма резко подняла брови.

— Что?

— Билет.

— Я слышала. Когда?

— Вчера.

— Ты уже купила билет?!

— Да.

— Анна!

Я рассмеялась.

— Что?

— Ты говорила мне, что пока только думаешь!

— Я говорила, что думаю, стоит ли говорить маме.

— А ты уже всё решила.

— Я же говорила.

— Ты ненормальная.

— Возможно.

Эмма покачала головой, но улыбалась.Я посмотрела на дату вылета, которая была открыта на экране моего ноутбука.Через десять дней.Всего десять дней.От этой мысли внутри всё одновременно сжалось и расправилось.Я действительно возвращалась.Не на каникулы.Не на неделю.Не на месяц.Я возвращалась туда, где когда-то впервые почувствовала, что могу быть собой.

— Я прилетаю в Манчестер, — сказала я.

— Я знаю.

— Ты встретишь меня?

— Нет.

Я замерла.

— Что?

Эмма рассмеялась.

— Конечно, встречу, дура.

— Я тебя сейчас ненавижу.

— Ничего, переживёшь.

Она немного помолчала, а потом спросила:

— Ты уже решила, где будешь жить?

— Пока нет. Первое время, наверное, у тебя.

— Я уже сказала маме, что ты можешь пожить у нас.

Я подняла голову.

— Правда?

— Да. Она сказала, что ты можешь занять мою комнату.

— А ты?

— Я буду спать на диване.

— Эмма!

— Расслабься. Я сама предложила.

— Я не могу просто приехать и выселить тебя из собственной комнаты.

— Во-первых, ты не просто кто-то. Во-вторых, моя комната всё равно превратилась в склад после того, как ты уехала. Там теперь половина твоих старых вещей.

Я нахмурилась.

— Каких?

— Не знаю. Какой-то свитер. Книги. Твои тетради.

Моё сердце странно дрогнуло.Тетради.Наверное, там были мои старые записи.Те самые, которые я делала ещё до того, как начала писать всерьёз.До клуба.До первых публикаций.До того, как люди начали узнавать моё имя.До того, как я научилась превращать свои чувства в слова.И среди этих тетрадей наверняка были страницы, посвящённые Оуэну.Я тут же отогнала эту мысль.

— Можешь их выбросить.

— Даже не думала.

— Эмма.

— Я сказала нет.

Я закатила глаза.

— Ты невозможная.

— А ты возвращаешься ко мне через два года. Поэтому я имею право хранить твои старые вещи.

Я улыбнулась.На несколько секунд мы обе замолчали.И в этой тишине вдруг стало ясно, насколько всё изменилось.Два года.Два чёртовых года.Я уехала шестнадцатилетней девочкой, которая понятия не имела, кем хочет быть. А теперь возвращалась восемнадцатилетней девушкой, у которой была работа, книги, подписчики, люди, которые ждали новых текстов.И всё равно мне было страшно.

— Эмма?

— М?

— А если всё будет не так?

Она перестала улыбаться.

— Что именно?

Я пожала плечами.

— Всё.

Я смотрела на своё отражение в маленьком окошке видеозвонка.

— Если я приеду и пойму, что Уоррингтон больше не мой дом?

Эмма ничего не ответила сразу.

— Тогда ты найдёшь новый, — сказала она наконец.

Я посмотрела на неё.

— Что?

— Если ты больше не чувствуешь себя дома там, где когда-то жила, это не значит, что ты проиграла. Может быть, тебе просто нужно построить другой дом.

Я улыбнулась.

— Ты сегодня слишком мудрая.

— Я всегда мудрая.

— Конечно.

— Между прочим, я серьёзно.

— Я знаю.

И я действительно знала.Наверное, именно поэтому я всё-таки решилась.Не потому, что хотела вернуть прошлое.А потому, что хотела проверить, кем я стала, если снова окажусь там, где всё когда-то началось.                                          ***В аэропорту было холоднее, чем я ожидала.Я стояла с двумя чемоданами, рюкзаком и бумажным стаканчиком кофе в руках, который успел остыть ещё до того, как я дошла до выхода.

Эмма написала мне уже пять раз: Где ты?Я на парковке.Анна, ты точно вышла из аэропорта?Ты опять потерялась?Я вижу тебя.

Я подняла голову.

И увидела её.

Эмма стояла возле машины, размахивая руками, словно пыталась привлечь внимание самолёта, а не одного конкретного человека.Я рассмеялась и пошла к ней.Следующие несколько секунд превратились в сплошной хаос.Она обняла меня так крепко, что я едва не выронила кофе.

— Ты приехала!— Я же сказала, что приеду.— Ты стала выше.— Нет.— Стала.— Эмма.— И волосы у тебя длиннее.— Возможно.— И ты похудела.— Спасибо?— Это был комплимент.— Ужасный.

Она отстранилась и посмотрела на меня внимательнее.

И вдруг улыбка исчезла с её лица.— Боже.— Что?— Ты действительно здесь.

Я тоже перестала улыбаться.

Оглянулась.Манчестер.Серое небо.Влажный асфальт.Люди, спешащие мимо.Английская речь вокруг.Всё было настолько знакомым, что от этого становилось почти больно.Я почувствовала, как внутри что-то перевернулось.Я вернулась.

— Да, — тихо сказала я. — Я действительно здесь.

Эмма взяла мой чемодан. До Уоррингтона мы поехали на машине.

И только когда я села на пассажирское сиденье и пристегнулась, телефон снова завибрировал.Новое уведомление.Я машинально взглянула на экран.Instagram.Кто-то отметил меня в публикации.Я открыла её.Фотография была сделана сегодня.На ней был изображён огромный рекламный баннер возле одной из центральных улиц. А на баннере — знакомое лицо.Кудрявые каштановые волосы.Высокий парень в дорогом костюме.Оуэн Купер.Я застыла.

Эмма заметила это почти сразу.— Анна?

Я быстро заблокировала телефон.— Всё нормально.

— Ты уверена?

— Да.

Она ничего не сказала.Только завела двигатель.Я отвернулась к окну.Город проплывал мимо, постепенно превращаясь в знакомую дорогу на Уоррингтон.Я смотрела на мокрые улицы и пыталась убедить себя, что это ничего не значит.Он просто существует. Я просто существую. Мы больше не связаны. Два года — это огромный срок. За два года люди меняются. За два года можно вырасти. Влюбиться. Разлюбить. Забыть.Стать другим человеком. Я смотрела на отражение собственного лица в стекле. И почему-то совершенно не верила ни одному из этих слов.Потому что где-то глубоко внутри меня всё ещё жила шестнадцатилетняя девочка.Та, которая когда-то смотрела на Оуэна и думала, что некоторые люди обязательно остаются с тобой навсегда.

Даже если уходят.

Я закрыла глаза.— Только не это, — прошептала я.

— Что? — спросила Эмма.

Я открыла глаза и посмотрела вперёд.На дорогу.На город.На новую жизнь, которую собиралась начать.— Ничего.

И впервые за два года мне пришла в голову совершенно пугающая мысль.А что, если я вернулась именно тогда, когда Оуэн тоже наконец готов был вспомнить обо мне?