9 глава

‎Юнги каждую ночь просыпался с криками. Чонгук был рядом, успокаивал, но в тоже время, острыми когтями давал знать, что он разрушен. Днем его насильно кормят, выгуливают, моют и по-новой.

‎

‎Чонгук ходил с улыбкой неделю. Он достиг чего хотел. Поймал на крючок омегу, которая тревожило его все эти годы. Альфа миражом видел мальчика с красно-рыжеми волосами, глазами разноцветного цвета и с ароматом лаванды.

‎От этого юноши осталось ровно - ничего. Молчит, как рыба, взгляд пустой, тонкий, как соломка. Чонгук в мечтах представлял именно этот образ. Сломленного и беспомощнного. Мир потерял свою красоту, когда Мин Иль похитил его, напичкал гадостью и избавил Чонгука от его уникальности. После этого, Сон Сорин разочаровался в сыне, избивал и прятал от глаз чужих. Все это время, Чонгук сидел в замке и сам проникся отомщением.

‎

‎И удовольствие от игрушки в виде Юнги, стало проклятием.

‎

‎***

‎

‎Глубокая ночь. Чонгук после работы прилег рядом к спящему омеге. Он тихо спал, как мертвец. Не шевелился, и не сопел. Время подходило к рассвету, Чонгук в полу-дреме ощупал кровать. Никого.

‎

‎- Черт. - он выругался, вскочил с кровати и направился в ванную. Там Юнги сидел на коленях, ударялся годовой об кафель. Альфа сразу подошел к нему, схватил за руки и начал кричать. - Перестань. Хватит.

‎

‎Юнги молчал. Мотал головой, смотрел сквозь Чонгука. Туда, где-то далеко в другую вселенную. Где он обычный парень с хорошей жизнью.

‎

‎Руки Чонгука дрожали. Он сам этого хотел. Сломать, себе подчинить мальца, что когда-то спас его. Сына человека, который изуродовал всю душу. А сейчас, смотря в эту секунду, сердце болит. Злость хлынет потоком.

‎

‎- Твой брат приходил. - Юнги дергался и вырывался. - Просил помиловать тебя. Говорил, что не ты один бунт затевал.

‎

‎Альфа решил раз омега ни на что не реагирует, то на родную семью, Юнги точно должен эмоции показать. Не ошибся.

‎

‎- Чи.. Чимин?

‎- Да-да, Мин Чимин. - голос Юнги был настолько охрипший, что Чонгук дергался. Такого ли исхода он хотел? Видеть, как человек полностью разбился на куски еле выговаривая слова. - Пойдем в кровать.

‎

‎Он взял его на руки с суровым взглядом. Чувство угрызения не утихали.

‎

‎Положив его на кровать, Юнги разделся. Голый лежал на кровати с кровью на лбу, тянулся к Чонгуку. Сам поцеловал его, требовал ласки и успокоения. Чонгук подался. Был нежен, как прежде, до раскрытие правда. И внутри сгорал от отвращения к себе. Буря эмоций, осознания, что возможно, он не этого желал всем сердцем. Не видеть мучения маленького омеги от своих же рук. Чонгук ласково целовал каждый участок тела Юнги, делал медленные толчки и слезы по щеке предательски скатывались.

‎

‎Он обвинял Мин Юнги в эгоистичной мести, добил своим же кинжалом играя с ним, предал в подходящий момент, когда сам прогнил внутри.

‎

‎После жуткой эйфории, Чонгук обработал рану, укрыл его теплым одеялом и лег рядом, оставляя между ними дистанцию. Гладил его по голове, наконец узрев истину. Что если Юнги пропадет, то и он тоже.

‎

‎Они перешли ту грань, которую нельзя было переходить. Тонкая нить сплела их вместе и не отпустить, пока они оба не сгорят до тла в своем отчаянии.

‎