Глава 2:Подозрения

Соник ещё несколько секунд наслаждался теплом и дрожью тела Шэдоу, а потом медленно вышел из него. Он аккуратно разрезал катанами остатки паутины, освобождая чёрно-красную фигуру. Шэдоу тяжело опустился на край крыши, ноги едва держали его. Тело ныло, колени подгибались, а внутри всё ещё пульсировала горячая, липкая память о произошедшем.

Шэдоу медленно встал, бросил на Соника полный злости и унижения взгляд. Красные глаза под съехавшей маской горели.

— Никогда больше, — прохрипел он. — Если ты хоть слово кому-то скажешь…

Не договорив, он развернулся и, пошатываясь, исчез в ночи, прыгая с крыши на крышу. Каждый шаг отдавался болью и стыдом.

Соник только усмехнулся под маской Дэдпула и тихо пробормотал:

— До встречи, паучок…

---

С той ночи внешне ничего не изменилось.

Они продолжали жить обычной жизнью, не зная (или почти не зная) друг друга вне костюмов. Соник прекрасно знал, кто скрывается под маской Человека-Паука — он давно вычислил Шэдоу. А вот Шэдоу понятия не имел, что болтливый синий ёж по имени Соник и тот самый невыносимый Дэдпул — один и тот же человек. Для него Дэдпул оставался безликим, раздражающим психом в красном костюме.

Они оба учились в одном университете — Green Hill University. Соник был на факультете спортивных наук и механики, вечно прогуливал лекции, но сдавал всё на отлично благодаря своей скорости и сообразительности. Шэдоу учился на факультете прикладной физики и инженерии — серьёзный, замкнутый, с идеальными оценками. Они иногда пересекались на общих лекциях или в кампусе, но почти не общались.

Шэдоу с того самого вечера на крыше не мог спокойно спать. Каждый раз, закрывая глаза, он вспоминал, как висел связанный, как руки Со… Дэдпула скользили по его телу, как тот входил в него глубоко и безжалостно. Воспоминание вызывало одновременно ярость и нежеланный жар внизу живота. Он стал ещё более раздражительным и молчаливым.

А Соник просто улыбался про себя, когда видел Шэдоу в университете. «Паучок» выглядел как всегда идеально: чёрная шерсть, красные полосы, строгий взгляд. И Соник знал, как этот же Шэдоу выглядит, когда стонет и сдаётся.

Однажды на паре по общей физике они оказались за соседними партами. Лектор что-то монотонно рассказывал про векторные поля. Соник, как всегда, сидел, закинув ноги на стол, и тихо насвистывал.

Шэдоу покосился на него. Голос… Этот лёгкий, самоуверенный тон, манера растягивать слова… Он уже несколько недель ловил себя на мысли, что голос Соника до жути похож на голос Дэдпула. Те же интонации, та же раздражающая весёлость. Поначалу Шэдоу отмахивался от этой мысли — совпадение. Но после той ночи подозрения только усилились.

— Эй, Соник, — тихо сказал Шэдоу, не поворачивая головы. — Ты когда-нибудь… носил красный костюм?

Соник замер на долю секунды, потом повернулся с самой невинной улыбкой.

— Красный? Не-а. Я больше по синему. А что, хочешь мне что-то подарить, Шэдоу?

Шэдоу прищурился. Голос. Опять этот голос. Он был почти уверен, но доказательств не было. Только смутные подозрения и воспоминания о том, как Дэдпул шептал ему на ухо «паучок».

— Просто показалось, — холодно ответил Шэдоу и отвернулся к тетради.

Соник еле сдержал смешок. Он знал, что Шэдоу подозревает. Это только добавляло остроты. Иногда на переменах он специально проходил мимо и бросал какую-нибудь фразу, которую говорил тогда, на крыше:

— Не запутался в своих делах, пау… тьфу, Шэдоу?

Шэдоу каждый раз напрягался, кулаки сжимались, а взгляд становился тяжёлым. Он ничего не говорил, но внутри всё кипело. Воспоминания о той ночи всплывали особенно ярко: беспомощность, стыд, удовольствие, которое он так и не смог выкинуть из головы.

В их обычной жизни они почти не взаимодействовали. Соник продолжал носиться по кампусу, устраивать вечеринки с Тейлзом и наклзом, а Шэдоу проводил вечера в библиотеке или в секретной лаборатории, совершенствуя свои паучьи гаджеты. Но теперь между ними повисла невидимая нить — та самая ночь, о которой оба молчали.

Иногда Шэдоу ловил себя на том, что слишком долго смотрит на Соника на лекциях. А Соник, в свою очередь, продолжал дразнить его, но уже осторожнее — чтобы не раскрыться раньше времени.

Подозрения Шэдоу росли. Голоса были слишком похожи. Поведение — слишком знакомое. И однажды вечером, патрулируя город в костюме Человека-Паука, он подумал: если Соник действительно Дэдпул… то что он будет делать?

Пока что ничего не изменилось. Они просто жили дальше — учились, сражались с Эггманом в масках и хранили в голове одну общую, горячую и запретную тайну.

Но паутина уже была сплетена. И рано или поздно она затянет их снова.