Прошел год

За этот год я сблизилась с ребятами так сильно, что порой забывала — у нас когда-то была другая жизнь, другие имена и семьи. Глэйд стал моим миром, а эти мальчишки — моей единственной правдой. Минхо превратился для меня в того самого несносного старшего брата, которого у меня никогда не было или которого я просто не помню. Он стал главным шутником и моим верным союзником в словесных перепалках. Его сарказм был моим щитом; когда становилось слишком страшно смотреть на закрывающиеся стены Лабиринта, Минхо всегда находил способ отпустить какую-нибудь нелепую шутку про «шанков» или «кланк», заставляя меня смеяться вопреки здравому смыслу. Да и в принципе, мы два главных шутника в Глэйде, порой когда что то замышляем, все держатся от нас подальше. Последний раз, мы чуть не сломали вышку, потому что я сказала Минхо, что он не сможет подтянуться на лестнице. Не знаю о чем мы в этот момент думали, но нам было жуть как весело, хоть и получили от Ньюта. Минхо научил меня, что за маской самоуверенного Бегуна скрывается преданность, ради которой он готов сгореть заживо.Фрайпан... с ним всё было иначе. Он стал моим наставником. Наша кухня — это наше королевство среди дыма, пара и запаха свежеиспеченного хлеба. Мы научились понимать друг друга без слов: один кивок — и я уже подаю ему соль, один вздох — и он знает, что сегодня у меня болит голова от зноя. Днями мы сидели в размышлении о том, какое новое слово нам придумать, чтоб скрытно его использовать. Он был тем, кто подарил мне ощущение дома в месте, где дома быть не может. В его ворчании над пригоревшим рагу я слышала больше заботы, чем в любых красивых речах.Алби оставался для меня незыблемой скалой. Строгий, порой пугающе серьезный, он был тем, кто держал этот хаос в узде. Его уважение было трудно заслужить, но теперь, когда он кивал мне при встрече, я чувствовала себя в безопасности. Я знала, что пока Алби на посту, правила будут соблюдаться, а порядок — это единственное, что отделяло нас от безумия.И, конечно, Ньют. За этот год он стал моим дыханием. Он научил меня видеть красоту в трещинах на бетонных стенах и находить надежду там, где её не осталось. Мы научились читать друг друга по глазам. Я знала о его болях в ноге, помогала мазать ее мазями, но тайна о получении травмы была мне неизвестна, но я понимаю его боль по тому, как он чуть плотнее сжимает губы, а он знал, когда мне страшно, плохо, просто по тому, как я держу половник утром. Он часто защищал меня, весь этот год. Я замечала то, как часто он забывал элементарно поесть,  каждый день он на советах, плантациях, руководит. Поэтому я всегда порцию еды оставляю на потом, а после ночью впускаю второго вожака. Пересекались мы, только на кухне. Иногда на нашей полюбившейся вышке, или же, когда он отчитывал шнурка, поглядывая на меня, словно проверяя все ли со мной хорошо.  Я была безгранично счастлива, встретив таких друзей. •••

В тот день жара стояла невыносимая. Воздух в Глэйде казался густым, как патока. Ванесса была на кухне, привычно перетирая медные котлы и приглядывая за рагу, которое медленно булькало на огне. Фрайпан ушел на плантации за свежей зеленью, а она наслаждалась редкими минутами тишины, слушая далекие удары топоров строителей и блеяние овец.

Всё изменилось в одну секунду.

Резкий, пронзительный звук сирены прорезал пространство, отражаясь от четырех стен Лабиринта. Она вздрогнула, выронив полотенце. Сердце мгновенно ушло в пятки. Лифт.

Этого не могло быть. Лифт всегда приходил раз в месяц, строго по графику. До следующей поставки оставалось еще две недели.

— Лифт! Сирена! — закричали голоса снаружи.

Ванесса выбежала из кухни, вытирая руки о передник. Глэйдеры со всех сторон уже неслись к центру поля, к железным створкам Ящика. Строители бросали молотки, плантаторы бежали, спотыкаясь о грядки.

Ньют и Алби уже были там. Ньют обернулся на секунду, его взгляд встретился с моим — в его глазах она увидела то же самое недоумение и холодный липкий страх, который сковал ее внутренности. -Что за дичь? Поставка через две недели!—она с шоком говорила это в слух, но сам вопрос она задавала себе. Все столпились у края, когда железная клетка, лязгая и содрогаясь, наконец остановилась внизу.

Створки с грохотом разошлись.

В темном нутре Ящика, среди ящиков с припасами, сидел новенький. Он выглядел напуганным до смерти, его одежда была грязной, а волосы всклокочены. Он щурился от яркого света, озираясь на нас, как на диких зверей.

-Ну привет, салага.—Галли прыгнул внутрь, вышвыривая прибывшего.

Словно парализованный, он стоял и посмотрел на всех глэйдеров, и не долго думая, рванул в прочь, он бежал, а после смешно запнулся и упал.-Ну и ну, бегун херов. —усмехнулась Ванесса, и махнув рукой, начала уходить на кухню.-Стой!—крикнул ее Зарт, который бежал за ней. Когда она развернулась он выдохнул и согнувшись положил руки на колена.-Что то случилось?—изогнув бровь спросила девушка.-Да, случилось. Помоги сегодня на плантациях, мы ничего не успеваем.—он выглядел так, будто волновался за ответ.-Хорошо. Что нужно сделать?-Сорвать клубнику с яблоками.-Во сколько?—устало выговаривала она.-После обеда, прости, я знаю как ты загружена, но правда, урожай растет и растет.-Я понимаю, не оправдывайся.Зарт благодарно кивнул головой, и удалился. Повернув голову, Ванесса заметила как Ньют наблюдал за ними, она махнула ему рукой, и ушла снова на кухню.Все два года они если типичную еду, но после появления девушки они стали пробовать разные блюда, и разнообразие добавилось в их вкусовые рецепторы.На этот раз, Ванесса придумывала что то новенькое, она посвятила целую кулинарную книгу своим рецептам.-Решено. Завтра я буду готовить лепешки...сырные! Да точно, именно сырные, как думаешь, адекватное сочетание?-И как только тебе это в голову лезет?—удивился Фрайпан.-Запросто!Он посмеялся, а после услышал как на кухню как кто то зашел. Это был маленький друг Ванессы, Чак. -Шанк, что тебя сюда привело?—Ванесса отвлеклась от придумывания рецептов, и подошла к Чаку, захватив за собой яблоко.-Ты щас сильно занята? Просто.. мне надо тебе кое что рассказать.—Он говорил это максимально грустно. Не смотря на свои дела, она все равно не сказала что занята, она хотела послушать то, что скажет ее маленький друг.-Я не занята, идем.Она схватила его за руку и повела на улицу, они вместе присели на скамейку, построенную Галли. Вокруг царило напряжение.-И что ты хотел сказать? —сложив руки спросила девушка. Чак выдохнул и сказал:-Мне кажется, все кругом меня ненавидят. Все обесценивают мой труд, и даже сегодня я услышал как кто то сказал «кланк выполняет кланковую работу».—он заплакал. Это маленький ребенок, над которым издеваются те люди, которые кинули его сюда. Он уткнулся в плечо Ванессы, та его гладила по голове слушая все что он говорит всхлипывая.-Только ты воспринимаешь меня как человека! -Тише, тише Чак. Давай договоримся, кто тебя обидит, сразу мне? -Хорошо...—он обнял ее.